Голос во тьме - Анастасия Машевская

— Никогда бы не подумала, что брак — такая занимательная штука. А вы?

А он о браке знал еще меньше. Поэтому непроизвольно его лицо приняло несколько извиняющееся выражение, и Редгар пожал плечами. Данан засмеялась. У неё не было каких-нибудь умилительных черт, вроде ямочек на щечках или маленького ротика с пухлыми губками (или что там еще обычно воспевают барды? — подумал Редгар) — нет, её лицо, напротив, было образчиком строгих и правильных линий. Но когда леди улыбнулась, это выглядело так открыто, что оторвать взгляд Редгар смог не сразу.

— Если найдете хоть одного Смотрителя, который понимает в браке, дайте знать — я выгоню его из ордена.

Данан развеселилась еще:

— Настолько не соответствует уставным требованиям быть вечно хмурым, измордованным странствием собирателем новобранцев и борцом со злом?

— Вот, значит, какой у меня вид, — хмыкнул Редгар.

— О, конечно нет! — женщина убедительно широко раскрыла глаза. — Вы выглядите намного хуже. Но вы же командор, сам Редгар Тысячи Битв…

Он видел, как вздрагивали её плечи, и поэтому, помотав головой, попросил, ухмыляясь:

— Леди, пожалуйста, хватит.

Теперь плечом повела она — тоже с глуповатой физиономией, которая никак не шла её чертам — и снова взялась за вино.

Говорить с леди Марелл было абсолютно не о чем (хотя очень хотелось), и в попытках зацепиться хоть за какой-то повод, Редгар снова огляделся в зале. Может, стоит найти сенешаля и напроситься на отдых? Наверное, в такой день это очень невежливо, но он же лорд-смотритель, что ему будет?

Молодая женщина слегка наклонилась к гостю и шепнула с тонкой долей иронии:

— Похоже, вы тоже не знаете, что здесь делать?

Редгар от такого заявления немного отодвинулся и уставился на госпожу. Та, не оглядываясь, продолжала наблюдать за мужем, который, наконец, оставил в покое служанок и теперь говорил о чем-то с начальником замковой стражи.

Редгар прочистил горло.

— Я думал, для вас это является привычной с детства рутиной, — с искренним интересом предположил Редгар. Происхождение из низов могло бы объяснить, отчего она не привычна к светским раутам, но Редгар видел аристократические корни Данан во всем, от профиля до отточенности жестов: наклона головы, усмешки, в том, как она держала осанку, как тянулась за кубком с вином и как облизывала губы после глотка.

— Нет, — ответила молодая женщина коротко.

Она отставила бокал, и Редгар впервые обратил внимание на её руки. Если она аристократка, то почему правая выглядит так, будто только перед ужином сменила доспех на платье и выпустила из длани меч? Если аристократка, то почему у неё на левой руке такой уродливый массивный браслет?

— У вас очень необычное украшение, госпожа, — протянул Редгар.

Странно, но это замечание заставило прежде уверенную женщину занервничать. Взгляд, направленный прямо, в фигуру супруга, вдруг изменился, черты лица ожесточились, будто лорд Марелл был виноват, что она носит подобное. Данан поправила левую манжету платья, стараясь спрятать то, что привлекло Редгара.

— Скорее, колодки.

Она выпила вино до дна и больше попыток поддержать разговор не предпринимала. Редгар почувствовал осадок, какой оставляет чувство необоснованной вины, но лезть не стал. Его к утру все равно тут уже не будет.

Лорд-командор налег на еду — жаркое из свинины с картофелем, вино со специями, свежий хрустящий хлеб и тушеные овощи. В его обычной жизни такие радости встречаются редко, а в последние месяцы еще реже. На разносолы вроде заморских ягод или разных соусов к картофелю Редгар даже смотреть не стал.

— Вы так и будете сидеть в оружии? — спросил, вернувшись, лорд Марелл.

Редгар застыл с куском хлеба на пути ко рту, уставился на хозяина замка с недоумением: «А в чем проблема?». Наконец, понял, что у него спросили.

— О, простите, лорд. Должно быть, это не одобряют. Но, думаю, вы поймете, что так правильней.

Марелл согласно кивнул:

— Конечно. Благодаря тому, что ваш брат даже спит с оружием, вся Аэрида еще цела.

Было непонятно, польстил он, съехидничал или был честен. Поэтому Редгар сменил тему к тому, что вызвало в нем интерес:

— Я заметил у вашей жены браслет из ордовира. Говорят, раньше такие делали Стражи Вечного вначале обучения, если не могли совладать с изменениями, которым подвергал их амнирит. Значит ли это, что ваша супруга — воспитанница Цитадели Тайн?

Лицо Марелла, прежде улыбчивое, дрогнуло. Он бросил короткий взгляд на новоявленную супругу и махнул рукой.

— Лучше расскажите, какие вести на юге. Слышал, король собирает людей на берегу?

Редгар кивнул:

— Парталанские корабли прибились совсем недавно таким числом, что стратий Молдвинн не смог выдавить их своими силами. Теперь они укрепляются на берегу. Его величество сейчас там, хотя и пытается, вроде как, держаться переговоров. Парталанцы давно не выступали с воинственными намерениями в нашу сторону, а у Даэрдина сейчас откровенно есть проблемы посерьезней.

Марелл качнул головой, будто спрашивая: «Надо же! Что, снова бабкины сказки?».

— Пагуба? — спросил соответствующим тоном.

— От нее не отвертишься, милорд.

— Ох, Бран, — позвал лорда Марелла один из дружинников. — У тебя сегодня брак свершается, а ты талдычишь о ерунде!

— И не говори, — посмеялся лорд.

Больше о делах не говорили. Редгар был рад: тому, в чьих жилах не хлещет тьма, не понять, как она зовет и как безошибочно предупреждает. Присматриваясь к молодоженам, командор думал, что для новобрачного Марелл слишком уж не торопится в спальню. Но, с другой стороны, очевидно же, что этот брак был решен без участия молодых и обоим плевать. Так что Редгар предпочел быстрее доесть, расположиться в покоях, куда его отвел сенешаль, и хотя бы один вечер в месяц (или в год?) не думать об ордене, Пагубе, новобранцах, короле Драммонде, исчадиях пустоты и необходимости созвать командоров на севере.

Редгар подскочил среди ночи. В холодном поту и с пронзительным чувством тревоги во всю грудь: опять ему снится ледяная тьма без лица и имени. Только контур уродливого тела, больше, чем любое человеческое, с крыльями из тени над отвратительным горбом… Проклятье! — выругался мужчина. Решил поспать и не думать о делах, да, лорд-командор?

— Трудно спрятаться от того, что велит долг, если он течет внутри, да, Ред? — словно разочаровываясь в себе, спросил Редгар пустоту комнаты.

Скинув с постели ноги, привел в порядок дыхание. Наклонил голову туда-сюда, стараясь проснуться. Лучше всего пройтись.

Долгие годы в должности лорда-командора и еще более долгие — в судьбине бойца приучили Редгара собираться быстро и полностью. Ничего не забывать, безотчетно, не задумываясь, экипироваться, мастерить припас, седлать лошадь. Вот и сейчас, потуже перетянув ремни портупеи, Редгар крепко подвязал шнурок на волосах и вышел из комнаты. И покуда он спускался из гостевого крыла назад, в парадную залу, его достигал гомон, ничуть не похожий на праздничный.