(не)желанный брак. Поцелуй Камня - Эми Мун

Бекки прикрыла глаза, мысленно охватывая всю картину целиком. Вот тут столб – крепкое бревно из ствола белого дуба – символа мужской власти, а руки грешницы скованны железными цепями из благословленной Епископом стали. Лишь светлые звенья останутся на пепелище, среди серого праха зеленоглазой ведьмы. Все болотницы отличались ярко-изумрудным цветом глаз и темно-рыжими, будто стоялая вода, волосами…так говорили книги. И огонь, да. Гибкие языки пламени, рвущиеся к самым небесам. А под ним черный росчерк обугленного тела среди прутьев огненной темницы.

Кисточка в руках мелко дрожала.

- Дальше, - прошептала служанке, но та вдруг хлопнула книгой. Да так, что кованый ремешок лязгнул о замочек.

- Нет, госпожа! Не дело это! Хватит глупостями заниматься, шли бы Вы лучше в постель.

- Дальше… - на полуслове голос сорвался на шепот.

В последний месяц было совсем худо. Слабость становилась с каждым днем злее, и волосы начали впадать. Сегодня на гребне остался такой клок… Ребекка чуть не расплакалась, увидев белые пряди, свисавшие между зубьев ломкими лентами. Хельга тихонько охала и обещала сама сварить настойку, укреплявшую корни.

- А этот доктор – шарлатан! Клянусь Создателем - шарлатан! – кипятилась добрая служанка.

- Он служит нашему роду уже несколько десятков лет, - возражала Бекки, но нянюшка и слушать ничего не хотела. Подсовывала чашку со своими отварами, но где женщине тягаться в зельеварстве с лекарем? Алхимия – сложная наука, и к ней допускались лишь мужчины. Как, впрочем, и к большинству других.

- Служит, да из рук вон плохо, - ворчала на это Хельга, - батюшку вашего не уберег, прости Создатель. Ах, славный добрый лорд…

Бекки молчала. Она тоже любила отца, и очень надеялась на скорую встречу. Недолго осталось. Вот только бы картину закончить.

- Хельга, - позвала служанку. – Почитай еще…

Но нянюшка решительно встала с кресла и швырнула пухлый летописный том на столешницу.

- Дурная книга! Дурная картина! – воскликнула, обтирая руки о передник, будто испачкавшись. – Ишь, чего удумали – такой ужас написать! Вам гулять надо, спать больше, питаться хорошо! Травы эти лекарские, да сгорит старый дурень в Преисподней, пить… А вы все туда же! Хоть бы за другое взялись! Чем худо благостный лик Создателя написать? Уж он-то, узрев Ваш чудный дар, постыдился забирать раньше срока.

Карие глаза служанки грозно сверкали, а пальцы мяли передник так, словно хотели разорвать на части. Хельга бойко выхаживала у витражных окон мастерской и тараторила без остановки.

У Бекки не было сил спорить.  Солнце еще не вошло в зенит, а уже хотелось прилечь. Но картина… Больше недели мысли о новом полотне будоражили кровь. Как приснилась зеленоглазая болотная ведьма напротив своего палача, так и остались в голове цепким репейником.

- … Где это видано – Железного Герцога рисовать? Что за блажь такая. Проклят их род, помяните мое слово. Точно проклят…

Глупости. Вильгельм де Грейстор, конечно, вошел в историю как самый жестокий и кровавый гонитель ведьм, но никто его не проклинал. Род герцога до сих пор здравствует и богатеет. А прямой потомок - его прозвали Каменным Герцогом - и тезка своего пращура на «ты» с королем. Ну, а что до картины… вряд ли полотна Ребекки фон Арнет украсят королевскую галерею. Скорее всего, мачеха  просто выкинет «мазню» на скотный двор, под ноги свиньям, а сестры ей охотно помогут.

Бекки вновь взглянула на картину. Первые языки пламени уже лизали сложенный горой хворост. Девушку звали Юнона… Страницы книг сохранили имя нечестивицы и длинный список грехов, от разврата до идолопоклонничества, но отчего так жаль молодую жизнь?

Дверь мастерской скрипнула, обрывая мысли.

- Госпожа фон Арнет зовет юную мисс отобедать, - зло прокаркал дворецкий.

Даже Хельга замолкла, удивленно приподнимая брови. Бекки и вовсе лишилась дара речи. Отобедать? Да этого уж года два как не бывало, и хвала Создателю.

- Что ты мелешь, пиявка напомаженная! – первая опомнилась Хельга. – Доктор говорил…

- Велено передать! – рявкнул мужчина. – У нас гости!

Тут уже и Бекки не выдержала.

- Гости?! Какие гости?

- Герцог де Грейстор, - небрежно бросил дворецкий и хлопнул дверью.

Кисточка выпала из рук и покатилась по плитам, пачкая серый камень алым.

- Дурная картина, - прошептала Хельга, хватаясь за сердце. – Ох, дурная…