Сага о Рунном Посохе - Майкл Муркок

— Какие же вы глупцы! — презрительно воскликнула Катинка фон Бек. — Вы не заслуживаете того шанса, который мы вам даем. Своими действиями вы лишь помогаете Имрилу. Разве вы не понимаете, что именно на такую реакцию он и рассчитывал.

— Молчи!

Молодой человек со свежим шрамом на челюсти испепелил воительницу взглядом.

Илиана вскинула голову и вяло тряхнула головой, чтобы убрать с глаз пропитанные потом пряди волос.

— К чему спорить с ними, Катинка. Со своей точки зрения они совершенно правы.

Вот уже три дня, как их подвесили за руки. Их отвязывали лишь на время еды и для того, чтобы оправиться. Но, несмотря на все страдания, Илиана мучилась меньше, чем в руках палачей Имрила. Она почти перестала обращать внимание на боль. Ненависть их врагов сосредоточилась в основном на ней. Удар в живот, полученный ею в самом начале, был лишь первым в нескончаемой череде оскорблений. Ей плевали в лицо, били по щекам, осыпали угрозами и проклятиями. Но принцесса стойко сносила издевательства и мучения, зная, что заслужила их. Каждому воздается по заслугам, твердила она себе. И это помогало ей сносить душевную и телесную боль.

— Если они нас убьют, то самим себе подпишут смертный приговор, — невозмутимо заявил Джери-а-Конел.

Он тоже оставался совершенно равнодушным к боли и вообще, похоже, большую часть времени находился в забытьи. Его черно-белый кот куда-то исчез.

Молодой человек, изуродованный шрамом, обернулся к Джери.

— Мы все равно прокляты, — заявил он. — Псы Имрила вскоре отыщут нас.

— Именно об этом я и толкую, — воскликнула Катинка фон Бек.

Илиана взглянула на руины древнего города. Привлеченные разговором, к дереву, где висели пленники, стали подходить остальные изгои. Лица большинства из них показались ей знакомыми. Раньше они вместе проводили время, изучая воинские искусства. Из уцелевших в последней битве с Имрилом они собрали небольшой отряд, который пополнился теперь горожанами Виринторма, избежавшими всеобщей резни. Каждый из прежних друзей принцессы обрушил на нее всю ненависть своего горячего молодого сердца, ибо они не в силах были перенести ту мысль, что восхищались прежде человеком, который повел себя столь недостойным образом.

— Любой из вас на месте Илианы повел бы себя точно так же и все выдал бы Имрилу, — заявила Катинка. — Не нужно быть большим мудрецом, чтобы это понять. Вы, молодые, слишком наивны. Вам недостает здравомыслия. Мы — ваш единственный шанс сразиться с Имрилом и одержать победу. Поэтому вы губите самих себя, дурно обращаясь с нами. Вы не стремитесь разыграть козыри, которые вам достались. Позабудьте о своей ненависти к Илиане… Хотя бы до той поры, пока мы не сразимся с Имрилом. У вас слишком мало сил, друзья мои, чтобы пренебрегать союзниками.

Молодого человека со шрамом звали Мизиналь Хинн, и он приходился дальним родственником Илиане. Подобно большинству молодых людей при дворе некогда он был влюблен в нее, и она знала это. Сейчас он хмурился.

— Ваши речи не лишены смысла, Катинка фон Бек, и прежде вы всегда давали нам добрые советы, но откуда мне знать, не хотите ли вы сейчас нас обмануть? Ибо всем нам известно, что вы заключили договор с Имрилом, чтобы предать нас.

— Не забудьте, что перед вами Катинка фон Бек, никогда я бы не сделала ничего подобного.

— Но ведь королева Илиана предала собственного брата, — напомнил ей Мизиналь.

Илиана зажмурилась. Теперь боль вернулась вновь, и она не имела никакого отношения к веревкам, что впивались ей в запястья.

— Под пыткой, — подчеркнула Катинка, потеряв терпение. — Ее подвергли ужасным пыткам. В таких обстоятельствах, возможно, я бы и сама совершила предательство. Знаете ли вы, на какие гнусности способен Имрил?

— Имею некоторое представление, — вынужден был согласиться Мизиналь. — И все же…

— Да и зачем бы мы пришли сюда в одиночку, если бы вступили с Имрилом в союз. Раз уж нам известно, где вы прячетесь, мы бы могли привести сюда армию или просто сообщить ему об этом, и он сам направил бы сюда войска, чтобы застать вас врасплох.

— О нет, только не врасплох. У нас в ветвях деревьев прячутся наблюдатели. Они бы предупредили нас, и мы бы вовремя спаслись бегством. Разве то, как мы встретили вас, не доказывает, что мы держимся настороже.

— И все равно, это не опровергает моих доводов. Мизиналь вздохнул.

— Среди нас есть те, кто хотел бы насладиться местью предательнице вместо того, чтобы сражаться с Имрилом, а иные полагают, что нам лучше забиться здесь в тихий уголок, в надежде, что Имрил о нас забудет.

— Не тешьте себя иллюзиями. Он мается от скуки и вскоре с удовольствием сам возглавит свою свору. Он терпел ваше присутствие до сих пор, потому что боялся, что на него нападут бывшие соратники с запада. Именно поэтому он держал большую часть своей армии в Виринторме. Но теперь, убедившись, что никакой угрозы нет, он вспомнит и о вас.

— А, так захватчики ссорятся между собой, — оживился Мизиналь. — Между ними пошли свары?

— Пока нет. Но это неизбежно. И я рада, что вы понимаете все значение этого. Кстати, помимо всего прочего, мы явились и для того, чтобы сообщить вам об этом.