Мама, я демона люблю! - Даха Тараторина

— Кири рыжуля, ты что, решила, я тебя сожру?

Я фыркнула, поднимаясь. Да, вообще-то, именно это я и решила.

— Не смей называть меня рыжулей, демон!

Мужчина наклонился, внимательно вглядываясь в мою причёску.

— Но ты же рыжуля, — не понял он.

— А ты — создание Мрачного Подземья. Моё имя Триста. Ты будешь звать меня кири Триста, потому что мы не друзья, понял?

Демон надул губы:

— Оу, а я так надеялся… Знаешь, — доверительно сообщил он, снимая прилипший листик с моего плеча, — утаскивать в Подземье друзей намного приятнее!

— Не знаю и знать не хочу, — отрезала я.

Мужчины! Демоны ли, колдуны ли, люди… Они все одинаковы И все видят в нас лишь глупых куриц: откусил на обед от ножки; не понравилось — кинул псу, не жалко. Но пора менять правила игры. Теперь я стану тем, кто кусает. Теперь у меня будет свой цепной пёс.

— Что ж, раз уж вы так серьёзны, кири, предлагаю ознакомиться с договором.

Наверное, любой демон держит его в рукаве: соглашение слуги и хозяина, туго свёрнутый листок тончайшей бумаги. Но разорвать, уничтожить его не под силу самой мощной магии.

Заказчик… многоточие (имя, род) и исполнитель младший демон второго порядка Рок (далее просто Демон)…

— «Младший демон второго порядка»? — скептически процитировала я.

— Какие ведьмы, такие и демоны, — обиделся прислужник, отбирая бумагу. — А ты что, думала, тебе с твоими умениями, — он кивнул на изредка вспыхивающий и вновь исчезающий контур, — достанется Первый Тёмный?

— Но не младший второго порядка же!

— Ой, как будто ты так много знаешь об иерархии демонов! Знаешь? Нет, не знаешь. Второй порядок — это, да будет тебе известно, практически первый! А это, между прочим, очень и очень немало! Иным тёмным нужно по четыреста лет, чтобы до него дослужиться. И вообще, я тебе не навязывался. Не нравлюсь — ухожу. Сама разбирайся со своими проблемами. Тоже мне, ведьма!

Горло перехватило от злости. Ведьма… Ведьма! Да, ведьма! Если нужно, стану ей! И больше никаких слёз в подушку и попыток причесаться как можно тщательнее на случай, если он пройдёт мимо нашей лавки и, кто знает, на этот раз обернётся. Никаких вежливых улыбок в ответ на презрительное «ах, это же та женщина» и никаких «приходите к нам ещё», когда посетительницы поспешно удаляются из магазинчика, словно я прокажённая.

Поганый, лживый, эгоистичный ублюдок! Он не сумел хотя бы просто смолчать! Он растрепал всем и каждому в проклятом маленьком городке…

— Дай сюда! — я вырвала из рук демона почти спрятавшийся в складках мягкой ткани договор и, не читая, ткнула пальцем в самом низу. Там, где ровные аккуратные буквы гласили «подписано без принуждения и в здравом уме». В здравом, как же!

Если прочитаю — не смогу.

Одумаюсь, испугаюсь, вспомню, что жизнь не заканчивается на одном предателе.

Кольнуло.

Всё.

— Мои поздравления, кири Триста! Вы подписали контракт с демоном! — рогатый ловко выхвалил бумагу, да я уже и не пыталась держать. На желтоватом фоне алел отпечаток пальца, а в самом верху темнело проявляющееся имя: Триста Макклот. Соглашение. А выглядит, как приговор. Демон поспешил приложить палец с другой стороны документа, чтобы окончательно его узаконить. — Пожмём же руки, как того требует традиция! — едва не подпрыгивал от воодушевления он.

Сильные руки подхватили меня, приподняли над землёй и поставили к самому надгробию — туда, где, несмотря на игру ветра и ночной холод всё ещё горела свеча в кошачьем черепе.

— Ужас! — мой личный прислужник протянул ладонь так, чтобы она попадала в ореол света: — Ты что, в самом деле угробила котика? Это правило устарело лет двести назад!

Я подала свою:

— Понадобится — угроблю не только котика, — прошипела как можно более зловеще, ощущая, как он стискивает мои ледяные пальцы.

Демон улыбнулся:

— Кажется, мы с тобой повеселимся, рыжуля.

— Что-что ты сделала?!

Матушка открыла рот, чтобы добавить что-то ещё, но не нашлась. Она лишь приподняла подсвечник чуть выше, пытаясь рассмотреть в полумгле у дверей рога моего спутника: быть может, всё это глупая шутка?

Демон медленно лениво почесал рог о дверной косяк и перехватил свободную пухлую ручку женщины, которой та уже собиралась хвататься за сердце. Или за канделябр — для последующего точного удара. Со вторым Рок был знаком не понаслышке, так что предпочёл опередить женщину и смачно расцеловать её пальчики.

— До чего приятное знакомство! — с придыханием произнёс он. — Знай я, что у моей новой подопечной столь колоритная родственница, обязательно проигнорировал бы контракт и занялся соблазнением вас, дорогая!

Оторопев от настырного внимания, мама отняла руку не сразу, а лишь когда губы демона, неудовлетворённые пятью пальцами, скользнули вдоль рукава ночной сорочки к локтю.

— Но-но, вьюноша! — предупредительно качнула она тяжёлый подсвечник. — Вы мне голову не морочьте! Если моя дочь настолько недальновидна, что додумалась заключить с вами сделку, это не значит, что я не огрею вас вот этой вот махиной по затылку!

— Сомневаюсь, что это поможет аннулировать договор, — пожал плечами Рок, разглядывая дом, в который его привели, но пока что не пригласили. — В лучшем случае кири Триста получит нового прислужника. И я гарантирую, что он будет менее обаятелен, чем я.

— Доченька, это всё правда? Ты действительно пошла на…

Я закусила губу: сама знаю, что совершила глупость. Но жалеть о ней не намерена.

— Да, матушка. Младший демон Рок…

— Младший демон второго порядка, — поправил Рок.

— В общем, он теперь мой… как это правильно называется? — я растерянно повернулась к мужчине.

— Консультант, — расплылся в острозубой улыбке он. — С утра и до утра. Каждый день. Целый месяц. Если вы не пожелаете, чтобы я остался… подольше.

Женщина по-прежнему занимала весь проход, а отпихивать её с дороги и раздражённо бросать «ничего вы не понимаете, маменька!» я отвыкла годам к четырнадцати. А как тут не отвыкнуть, если заботливая длань родительницы не легче шапки правителя Моноптаха? Поэтому мы вежливо ждали, пока она сочтёт родительский долг выполненным и впустит.

— Всего месяц, мама, — я погладила её по плечу, пытаясь успокоить. — Я не собираюсь продлевать договор. Всего тридцать три дня.

— Это всё из-за… — она не произнесла имени. Мы обе знали, что это из-за Антуана. — Отец знает?

— Я взяла книгу у него.

Рок продемонстрировал тяжеленный талмуд, который тащил от кладбища сам: первое задание. Пусть привыкает и не думает, что со мной будет так же легко, как с другими ведьмами.