Контракт для одинокой души - Наталья Фирст

- Открой стекло, - гость оставил вопрос без ответа.

«Какая, собственно, разница?», - подумала Алиса, вонзила кончик кинжала в подушечку пальца и оставила на стекле кровавый отпечаток ровнехонько на уровне собственных глаз. Раздался звон разбитого стекла, зеркало пошло трещинами и осыпалось вниз, правда, на пол не упало ни единого осколка.

- Здравствуй, Элси, - сказал человек из зеркала. Голос его был ровным, лишенным эмоций.

- Алиса, - поправила его девушка, - меня зовут Алиса.

- Для меня ты Элси. Так звучит твое имя в мире, который предложил тебе контракт.

- Контракт? – снова спросила Алиса.

- Ты хочешь получить шанс спасти мужа и все исправить? – ее вопрос снова оставили без ответа.

- Хочу! - без раздумья ответила она. - Что я должна для этого сделать?

- Подписать контракт.

В руке гостя появился новый свиток гораздо больше предыдущего.

- Вот, возьми.

Она взяла пергамент, и снова спросила:

- Что нужно будет сделать?

- Сущий пустяк, - в голосе гостя проскочил смешок. – Окончить школу савори, сдать экзамен, пройти испытание и помочь своему нанимателю в достижении его цели.

- Кто такие эти савори?

- Женщины – колдуньи, телохранители и наемные убийцы, зависит от желания нанимателя.

- Я не смогу, - Алиса протянула свиток обратно. – Я не умею ни драться, ни охранять, ни убивать. Я не умею колдовать. В нашем мире нет магии. Я - врач.

- Тебе дадут хорошее тело. Оно может все то, чего не можешь ты.

- Зачем тогда этот контракт? – Алиса порядком растерялась. – Если все это может кто-то и без меня.

- У тебя есть стимул, цель и желание идти до конца. Ты сможешь сделать то, чего не осилят другие. Ты же  хочешь вернуть мужа?

- Хочу, - Алиса упрямо сжала губы, - больше всего на свете.

- Соглашайся, это – твой шанс! Твой последний шанс. Другого у тебя не будет.

- А если у меня ничего не выйдет?

- У тебя будет страховка, - рука в перчатке протянула кулон на золотой цепочке. – Возьми.

Алиса машинально взяла. Странный кулон. Пластинка из толстого перламутра. В отверстие продето золотое колечко, в кольцо – массивная золотая цепь.

- Зачем это? - спросила она, держа кулон перед собой.

- Это – твоя страховка. Если решишь отказаться от контракта, просто сломай подвеску. Сразу вернешься домой. Только помни, другого шанса у тебя не будет. Савори предлагают контракт один раз.

- В любой момент? – уточнила Алиса.

- Когда захочешь, - подтвердил визитер.

- А если кулон сам сломается? Случайно? Или разобьется при падении? Перламутр такой хрупкий.

- Никто и никогда не сможет его сломать. Только твои руки вместе с твоим желанием. Никаких других вариантов нет. Магия, - усмехнулся гость, – все честно. Надень.

Она послушно надела кулон.

- Я хочу увидеть твое лицо, - внезапно сказала она. – Сними капюшон.

- Зачем смотреть на то, чего нет? – усмехнулся гость, оставаясь неподвижным.

- Сними, - повторила девушка.

- Как знаешь.

Рука в перчатке коснулась капюшона и откинула его назад. Там была пустота. Ни головы, ни шеи ничего.

- Я так и думала, - сказала Алиса.

- И что теперь? – спросил гость, водворяя капюшон на место.

- Как подписать контракт? - она  сломала печать на свитке.

- Капни кровью на пергамент в любом месте, - в его голосе проскользнули довольные нотки.

- Хорошо, - Алиса обновила рану кинжалом, нажала на подушечку пальца, выдавливая каплю крови.

- Читать не будешь?

- Зачем? Мне все равно.

Алая капля упала на пергамент и без следа впиталась в него. Алиса прислушалась к своим ощущениям. Странно, ровным счетом ничего не изменилось. Если, конечно, не считать проколотого пальца и кулона на шее.

- Все?

- Ты меня удивила, - сказал визитер. - Жди тело. Недолго. Скоро станешь савори. Или не станешь и вернешься домой. Жди. И запомни, умирать нельзя. Смерть – это конец. И здесь, и  там. Навсегда, без возврата.

- Я запомню, - сказала Алиса. – Я буду ждать.

- До встречи, Элси.

- До встречи, - Алиса вдруг встрепенулась. – А как я тебя узнаю? Я же не видела твоего лица!

- Это не важно, главное, что тебя узнаю я.

Гость исчез. Раздался звон, осколки зеркала взмыли из небытия вверх и сложились в гладкое, без единой трещины, зеркальное полотно. Алиса снова увидела себя. Глаза растерянные, на груди большой перламутровый кулон.  Она помотала головой, пытаясь развеять наваждение, а когда  ничего не вышло, сама себе сказала вслух:

- Надо спать. Контракт контрактом, а работу никто не отменял. Утром вставать чуть свет. Только сперва, пожалуй, стоит выбросить таблетки. Глюки – не самое лучшее развлечение для одинокой женщины.

Почему будильник вызывает такое раздражение? Ведь полезная, по сути дела, вещь. А нет, так и хочется раздолбить эту гадость к чертовой бабушке, чтобы не мешала спать. Эх..., Алиса потянулась, открыла глаза и отключила противный звонок. Надо же, какой странный вчера выдался вечерок. Стук, зеркала, свечи, визитеры без лица, свитки, савори какие-то, все как в дурном фильме. Только палец болит. Палец? Она уставилась на руку.

Ранка на пальце была самой что ни на есть настоящей. "Совсем свихнулась, - решила девушка, - даже пальцы ковырять себе начала. Сегодня же к Ивану Захарычу, обязательно, непременно, безотлагательно. Пусть скажет, что думает по этому поводу. И никаких таблеток. Хватит".

Она легко села на кровати и машинально провела рукой по кулону. По кулону? Пальцы судорожно сжались на прямоугольной подвеске. Как там говорил ночной гость: "Это твоя страховка". Страховка? Контракт? Господи, да что здесь творится? Алиса метнулась в прихожую. На ламинате в лужице парафина стояла потухшая оплывшая свеча. Рядом с ней валялся небольшой кинжал с красным камнем в навершии рукоятки. Камень по-прежнему сиял и мерцал в такт пульсу девушки. Она машинально подняла кинжал и заглянула в зеркало. Там, с обратной стороны стекла лежал большой пергаментный свиток.

- Контракт? - вслух спросила она у пустоты и протянула руку, словно хотела извлечь документ из зазеркалья. – Что за…?

Ладонь легко, как воду, пронзила стекло. От неожиданности Алиса качнулась вперед, пальцы коснулись свитка, тишина вокруг взорвалась тревожным звоном, свет померк, и Алиса провалилась в пустоту.

Ее окружала кромешная тьма, густая, как кисель, вязкая, абсолютная  в своем совершенстве. Алиса плыла в этой тьме, как щепка по течению. Ощущение движения не прекращалось довольно долго. Вокруг ничего не менялось. Девушка успела окончательно потеряться во времени и пространстве, когда вдруг все прекратилось. Ее принесло к странной прозрачной стене. За преградой находился светлый коридор какого-то старинного здания.