Сердце ворона - Владимир Торин

Маг, идущий по главной улице Хиана, конечно же, знал обо всех хитросплетениях истории Златоглавого Града. Десять дней назад он покинул Гортен с маленькой котомкой за плечами и, чтобы не привлекать лишний раз внимания в приграничном Дайкане, решил пройти через Хиан, Истар и озера Холодной Полуночи. И вот началось… Он полчаса в Хиане, а уже по самую макушку в неприятностях.

Картнэм вошел в ворота города с рассветом, побродил немного по ухоженным, чистым улицам, прошел по центральной площади, любуясь прекрасными статуями и золочеными куполами храмов, отражающими солнечный свет. Купил у улыбчивого торговца за медный тенрий местное кушанье – цхаллу, земляные орехи, обкатанные в густом, как патока, ягодном соке.

Не подозревая об опасности, волшебник уже направлялся к северным воротам, наслаждаясь теплом и красотой вокруг, как неожиданно из какой-то подворотни выскочил неприметный молодчик в затасканной коричневой рубахе и что есть сил натолкнулся на него, выбив при этом из его руки резной посох. А когда маг нагнулся, чтобы поднять его, тут-то все и началось…

– Эй! Это мой! – взвился бродяжка. – Он украл мой посох!

– Что? – попытался возразить волшебник.

От подобной наглости у мага даже перехватило дыхание. Бродяжка походил на маленького злобного щенка, который пытается впиться клыками в ногу человеку, и ему плевать, что тот может с легкостью раздавить его каблуком.

– Да как ты смеешь?

Но маленький человек не слушал его, все вереща чуть поодаль, а к ним уже спешили два могучих стражника в серебристых кольчугах и синих гербовых сюрко, накинутых поверх.

Один схватил немощного на вид старика за руку и заломил ее за спину, несильно, но уверенно – не вырвешься. Вот вам и уважение к возрасту! Другой, держа наперевес алебарду, подошел к подозрительному парню.

– Что ты говоришь? – грозно спросил воин. – Что сделал этот старик?

– Я выбежал и уронил свой посох! – не краснея, начал врать молодчик. – А этот… ууу… ворюга проклятый, поднял его и хотел уйти!

Стражник покосился на «проклятого ворюгу», то бишь на пожилого странника. Отметил про себя потертый дорожный плащ, старые сапоги, штопаную остроконечную шляпу. Шляпу! Неужели он не слыхал о магическом законе 470 года, гласящем, что подобные шляпы могут носить только волшебники, маги, колдуны, ведьмы и иже с ними? И хоть Картнэм всегда плевал на всяческие законы, придуманные его товарищами в науке, чтобы удержать своих адептов в узде, шляпу эту он носил уже два века просто потому, что она ему нравилась. Кроме того, он к ней привык.

Безымянный с надеждой посмотрел на стражника и огорчился: похоже, тот не слыхал о «Магическом Законе Остроконечных Шляп». Похоже, он вообще плевал на всяческие магические законы. Что же взять с необразованных простолюдинов?

Стражник отобрал у старика сумку и начал в ней рыться: обнаружил несколько потертых старых свитков, простую, как ему показалось, деревянную чашу и немного еды, припасенной на дорогу. Но более всего его заинтересовал большой дубовый лист и покоящийся в нем непонятный амулет.

Как только негатор оказался на свободе, Картнэм со злостью почувствовал, что все его силы иссякли. Волосы за какой-то миг стали белее, будто он ткнулся в муку. Кожа утратила свежесть и иссохла, морщины углубились, под глазами набухли мешки. Руки истончились, кости проступили четче. Безымянный с любопытством поглядел на свою кисть: пальцы дрожали и стали походить на белых сморщенных червей. Тут же навалилась безумная усталость, все кости начали ныть, поясница, казалось, сейчас просто переломится, а ноги подогнутся. Волшебник будто сжался, гордость взора изошла, испарилась, превратившись в усталость и тоску. Он действительно начал походить на жалкого нищего-побирушку. Стоя на брусчатке, вдали даже от простого парка – что уж говорить о лесе, – маг за одно мгновение превратился в обычного человека, да к тому же, как выходило, лжеца…

– От этой штуковины веет злом, – сказал служитель порядка, повертев в руках медальон с вправленным в него черным камнем.

– Неужели? – усмехнулся Безымянный. – Вы не могли бы сделать мне одолжение и засунуть амулет обратно? Знаете ли, дуб хорошо защищает от темных сил.

– Старик, уж не занимаешься ли ты чернокнижным промыслом? – хмуро спросил стражник. Было видно – ему не до шуток.

– Не занимаюсь, – просто сказал волшебник.

– Ты украл посох?

– Это мой посох.

– Ложь! – тут же заорал паренек. – Это посох моего покойного деда! Он был магом-повелителем живой природы и умер два года назад. Старик лжет!

Картнэм закусил губу: хорошо подготовился мерзавец, нечего сказать. Звучит намного убедительнее слов какого-то бродяги, у которого, ко всему прочему, нашли «штуку, от которой веет злом». Вот только…

– Молодой человек, маги просто так не умирают, – сказал старик и пристально посмотрел пареньку в глаза.

В ответ тот улыбнулся одними кончиками губ, а через мгновение на его лице снова появился праведный гнев.

– Что ты хочешь этим сказать, ворюга? Мой дед, Чертоги Карнуса ему на века, споткнулся на лестнице и сломал себе шею! А посох законно оставили его семье: мне и моей матери. У меня есть документ из Большой Школы Магического Искусства!

Да… Ловушку Картнэму подготовили более чем грамотную. Он даже не сомневался, что и дед у паренька был, и что с документом на посох все окажется в порядке.

Волшебник корил себя на чем свет стоит. Не мог же он попасть в такую глупейшую ситуацию! Выходило, что смог и попал. Как говорят господа охотники: «И на дичайшего волка найдется зубастый капкан». Глупец! Влез в войну некромантов Умбрельштада и магов Ронстрада – теперь как выпутываться?!

Стражникам, видимо, хватило одного упоминания Школы, чтобы уверовать в правдивость этого парня. Говоривший с ним подошел к Картнэму:

– Старик, тебя обвиняют в воровстве. По Хианскому Кодексу ты будешь казнен в течение двух часов. Тебе есть что ответить на обвинения этого человека?

Нет, ему нельзя было рассказывать о своей миссии. Никому и ни при каких обстоятельствах. Тайна «ключей» и поиска Твердынь не должна коснуться слуха посторонних… А еще и Чаша эта, будь она неладна, и Тиан со своей беспечностью… Безымянному не выдали путевой грамоты, он был никем и звать его никак – соответствует своему прозвищу. А парень готов был все доказать. Сволочь…

– Я только что прибыл из Гортена, – тем не менее попытался оправдаться волшебник. – Я маг Живой Природы высшей категории. Это мой посох.

– Ты можешь это доказать, старик? – удивленно приподнял бровь воин.

Доказать? Когда у него в руке активный негатор? Среди каменного города, где вокруг лишь мрамор, гранит и железо? Где нет ни капли живой стихии? Что он мог доказать! Превратиться в волка, чтобы его тут же, на месте, распяли или в костер бросили? Смешно…

– Нет, не могу, – пришлось признать ему.