Новые правила - Виктория Свободина

Ректор вновь приступил к чаепитию, давая мне возможность обдумать его слова.

Вновь посмотрела на животное. В принципе, этого Балагура я вижу в первый раз в жизни, и кроме банального «хочу» мне нет смысла его себе оставлять. Это же дикий зверь, который, похоже, из-за своей редкости может в будущем принести мне немало проблем. Опять же ссориться с ректором не хочется.

– А зачем вам шах?

– Престиж. Не волнуйтесь, студентка, это животное обижено мной не будет, наоборот, его будут холить и лелеять, а я – всячески баловать.

Приняла решение.

– Его зовут Балагур, – сказала я, передавая тощее легкое тельце через стол прямо ректору в руки. Хочется плакать.

– О, Вероника, самое верное решение. Вы молодец.

Мужчина взял спящего шаха.

– Деньги вам перечислят сегодня вечером. С остальным разберемся в ближайшие дни. Можете идти, – ректор буквально светится довольством. Глава академии нажал на переговорный артефакт и приказал своему секретарю. – Сегодня ко мне не пускать посетителей.

Когда вышла из приемной, на меня буквально накинулись с вопросами студенты в количестве нескольких десятков человек.

– Где шах?!

– Его ректор себе забрал, – якобы равнодушно пожала плечами я. Послышались разочарованные вздохи и ругательства. Ректор – не студентка-второкурсница, у него игрушку не отнимешь. Народ стал расходиться. Остались только Стефа и Этель.

Стоило мне и подругам добраться до безлюдного коридора, я все-таки не выдержала и дала волю слезам. Странно, вроде шаха видела всего ничего, а уже успела так к нему прикипеть душой.

Успокаиваться пришлось быстро, поскольку надо бежать на следующую лекцию, а не сопли разводить. Тем не менее, настроение не только на сегодня, но и, по ощущениям, на ближайшие пару лет испорчено.

Перед завтраком встретила возле столовой мрачную Ханну. Задержалась, чтобы поболтать с девушкой, чье настроение, похоже, совпало с моим.

– Привет.

– Привет.

– А ты чего на утреннюю лекцию у цена не пришла? Вроде собиралась.

– Проспала. Всю ночь не спала из-за ссоры с Миктилем. Уснула только под утро. Мужики – зло. Особенно эльфы.

– Да ладно, Миктиль не такой уж плохой. Ветреный немного, это да.

– Ты выгораживаешь его, потому что он твой родственник, – ответила Ханна.

– Он такой же мой родственник, как и твой жених. Ладно, давай вечером на эту тему поговорим, сейчас не время и не место.

– Хорошо.

Мы разошлись по своим столовым.

Весь день я ходила мрачнее тучи, а под конец поняла, что больше так не могу. Сердце разрывается по незнакомому для меня зверю. Задействую любые связи, сама предложу Нешу кабальный контракт для себя, пусть лишь заберет у ректора шаха и вернет мне. Неш же сможет?

Увы, но ни Вейтара, ни Артана я в академии не застала. С Ханной и Стефой поговорю завтра. Сегодня нет сил.

В самом мрачном настроении пошла домой. Так тяжело, словно за плечами несу целую гору.

Вышла за ворота академии, прошла к своему дому, и, уже закрывая дверь, услышала знакомый скулеж. Обернулась, и мне в объятия запрыгнул веселый Балагур. Счастье есть. Зарыдала, но на этот раз от облегчения и радости.

Быстро зашла в дом. Решение пришло мгновенно. Это проблемы ректора, что он не смог удержать шаха. Балагура я никому демонстрировать не буду и постараюсь всячески замаскировать. А даже если ректор и узнает, что шах вернулся ко мне, все равно ничего не сделает – не захочет растерять свой «престиж», а то узнают, что он, такой крутой и сильный, не смог удержать у себя какого-то зверька.

Вечер я провела, копошась с Балагуром. Для начала покормила вполне спокойного и ласкового песца, не пожелавшего отходить от меня ни на шаг, затем отмыла. Оказалось, у Балагура не серая, а белоснежная шерсть. Где же зверь так «пропылился» и почему? После расчесала колтуны и выгуляла песца в саду на крыше, где мы весело поиграли в догонялки и прятки. К ветеринару идти не решилась – еще опять ажиотаж поднимется. Да и никаких ран на животном не нашла, но показаться все равно стоит, мало ли, какие болезни у шаха.

Засыпая вместе с Бали, я чувствовала невероятное облегчение и спокойствие, как будто вместе с шахом ко мне вернулся кусочек меня самой.