Жнец - Павел Корнев

— Нет, она дальше по коридору, — то ли отшутился, то ли на полном серьёзе сказал Паре и начал подниматься по лестнице на второй этаж. — Я, конечно, не могу ничего гарантировать, но если не будешь валять дурака, посещение оной тебе не грозит.

— Вот спасибо, — буркнул я, — успокоили, так успокоили…

Граф только хмыкнул и ничего на это саркастическое замечание отвечать не стал. Проводив меня в просторный кабинет, он указал на застеленный белой скатертью стол с расставленными вокруг него плетеными креслами и предложил:

— Присаживайся.

— Нежели кормить будут? — усмехнулся я и подошёл к широченному, практически во всю стену, окну. Привезли меня сюда ночью, и ничего толком рассмотреть возможности не представилось. А как ни крути, любопытно глянуть, где именно мы сейчас находимся.

За окном оказался сад. Начавшие желтеть деревья, ухоженные газоны, посыпанные мелкой галькой тропинки.

Где я?!

— Мне казалось, человеку в твоём положении кусок в горло не полезет, — как бы невзначай намекнул Паре, что расслабляться не стоит.

— Совершенно верно! — Ухмыльнулся я и принялся разглядывать висевшие на стенах картины. Ничего в этой мазне не понимаю, но одно могу сказать точно — рамы вовсе не из дешёвых. На полу ковры, портьеры золотыми нитями прошиты. — А знаете почему? Потому что у меня язык к глотке присох уже!

— Ну, на чай можешь рассчитывать.

— Ваша доброта не знает границ, — вновь отвернулся я к окну. — Где это мы, господин Паре?

Ответил мне не Малькольм. Непонятно когда успевший присоединиться к нам мужчина средних лет пожал графу руку и улыбнулся:

— Вы в моём охотничьем домике.

— Ваша светлость… — вздрогнув от неожиданности, поклонился я. Скажи мне кто ещё вчера, что буду чаи с советником его величества распивать, — даже не улыбнулся бы. А ведь без чая точно не обойдётся, слуги стол на три персоны сервируют. Охотничий домик? Ну надо же…

— Присаживайтесь, — предложил герцог Мор. — Разговор нам долгий предстоит.

— К полудню мне надо быть во дворце, — напомнил Малькольм Паре.

— Не настолько долгий.

Я уселся за стол, и моментально оказавшийся рядом слуга наполнил чашку.

— Думаю, Себастьян, вы гадаете, зачем мы здесь собрались? — прищурился внимательно разглядывавший меня герцог, когда слуги покинули кабинет.

— Нет, — покачал головой я. — Вот причина, по которой здесь оказался я, действительно представляет определённый интерес, ваша светлость.

— Рауль отзывался о вас лучшим образом…

— И, тем не менее, это не объясняет, почему я пью чай, а не даю показания.

— Ну, тебе хватило ума захлопнуть крышку сундука до того, как обнаружилась подмена, — усмехнулся Малькольм Паре и, подцепив щипчиками, кинул в чашку один кусочек сахара.

— Исчезновение наконечников не предано огласке?

— Именно.

— И выходит, надо отыскать их, прежде чем станет известно о пропаже, — продолжил я выстраивать логическую цепочку, — лишних людей посвящать в происходящее нецелесообразно, поэтому вновь возникла необходимость в моих услугах.

— Тоже верно.

— В итоге, всё упирается во время. Как долго можно будет замалчивать это происшествие?

— Кого надо мы о пропаже уже известили, — немало удивил меня своим заявлением герцог. — Остальные… остальные не должны узнать о ней вовсе.

— Боюсь, я уже ничего не понимаю, — признал очевидное я и, чтобы скрыть замешательство, отпил чая.

— Чей корабль пытался перехватить вас в море? — неожиданно поинтересовался Малькольм. — Кем была завербована часть отправленных в экспедицию солдат?

— Драгарн?

— Именно.

— И маршала на том заседании не было, — припомнил я. Просто совпадение или надзорная коллегия подсуетилась?

— Граф Ильме подал в отставку по состоянию здоровья, — улыбнулся герцог Мор.

— Вероятно, кто-то из его ведомства оказался агентом Драгарна?

— Один из заместителей, — просветил меня Паре. — В Лиране узнали о наконечниках и решили наложить на них руку, но к счастью попытка эта успехом не увенчалась.

— Получается, они уверены, что наконечники находятся у нас! — ухмыльнулся я.

— И поскольку это обстоятельство может переломить ход войны, Драгарн вынужден пойти на уступки. Усиление Ланса играет им на руку только до определённого предела, — подтвердил граф мою догадку.

— Заключённый союз обошёлся нам очень недёшево, помимо возвращения части Протектората мы должны передать Дарагарну полдюжины наконечников, — объяснил герцог. — До сих пор всё висит на волоске, и это нельзя не принимать во внимание!

— Какие-то зацепки уже есть? — сразу перешёл к сути дела я.

— Если не брать в расчёт возможность вашего сговора… — до дрожи напугал меня намеренно сделавший паузу советник короля, — похитить наконечники могли только люди Ланье.

— Выходит, их слово против нашего…

— Ланье временно отстранён от работы и находится под домашним арестом, — как-то очень буднично заявил Малькольм Паре, — он не в состоянии оказать влияния на результаты расследования.

— На каком основании его отстранили?

— Официально? Провалил работу по выявлению драгарнской агентуры.

— Вы действительно полагаете, что именно Ланье организовал похищение наконечников? — Мысль эта просто не укладывалась у меня в голове. — Или… или просто подвернулась удачная возможность лишить его влияния?

— Как бы нам ни хотелось утопить Якоба, — очень медленно проговорил герцог, — в первую очередь необходимо вернуть наконечники.

— К тому же некоторые нюансы позволяют сделать вывод о непричастности к этому делу господина Ланье, — поднялся из-за стола Малькольм.

— Какие именно?

— Джоэль и Грай — мертвы.

— Это ещё ни о чём не говорит, — покачал головой я. Пусть волкодавы и были преданы лично главе надзорной коллегии, но при необходимости Ланье мог пожертвовать ими без малейших колебаний. Слишком ставки высоки, чтобы сентиментальничать. — Даже наоборот.

— Осмотревшие тела медики убеждены, что они умерли накануне вашего прибытия в Акраю.

— Вот как… — Удержаться от проклятия удалось с превеликим трудом. — На редкость запутанное дело…

— Найдите наконечники, — пропустил мимо ушей эту сентенцию герцог Мор и, не прощаясь, покинул кабинет. Даже о последствиях предупреждать не стал. Да и зачем? И так всё ясно.

— Так понимаю, меня назначили козлом отпущения? — уточнил я у Паре.

— Не козлом отпущения, а старшим оперативной группы по розыску похищенного, — покачал головой граф и добавил: — Что, в общем-то, одно и то же.