Вооружен и очень удачлив - Людмила Горбенко

Из-за гребня горы вытянулся первый солнечный луч. Мимоходом скользнув по крепостной стене, он широкой полосой лег на крышу карусели, моментально подчеркнув ветхость и потрепанность балаганного имущества.

Ошейник Варуши светился все ярче. Нилс заметил, что шипы не торчат, как прежде, царапая кожу, а втянуты внутрь.

Тонкие пальцы настоятеля осторожно расстегнули защелку, и тяжелая конструкция ошейника упала в его руку. Вервольфиха удовлетворенно покрутила шеей и подняла морду. Взгляд круглых серых глаз был вопросительным. «Можно?» — отчетливо читалось в нем.

— Можно. Свободна, — подтвердил настоятель. — Больше не попадайся, дочь моя. А лучше вообще перестань охотиться в наших лесах. Вполне можно обойтись курами.

Мимика волчьей морды выразила нечто вроде согласия и покорности, но скрытая мысль все же проглядывала в хитром прищуре. «Ага, как же. Сравнил на вкус ожиревшую несушку из соседского курятника и лично пойманного свеженького зайца».

Зрелищем трансформации зверя в родную племянницу Нилсу полюбоваться не довелось. Варуша схватила зубами брошенную приором одежду, скромно удалилась за кустики и вышла оттуда уже на двух ногах. Одарив настоятеля улыбкой с остатками звериного оскала, девушка молча прижалась к Нилсу.

Настоятель хмыкнул и повернулся к монаху.

— Вижу, вы нашли общий язык. Ну что, сын мой, какие планы на будущее? Не думаешь ли предложить балагану услуги дрессировщика?

— А у вас? — осторожно осведомился Нилс, похлопывая по худому плечу заворчавшую племянницу. — Тихо, Варуша, тихо. После того, что творится в городе, число душевнобольных наверняка возрастет. Хватит ли в приюте места? И как быть с Михаилом? Наверное, надо представить его Совету магов Орасса и Каперии?

— Думаю, не стоит, — дипломатично ответил старик. — Михаил пережил тяжелое психическое потрясение. Мало ли что ему привиделось и втемяшилось в голову? Еще, не дай господи, начнет сочинять сказки про нечистую силу, мафию, драконов и несметные сокровища, а нам потом отдуваться. Думаю, лучше взять его с собой.

— Куда? — опешил Нилс.

— А вот ты, кажется, имел кое-какие планы? Собирался сразу после получения второй цир-тонуры и обещанной награды уезжать из города?

— Ну да, — кивнул Нилс. — Домой, в деревню.

— Что такому человеку, как ты, делать в глуши? — вкрадчиво возразил настоятель. — Поехали с нами. Говорят, что Серлан очень красивый город. С мягким климатом и большими возможностями для предпринимательства. Ты вот дома чем собирался заняться?

— Подумывал открыть… э-э-э… — Тут монах запнулся.

— Пивоварню, — пришел на помощь настоятель. — Я помню. Жениться, завести ребятишек. Серлан отличное место для спокойного семейного человека, и он действительно прекрасен. Лежит в долине, как яблочко на тарелочке. Жемчужина Орасса. Ценен уже тем, что граница совсем рядышком; если не понравилось, легко сменить место жительства. Мне говорили, что ты действительно имеешь опыт в пивоварении?

— Есть один семейный рецептик, — буркнул Нилс, предчувствуя нехорошее. — Такое пиво получается… почти волшебное. Меняет цвет в зависимости от погоды.

— Интересно, — согласился настоятель. — Но ведь тебе, сын мой, наверняка понадобятся помощники. Верные надежные люди, проверенные в деле. Негоже растрепывать тайну волшебного семейного рецепта посторонним.

— Угу…

— Так мы могли бы помочь на первых порах. Пока твои ребятишки не подрастут, — ласково улыбнулся настоятель. — Я займусь руководством, Хаспер поставками сырья, Виторд связями с общественностью, остальные члены восьмерки на подхвате. Михаил будет грузить, ты торговать. Если в свободное от работы время подработаем еще немного на себя — чисто для души, практически ничего криминального — то, думаю, ты не станешь возражать. Ну так как — решили? Едем общим обозом? По рукам?

— А если нет? — напрягся Нилс. — В бетон?

— Дался тебе этот бетон, — с неискренним смешком возразил приор.

— Если у меня действительно есть выбор, то вы уж как-нибудь сами с общественностью связывайтесь, без меня! — с отчаянной искренностью признался Нилс. — А я в деревню. Кстати, как насчет денежного вспоможения? Вы обещали перед иконой!

— Обещал, — хмуро признал настоятель. — Две сотни.

— И коня трехлетка!

— И его тоже… Слушай, Нилс, я ведь от своего слова не отказываюсь. С деньгами проблем нет, сам видишь, а вот конь… не до него сейчас. Обычная кобылка не устроит? Она, конечно, уже далеко не трехлетка, но зато в довесок даю телегу. Берешь?

Серая лошадка, словно поняв, что решается ее дальнейшая судьба, коснулась протянутой ладони теплыми ноздрями и выжидательно вскинула длинные ресницы со светлыми кончиками.

— Беру, — решил Нилс. — Только можно мне еще…

— Вот это аппетиты! — язвительно восхитился настоятель. — А не зарываешься ли ты, сын мой? И свобода, и монеты, и кобыла, и телега в придачу — неужели мало? Подобная жадность после года службы Господу несколько даже настораживает! Хаспер! У нас еще остался бетон на заднем дворе?

— Половина котла, — с садистским смешком откликнулся нюхач. — Кстати, гильдия жестянщиков подбросила отосланные вами ведра обратно. Говорят, это не доля, а просто подарок. Захватить по дороге?

— Не надо! — поспешила возразить Варуша, выразительно округлив глаза и покрутив обкусанным пальцем около виска.

— Да мне бы пожевать чего, — грустно сглатывая слюну, прошептал в воротник Нилс, отползая по бугристым барханам холстины в угол телеги. — Хоть корочку хлебную. Готов золотой отдать, так живот подвело. Михаил-то в запертой комнате наелся, а я не рискнул. Сутки почти не емши…