Повелитель гномов - Маркус Хайц

Каменные Врата Северного перешейка в королевстве Пятых, Гизельбарт,

в год 5199 солнечного цикла, конец лета

Белый туман наполнял ущелья и долины Серых гор. Вершины Великого Меча, Драконьего Языка и других пиков упрямо возвышались во мгле, устремившись к вечернему солнцу.

Медленно, будто опасаясь острых скал, спускалось светило, заливая Северный перешеек бордовым слабеющим светом.

Гландаллин из клана Молотобойцев прислонился к грубо отесанной стене сторожевой башни. Приложив правую руку к своим кустистым черным бровям, он пытался защитить глаза от непривычного света. Во время подъема гном запыхался, и сейчас вес искусно сплетенной кольчуги, двух топоров и меча давил на его усталые ноги.

Но гномов моложе его уже не было.

Битва, на которую вышли девять кланов племени Пятых несколько дней назад, стоила многих жизней. Смерть забирала в первую очередь молодых и неопытных. Но их жертва была не напрасна: неизвестный враг был уничтожен.

И все же друзья Гландаллина продолжали умирать. Умирать от коварной болезни. Никто не знал, откуда она появилась. Лихорадка сжигала тела несчастных, хворь делала их слабыми, отбирая у них ясность взора и твердость руки. Гландаллин, как один из старших гномов, вынужден был выполнить свой долг и заступить на стражу, чтобы этой ночью охранять Каменные Врата.

От высокой смотровой башни через Серые горы вниз к Потаенной Стране, где в своих королевствах жили люди, эльфы и маги, вела тропа. Племя Гландаллина охраняло покой Страны с севера.

Гигантские врата из твердейшего гранита преграждали путь любому чудовищу. Враккас, бог гномов и их создатель, когда-то воздвиг эти огромные каменные створки, заперев их на пять печатей, открыть которые можно только при помощи тайных слов. Лишь хранители пути знали эти слова, а без них врата оставались нерушимы.

Перед массивными каменными монолитами до сих пор лежали побелевшие кости и проржавевшие доспехи тех, кто не испугался этой преграды. Орки, огры и другие чудовища вступали в кровавые сражения и терпели поражение за поражением, перед смертью успевая понять, что и по прошествии тысяч солнечных циклов топоры гномов все так же остры.

Одинокий стражник снял с пояса кожаную флягу и отпил немного прохладной воды, чтобы смочить пересохшее горло. Несколько капель скатились с уголка его рта и упали на черную бороду. Потребовалось несколько часов, чтобы заплести эту копну волос в искусные косы, ниспадавшие на грудь гнома тонкими вервиями.

Гландаллин опустил флягу, отстегнул оружие и положил его на парапет башни, вытесанный из горной породы. Коснувшись камня, лезвия топоров мелодично звякнули.

Оранжевый луч солнца упал на украшавшие топоры руны и символы. Эти руны придавали владельцу оружия выносливость и меткость, делая его искусным воином.

Лезвия выковал сам мастер-кузнец и основатель племени Первых, Боренгар, Белогорн и преподнес их в подарок Гландаллину, победителю множества сражений у Каменных Врат. Ни мечу орка, ни дубине тролля, ни копью огра не удалось прервать нить длившейся уже триста двадцать семь солнечных циклов жизни гнома-воина, хотя многие ужасные создания пытались сделать это, о чем свидетельствовали шрамы на коренастом теле. Сила письмен и доспехи всегда оставались ему верны.

Куда бы Гландаллин ни обратил взор, повсюду земли холмистой страны Гаурагар вспарывали свинцовые вершины, вздымавшиеся к небу. Горный массив отпугивал путешественников обрывистыми склонами, опасными дорогами и переменчивой погодой, так что, несмотря на все богатства Серых гор, жители страны Гаурагар, населенной людьми, редко заходили в эти места.

Лишь ее народ жил в тени вершин. Гномы из племени Пятых, племени Гизельбарта Железноглазого, построили свое подземное королевство в Северном высокогорье. Они вырыли проходы, выстроили великолепные залы, разожгли там жаркий огонь и вытесали из скал колонны, чтобы, скрывшись от солнца и непогоды, посвятить свою жизнь добыче сокровищ и кузнечному делу.

Гландаллин глядел на непреодолимые пики, сливавшиеся вдалеке в широкую темную полосу. Он любил свою родину, ведь это место было преисполнено сумрачной красоты, и он не променял бы его ни на какое другое.

Враккас, бог-кузнец, окружил Потаенную Страну горами, чтобы защитить ее жителей от чудовищных порождений бога Тиона. Он повелел эльфам, гномам, людям и другим созданиям жить здесь в мире.

Обратив взгляд на север, Гландаллин залюбовался перешейком, который они называли Каменными Вратами. Ширина перешейка составляла около тридцати шагов, и он вел в неизведанные области Потусторонней Земли. Раньше короли людей отправляли экспедиции в Потусторонние Земли, но лишь немногие из них вернулись. Как бы то ни было, они невольно указали путь к вратам оркам. С орками пришли и другие чудовища, которых во злобе своей породил бог Тион, чтобы привнести несчастья в жизнь других.

Гландаллин внимательно осмотрел перешеек. Он ни на миг не должен терять бдительности. Темные создания не учились на своих ошибках. Злобный разум, подаренный им богом Тионом, заставлял их вновь и вновь совершать набеги на Врата. Они пытались проникнуть в Потаенную Страну, желая уничтожить всех и вся — именно для этой цели они были созданы творцом.

Иногда набеги разделяли солнечные циклы, иногда лишь восходы. До сих пор орды врагов не додумались до того, чтобы нападать, основываясь на каком-то плане и использовать хитрость. Слепая ярость их набегов дарила им лишь кровавую купель. Бушующим и кричащим чудовищам никогда не удавалось забраться дальше зубцов крепостной стены, а там своим смертельным приветствием их уже поджидали топоры гномов, с восхода до заката дробившие плоть, кости и доспехи чудовищ. В такие дни черная, темно-зеленая и желтая кровь заливала непобедимые гранитные врата, о которые разбивались тараны и камни из катапульт.

Дети Враккаса тоже несли потери, их калечили и ранили, но никто не жаловался на судьбу. В конце концов, они были гномами, самым сильным народом из всех известных рас. Они были хранителями Потаенной Страны.

«И все же им удалось застать нас врасплох», — подумал Гландаллин о загадочных созданиях, жертвами которых стали столь многие представители его племени.

Они появились внезапно, ниоткуда. Внешне походили на эльфов: высокие, стройные, с грациозными движениями. Однако в бою эти существа были жестокими и подлыми.

— Эльфы или неизвестные чудовища? — вполголоса протянул он и решил, что это все же были какие-то порождения тьмы. — Скорее всего, давным-давно Тион Премерзкий оставил их в земле и забыл о них, а наши строители тоннелей разбудили их ото сна и освободили из плена скал, — попытался он хоть как-то объяснить произошедшее.

Гландаллин был совершенно уверен в том, что это не могли быть эльфы из Потаенной Страны. Гномы и ушастые ненавидели друг друга; так решили Враккас и Ситалия, создательница эльфов, когда они вдохнули жизнь в эти народы. Боги вложили в эльфов и гномов взаимную неприязнь, краеугольный камень неразрешимых конфликтов, а иногда и стычек, в которых и гномы и эльфы гибли, но никогда это не приводило к войне.