Секретарь для дракона. Книга 1 - Евгения Мэйз

— А что это за ситуации?

Трист также ласково улыбнулся ей, кивнув на Сфайрата. Ему, как всегда, плевать на все условности, говорит гадости тогда, когда захочет.

— Уверен, ты скоро это узнаешь.

Вэл даже не взглянула на Сфайрата, а просто отвела взгляд в сторону, ощущая раздражение от компании Исх'ида. Она ведь только пришла, мимо в который раз за эти короткие минуты прошли две девушки, идиотски хихикая при этом. Лица все одни и те же, или они просто на одно лицо?

— Хорошо бы. Я ведь подумала о том случае, когда ты травил мне байки о своих приключениях на службе, помнишь, когда ты объяснял мне, кто такие геи?

Надо было видеть реакцию Триста, он чуть было от фужера кусок не откусил, но вовремя исправился и отвел руку от лица в нарочито небрежном движении, стряхнув с рукава, попавшие капли напитка.

Вэлиан вежливо улыбнулась. На ее счастье герольд громко объявил о прибытии кого-то там, так что присутствующие перестали подтягиваться к их компании и греть уши, а направили свое внимание на золоченные створки дверей.

— Нет, Вэлиан, это немного другая история, — сообщил он как-то сдавленно.

Ученица только что переплюнула его, вызвав некий общественный резонанс, привлекла внимание "вольных" слушателей, что уже собрались уходить, но все-таки услышали ее слова и таки обернулись, притормозив словно один большой организм, кто-то решил забить на нового гостя и остаться, дослушать продолжение, чтобы потом смаковать и мусолить новые сплетни.

Не то чтобы она его обидела или как-то задела, просто он не ожидал услышать подобное от нее.

— Насколько другая? Ты не расскажешь нам о ней?

Первым не выдержал Рэндалл, звучно рассмеявшись и демонстративно отодвинувшись от Триста.

— С удовольствием послушаю эту историю, в деталях и красках. Особенно меня интересует, как она восприняла эту информацию, — он кивнул в сторону Вэлиан.

Вэлиан только коротко выдохнула: эти двое стоят друг друга. Козлы.

— Сомневаюсь, что ты как-то сможешь удивить уважаемых мною драконов, я, признаться, сначала подумала, что и они из этих, уж больно заботливы и ревнивы по отношению к друг другу.

Она очень вежливо улыбнулась Рэндаллу, затем Тристу, а затем покосилась на Сфайрата. Он, в отличие от этих двух, веселился не меньшее ее, удерживая себя, чтобы не расхохотаться. Милая-милая, а гадости говорит только в путь. Ему уже довелось услышать ее размышления о гетеросексуалах, поэтому он не обратил на это внимание, наслаждаясь бешенством, изрыгающего проклятия Рэндалла и некоторым смущением Триста, которое продлилось, к чести эльфа, совсем недолго, и он лишь улыбнулся девушке, едва заметно качнув головой, признавая тем самым свое поражение в этой словесной перепалке.

Сфайрат же лишний раз порадовался тому факту, что загодя «высказал» Тристу свое мнение по поводу методов его обучения и даже мысленно поблагодарил его за «откровенность» относительно судьбы Вэлиан. Сейчас ему с трудом представлялось, что было бы, сложись все как-то иначе без этого скользкого эльфа.

Довольно быстро он восстановился, на лице нет и следа от синяков.

— Ну, вы тут поговорите, а мне ужас как интересно кого еще занесла нелегкая в это адово пекло, — Вэлиан оглянулась на Сфайрата, но тот и не думал сопровождать ее, к ее немалому облегчению, а она уж было собиралась отпеть его, за то, что вполне себе способна передвигаться самостоятельно.

— Я могу надеяться на танец с тобой?

Вэлиан опешила от вопроса, поспешно кивнув ему с вырвавшимся из нее:

— Не в моих силах украсть у кого-то надежду.

В спину ей врезалось тихое.

— Вот змея.

И следующее, другим знакомым голосом:

— Не благодари.

* * *

Я поспешно отошла от них, уж что-что, но не ожидала, что пребывание на мероприятии взбесит меня в максимально короткие сроки, а ведь к Тристу пора бы уже и привыкнуть и на Рэндалла обращать внимание тоже не стоит. Сфайрат, и тот взбесил, хотя он преимущественно молчал.

Я помотала головой, не обращая внимания на окружающих меня эльфов. Все равно, что они там решат, стадию "меня волнуют что подумают обо мне эти лицемеры" я давно уже прошла.

Он сегодня достаточно сказал. Молчать и не вмешиваться — хорошую тактику выбрал, верную. Тристу и Рэндаллу удалось отвлечь меня от мыслей о хитросделанном драконе, сегодняшнем дне и вообще от всех его событий, и обратить все свое внимание на них двоих.

Подумать только! Он шантажировал меня сегодня! Как же я ошибалась в его благородных порывах и началах! Торгаш! Делец! Купец! Пройдоха! Чего я ожидала от него? Он ведь империю построил в мире людей! Достаточно посмотреть на Фарго, который варится в этом кипятке, не обжигаясь, а ведь он тот еще проныра. Кто сказал, что дракон не наловчится и не станет использовать со мной те же приемы? Как ловко он преподнес мне шантаж под вкусным соусом выбора!

Даже предстоящий бал как-то померк от моих непрекращающихся размышлений того, что произошло, и как из этого выкрутится!

Меня бесило то, как он ловко смешал ингредиенты: беспокойство, предложение о помощи, отсутствие альтернативы, мою предполагаемую беспомощность, мои чувства к нему и то, как ловко он подсуетился. Я продолжаю утверждать, что он подсуетился! Я злюсь на свое бессилие. Я хочу иметь хоть что-то, чтобы знать, что и у меня есть ключ от золотой клетки, козырная карта в рукаве. Мне так спокойнее.

Надо прогуляться, отвести душу на ком-нибудь и успокоиться.

Душно-то как! И лучше бы не пить алкоголь, иначе станет только хуже!

Мне никогда не понять этой тяги короля к подобного рода представлениям. Каждый раз одно и тоже, хоть бы что новое придумал! Народ томится, парится, проклинает все и вся, но конечно же вслух никто этого не произносит. Стоит появиться монарху, что шествует в коридоре между придворными и несет за собой шлейф прохлады, как все сразу забывают о том, что несколько секунд назад они тихо ненавидели королевскую прихоть, блажь…

Заскоки — это правильное слово.

Затем приветственная речь и поздравление присутствующих с приходом зимы! Никто и никогда так не радуется холоду, как те, что в эту минуту находятся в зале.

Я натолкнулась на кого-то, коротко бросив свои извинения. Могу поклясться, что только что тут никого не было!

— Слон наступил на мышку и извинился, — произнес кто-то глубоким, бархатистым голосом, вызвавшим холодную изморозь вдоль позвоночника.

Этот кто-то коснулся моего предплечья в невыносимо приятном прикосновении прохладных пальцев. А вот это неслыханно и недопустимо. Это официальное мероприятие и прикосновения допускаются лишь в двух случаях: во время приветствия и только тогда, когда женщина сама захочет этого, или во время танца. Я обернулась к наглецу.