Незримое - Кристина Леола

Если вкратце, то Каратели — это крайняя мера для тех, кто отчаялся добиться справедливости. Система неидеальна, времена, когда можно было ткнуть в кого-то пальцем, обвинить во всех смертных грехах и добиться казни, давно позади. Не то чтобы я по ним скучала… но иногда виновный, даже не скрывающий своих деяний, избегает наказания. И тогда-то любому магу средней руки выпадает шанс побыть вестником правосудия.

Для этого достаточно выпить простой, но ядовитый коктейль и особым заклинанием воззвать к изнанке. Если твои обвинения справедливы, если требуемое наказание оправдано, то явятся по душу преступника жуткие сущности, коих у нас и прозвали Карателями. И тогда не страшен призывающему яд, будет жить как прежде, только с чувством выполненного долга. Но если он ищет выгоду, если сам нечист помыслами или возводит на другого напраслину, то Каратели не откликнутся. А яд через положенное время сделает свое дело.

Проблема в том, что сущности изнанки мыслят иными категориями. Черт его знает, что они сочтут «нечистым». Потому редко кто рискует глотать алмиану в таких дозах — разве что горюющие родственники жертвы, чей убийца попивает «Мохито» под разноцветным зонтом на пляже.

— И зачем продавцу-консультанту из Иваново приезжать сюда и вызывать этих Карателей? — рассеяно пробормотал Ян, когда я закончила. — В его истории нет криминальных трупов, вообще ничего такого, за что он мог бы желать отомстить.

— Ничего известного органам, — поправила я. — Он все же был магом, да и компьютер вы не нашли. Чую двойную жизнь…

— Но в итоге его обвинения оказались недостоверными, раз ваши Каратели не явились, а яд подействовал?

— Выходит так. — Я мгновение помолчала. — Или это все-таки убийство, просто преступник использовал купленную жертвой алмиану.

— Изощренно, — хмыкнул Ян. — Там же ее вроде много надо. Не заметил, как выпил столько яда? Заставили силком? Заставили ошибиться в ритуале?

— Кто из нас следователь? — возмутилась я. — Не забывай еще про считанную память. И про чужой дом. И про ведьму Ольгу… может, он вообще для нее хотел ритуал провернуть, или она каким-то образом его обманула, или…

— Понял-понял, — рассмеялся Ян. — Я следователь, я думаю, ты консультируешь по вопросам магии и водишь меня по таинственным местам. Кстати… два вопроса.

Я напряглась, предвидя суть этих вопросов, но он сумел удивить.

— Первый: кто контролирует продажу ядовитых магических веществ?

Я даже хохотнула от облегчения:

— А кто контролирует продажу стеклоочистителя? Серьезно, это редкая трава, но используется для решения множества проблем, а ядом становится только при определенных условиях. Как, впрочем, и еще сотни веществ, которые в свободном доступе лежат на полках в магазинах и аптеках.

— Понял. Ну и второй… — Ян прокашлялся. — Из какого камня сделан Ульрих Чпок?

— Чего? — опешила я. — Это наследство троллей.

— Что-то такое я и подумал, но вопрос в другом. Этот ваш норг прошиб толстенную дверь, не поморщившись, а из каменных рук вырваться не смог, хотя должен был раскрошить их в пыль.

— Ну… — Я почесала голову. — Никогда не задумывалась. Учитывая, что потом Чудик вновь станет мягким, хоть и не пушистым, камень явно непростой. — Я с подозрением покосилась на поручика: — А что? Уже помышляешь о суперсолдатах? Что б ты знал, опыты над живыми существами противоз…

— Все-все-все, осознал, — перебил Ян с тяжким вздохом. — Спросил на свою голову.

— А можно теперь я?

— Спрашивай.

— У тебя в роду точно магов не было?

* * *

В кафе с милейшим названием «Коржики» нас встретили не очень-то радушно. Еще бы, явились рано утром, через две минуты после открытия, в субботу. Официант умудрялся одновременно зевать и сверлить нас злобным взглядом, а у баристы за стойкой на лице так и читалось: «Только попробуйте заказать кофе».

Я знала обоих, потому не сильно впечатлилась — плюнуть в чашку сотруднику управления они точно не посмеют.

Ян тоже косился на меня с не самыми добрыми чувствами. Ну да, возможно, я немного переборщила с допросом, но ведь надо же выяснить, откуда растут ноги у его способностей. Так что сначала я спрашивала про предков-магов, потом начала прикидывать, кто еще мог залезть на генеалогическое древо поручика.

Понятно, что тогда магический мир оставался в тени, так что ребенком Ян мог и не заметить особых способностей, скажем, у любимого дедули. Однако теперь, если задать нужный вопрос… Вот я и спрашивала, не страдала ли бабушка бессонницей, не избегал ли отец открытых окон, не любила ли матушка сырое мясо.

Да, я замахнулась уже не только на магов и ведьм, но и на потомков Изгоев и некоторых других разумных обитателей изнанки. Мало ли, кто там светанул своей ДНК. Все же Ян не просто видит незримое — он его проявляет! А я, как ни старалась, так и не вспомнила, кто на такое способен. Разве что гены смешались, и получился вот такой новый дар.

В общем, поручика мое любопытство напрягло, и в какой-то момент он просто умолк, да так и молчал до самого кафе как партизан. А усадив меня за столик, попытался сбежать.

— Эй, ты куда? — удивилась я.

— Я же говорил. Надо отчет забрать. И дело Ольги…

— Хотя бы кофе со мной выпей, а потом пойдешь. — Ян поморщился, и я, сжалившись, добавила: — Обещаю, больше никаких вопросов.

С тяжелым вздохом он уселся напротив, мы озвучили хмурому официанту заказ, и повисла тишина, нарушаемая только бульканьем кофе-машины.

— С вопросами было бы веселее, — пробормотала я через пару минут ожидания.

Ян фыркнул:

— А давай я задам? За что тебя не любит шеф? Чем конкретно занимаются ваши охотники? Кто решает, что раскрывать обычным людям, а что оставить в тайне? В чем заключаются твои обязанности? И что за девица стоит за окном и яростно нам машет?

Пришибленная первыми вопросами, я не сразу сообразила, о чем речь в последнем, зато когда повернула голову к панорамному окну…

Дашка выглядела паршиво: всклокоченные волосы, помятая блузка, темные круги под глазами. И совершенно безумная улыбка, от которой у меня вмиг вспотели ладони. Сестра ткнула пальцем в стекло, затем себе в грудь и уже двумя пальцами изобразила шагающего человечка. Ну да, дескать, сейчас подойду. Могла бы и не сообщать.

Влетев в кафе и распихивая бедрами стулья, Дашка добралась до нашего столика, плюхнулась рядом со мной и затараторила:

— Ну ты даешь! Кто ж так делает! Пропала среди ночи, телефон недоступен, сигналов бедствия не подаешь. Я ж чуть нервный срыв не заработала, пока тебя искала. И наших зря всполошила, а они сейчас, наверное, уже войска в город стягивают… Ой, здрасти, — наконец заметила она Яна.

— Доброе утро, — вежливо, но настороженно кивнул тот.