Полночный прилив - Стивен Эриксон

Наивность – оружие славы. Обоюдоострое.

Он сказал Нифадасу, что не понимает Халла. Но он понимает. Слишком хорошо.

Он понимал и Тегола, хотя, возможно, меньше. Наградой за безмерное богатство стал холод; только дикая жажда богатства дышала жаром. И эта истина принадлежала миру летери – хрупкая трещина в сердце золотого меча. Тегол бросился на этот меч и, похоже, с удовольствием истекал кровью. Напрасно он искал какое-то последнее послание в смерти; никто не посмотрит в его сторону, когда день настанет. Никто не посмеет. Наверное, поэтому он и улыбается.

Его братья достигли вершины давным-давно – слишком рано, как оказалось, – и теперь скользили своей дорогой к увяданию и смерти. А что же я? Меня назвали королевским поборником. Я лучший фехтовальщик королевства. Я достиг вершины. Дальше можно не продолжать.

На развилке он повернул направо. В десяти шагах из боковой двери в коридор брызнул свет, и послышался голос:

– Финадд! Скорее заходите!

Брис усмехнулся про себя и зашел. Сделал три шага по наполненной пряными запахами комнате с низким потолком. Множество источников света ярко выделяли мебель и столы, заставленные приборами, свитками и мензурками.

– Седа?

– Я здесь. Идите, посмотрите, что я сделал.

Брис обогнул книжную полку, стоящую перпендикулярно стене, и увидел за ней королевского чародея на табуретке. Сбоку стояли перекошенный стол и полки, заваленные дисками из полированного стекла.

– Ваша походка изменилась, финадд, – сказал Куру Кван, – когда вы стали королевским поборником.

– Я не замечал, седа.

Куру Кван повернулся на табурете и поднял на уровень лица странный предмет: две стеклянные линзы, скрепленные проволокой. Широкие, выдающиеся черты лица седы казались еще больше, увеличенные линзами. Куру Кван укрепил предмет перед лицом, с помощью завязочек поместив линзы перед глазами, и моргнул громадными веками на Бриса.

– Вы такой, как я и представлял. Прекрасно. Размытость не так важна. Ясность увеличивается, достигая главенства среди наиважнейших вещей. То, что я слышу, теперь значит меньше, чем то, что я вижу. Перспектива сдвигается. Это важно, финадд. Очень важно.

– Линзы позволяют вам видеть? Удивительно, седа!

– Главным было отыскать решение, противоположное чародейству. В конце концов, я ведь лишился зрения, посмотрев на Пустую Обитель. И исправить дело тем же средством невозможно. Впрочем, это неважно, мелочи. И надо молиться, чтобы не стало важным.

– Мне первому вы показали ваше открытие, седа?

– Вы лучше других поймете его важность. Вы фехтовальщик, вы понимаете в пространстве, расстоянии и ритме, во всех этих материальных вопросах. Нужно подправить. – Он стащил с головы прибор и склонился над ним; крохотные инструменты мелькали в ловких пальцах. – Вы были в кабинете первого евнуха. Не слишком приятный разговор. Сейчас неважно.

– Я приглашен в тронный зал, седа.

– Верно. Но это не слишком срочно. Преда появится… скоро. Первый евнух спрашивал о вашем старшем брате?

Брис вздохнул.

– Я подозревал, – сказал Куру Кван, широко улыбнувшись. – Тревога изменила ваш пот. Нифадас сейчас тягостно озабочен.

Он снова поднес линзы к глазам и взглянул в глаза финадда – это смущало, потому что прежде такого не случалось.

– Кому нужны шпионы, если нос вынюхивает всю правду?

– Надеюсь, седа, вы не потеряете обоняние с вашим новым изобретением?

– Посмотрите, истинный фехтовальщик! Вы помните о важности каждого органа чувств! Отмеренное удовольствие… Сейчас покажу!

Куру Кван соскользнул с табурета и подошел к столу, где налил прозрачной жидкости в мензурку. Нагнувшись, чтобы проверить уровень, он кивнул.

– Отмеренное, как я и подозревал. – Он выдернул мензурку из стойки и выпил содержимое, напоследок облизнувшись. – Теперь вас мучают оба брата.

– Мне тяжело переносить неопределенность.

– И очень хорошо! Это важно. Когда преда закончит с вами – вскоре, – возвращайтесь ко мне. У нас с вами есть задание.

– Хорошо, седа.

– Еще поправить. – Он снова снял линзы и повторил: – У нас с вами.

Брис поразмыслил и кивнул.

– До встречи, седа.

Он вышел из палаты чародея.

Нифадас и Куру Кван стоят на стороне короля Дисканара. Хорошо бы, другой стороны вовсе не было.

Тронный зал уже неправильно было так называть, поскольку король переносил средоточие королевской власти в Вечный дом – после исправления протечек в высокой крыше. Тут осталось лишь несколько украшений, включая старинный ковер, ведущий к возвышению, и стилизованную арку ворот над местом, где когда-то стоял трон.

Когда Брис вошел, в зале находилась только его бывшая военачальница, преда Уннутал Хебаз. Величественная, как всегда, в любом окружении, она была выше большинства женщин, ростом почти с Бриса. Светлокожая, с платиновыми волосами и с темно-ореховыми глазами, в свои сорок лет преда сохранила необычайную красоту, которую морщинки только подчеркивали.

– Финадд Беддикт, вы опоздали.

– Неожиданные аудиенции у первого евнуха и седы…

– У нас совсем нет времени. Займите место у стены, как стражник. Вас могут узнать, а могут принять за моего прислужника, тем более что здесь мало света, канделябры уже унесли. В любом случае стойте смирно и ничего не говорите.

Нахмурившись, Брис прошел к старой нише охранника, повернулся, оглядывая палату, и вдвинулся в тень, упершись плечами в стену. Преда кивнула и встала лицом к двери в дальнем углу за возвышением.

Так значит, это встреча другой стороны…

Дверь со стуком распахнулась, и в палату устало вошел гвардеец принца в шлеме и доспехах. Меч покоился в ножнах, но Брису было известно, что Морох Неват способен выхватить его в мгновение ока. Знал Брис и то, что именно Мороха принц хотел назначить королевским поборником. И было за что. Морох Неват обладает не только умениями, но и внушительной внешностью… Хотя его уверенные манеры почему-то раздражали Бриса, трудно было им не завидовать.

Гвардеец изучил палату, вглядевшись в затененные углубления, включая то, где стоял Брис – похоже, лишь мельком отметив присутствие охранника преды, – и обратил свое внимание на саму Уннутал Хебаз.

Короткий приветственный поклон – и Морох отступил в сторону.

Вошел принц Квиллас Дисканар. За ним – канцлер Трибан Гнол. Увидев две следующие фигуры, Брис оторопел. Королева Джаналл и ее первый консорт, Турудал Бризад.

Во имя Странника, целое змеиное гнездо.

Квиллас оскалился в адрес Уннутал Хебаз, как пес на цепи.