Охота на оборотня - Морвейн Ветер

Еще десять лет назад, когда пошел вал мистических фильмов, мне казалось: чуть- чуть, вот-вот — и о нас заговорят.

Можно будет свободно выходить на свет, не скрывая, что ты — не человек, и люди смогут спокойно принимать то, что мы такие, какие есть.

Говорят, такие времена уже наступали на Земле. В Галлии, например, почитали и любили волков.

В Азии белоснежные кицунэ пользовались почтением со стороны людей.

А взять египетскую мифологию? Она же вся, целиком, про нас! Боги меняют лица, как инфантильная блондинка — перчатки или плащ.

Но, странная штука жизнь — никто и не заметил, когда колесо повернулось назад.

Снова зазвучало давно забытое слово «инквизиция» — пусть пока еще и так же тихо, как звучали пару лет назад наши собственные имена.

Об Инквизиции не говорили вслух даже среди нас. И тем не менее каждый знал, что она есть.

Инквизиция — такой же ночной кошмар для нас, как и мы — для людей.

О нас много чего говорят. О том, что мы дикие, что не умеем управлять собой… Но ровно половина из сказанного — вранье.

Да, мы зависим от луны, и звериная форма нам нужна — но полнолуние здесь ни при чем. Без нее мы сохнем — как русалки, выброшенные на сушу, сохнут без воды.

Есть и те, кто не умеет или не хочет управлять собой. Ладно, скажем прямо… в основном это мужики. Ну, или мне как девушке удобнее так считать. Полагаю, кто- то из самцов наверняка скажет вам, что все наоборот, и это самки перегрызут горло любому, кто им не угодит.

В общем, факта всего два: мы есть, и мы отличаемся друг от друга так же, как один от другого отличаются двое людей.

Все дело в том, что инквизиторы — или охотники, как называю их я — в отличие нас, на одно лицо. Они, пожалуй, даже гордятся тем, что считают жертв по головам и не различают между собой ни двоих зверей, ни двоих людей.

Это, наверное, пугает больше всего. To, что они убьют тебя не потому, что ты сотворил зло. И не потому, что ты мешаешь им добиться своего. To и другое можно понять.

Если кого-то из волков настигла серебряная пуля с выгравированным на ней крестом — можно не сомневаться, его убили просто потому, что он волк. И все остальное не интересовало никого.

Ты можешь делать что угодно, трепыхаться как только требует твоя душа. Ты даже можешь вступить с ними в сделку и думать, что помогаешь им.

Для инквизитора волк — всегда только волк. А сам он всегда — человек.

Я хрустнула вафлей и уставилась в окно. За серыми бетонными махинами занимался тусклый рассвет. Сна ни в одном глазу, но и голова пустая, как будто бы ночь не спала.

«Он следит за мной, — думала я. — Иначе какого дьявола он посреди ночи приперся сюда?»

И все же мне до безумия не хотелось переезжать и путать след.

Говорят, что серые волчицы глупее других. Если так, то самая глупая из них, определенно, я.

Когда нормальная девушка не знает что делать, она идет к подруге. Но, без особых к тому причин, подруг у меня давно уже нет. В школе была парочка «лучших», как у всех, но уже институт развел нас по разным дорожкам, а потом я как-то все больше предпочитала парней.

Очень неудобно советоваться с самой собой, и потому я ищу советов во всякой ерунде — в гороскопах, книгах, на форумах в интернете и даже в картах. Не потому, что верю в судьбу. Просто надо перевалить ответственность на кого-нибудь, вот и все.

Однако нынешнюю ситуацию доверять гороскопу не хотелось — тем более что последний предостерегал от необдуманных поступков, в случае неудачи обещая провал. Если я знала, какой именно поступок станет в моем случае необдуманным — может, и избежала бы чего-нибудь, а так…

Оставалась еще стая.

Ничего удивительного нет в том, что когда тебя не защищает закон, ты находишь тех, кто сможет его заменить. И если для людей такой силой стала инквизиция, то мы старались помнить кровное и укусное родство. Ну, по крайней мере до последней пары десятков лет, когда в этой сфере стало твориться черти что…

Раньше не бросать миньона был непреложный закон. Теперь с трудом можно разобрать, кто кому отец, а кто кому сир. Но вожаки по-прежнему есть, и когда чувствуешь, что тебе угрожает мир людей — приходишь к одному из них.

Я позвонила Руслану — так звали моего вожака — предупредив, что зайду вечерком. А сама посмотрела на часы.

Встреча с клиенткой была назначена на одиннадцать часов — то есть мне еще куковать и куковать.

Поразмыслив, я направилась в ванную, решив заняться собой, но успела сделать лишь пару шагов, когда снова раздался звонок в дверь.