Месть драконов. Закованный эльф - Бернхард Хеннен

Аарон вышел из большого красного шатра и окинул взглядом роскошный лагерь, простиравшийся вдоль реки больше чем на милю. У берега стояли сотни лодок, и постоянно причаливали новые. Только час назад прибыл бессмертный Плавучих островов, с целым флотом сверкающих катамаранов. Над каждой двухкорпусной лодкой на обоих форштевнях возвышались две звериные головы. Серые цапли, пара акул, различные ящерицы, которых Аарон никогда прежде не видел, — ни одна лодка не походила на другую.

Теперь островитяне разбивали лагерь. Они сооружали хижины из тростниковых циновок, которые привезли с собой. Несколько высоких воинов смотрели на него. Похоже, заметили его взгляды. У них были татуированные лица. На орехово-коричневой коже красовались темно-синие узоры.

Аарон помахал им рукой. Выглядели они устрашающе. Во время завтрашнего большого парада они наверняка вызовут немалый переполох.

— Бессмертный, на два слова!

Аарон узнал бы этот голос из сотни, сильный, но несколько резковатый. Голос его совести, постоянно напоминавший ему о том, что он старался отодвинуть подальше. И принадлежал он Матаану. Вздохнув, Артакс обернулся. Матаан оправился за зиму. Однако по-прежнему оставался тенью прежнего себя. Статный воин превратился в худощавого мужчину. В бороде появились седые пряди, глаза глубоко ввалились в темные глазницы. Лоб избороздили глубокие морщины.

— Нам нужно поговорить о некоторых происшествиях в лагере. Какой-то глупый конюший накормил лошадей мокрым клевером. Теперь у половины из них колики. Ты бы их видел! Жалкое зрелище. Они бросаются на землю и извиваются от боли, некоторые пытаются лягнуть себя в живот. Нам придется отказаться от многих колесниц, предназначенных для завтрашнего парада. Что сделать с конюшим? Он нанес тяжкий ущерб репутации Арама! Нужно зашить его в мешок и бросить в реку.

Артакс вздохнул. Он очень редко подписывал смертный приговор.

— А что насчет шталмейстеров? Разве на них не лежит часть вины? Почему они не проследили, какой корм дают лошадям?

— Они тоже совершили ошибку, — согласился Матаан. — Какое наказание ты предлагаешь?

— Разве недостаточно им того, что теперь приходится заботиться о больных лошадях?

Матаан закатил газа.

— Так не пойдет! У совершенных ошибок должны быть последствия, иначе никто не будет ничего делать.

— Но разве не лучше награждать за успехи, нежели карать за ошибки? — Они уже спорили на эту тему. У Матаана была склонность скорее наказывать, нежели награждать. Может быть, потому что он чувствовал себя наказанным жизнью после тяжелого ранения.

Приближалась боевая колесница, на передке которой красовался большой золотой орел с расправленными крыльями. Должно быть, это Ансур Валесийский, их хозяин. Артакс просил его съездить с ним в Белый город, чтобы осмотреть место, где завтра соберутся бессмертные. До сих пор правитель еще не пускал гостей в новый город, отговариваясь необходимостью завершить последние приготовления.

Артакс знал, что Долгорукий, божественный кузнец, прибыл в город, чтобы лично подготовить зал, где соберутся бессмертные. Артакс хотел знать, что его ждет. Ему не нравилась вся эта таинственность.

Он еще раз обернулся к Матаану.