Пробуждение мёртвых богов - Александр Сороковик

Люди, обсуждающие эти темы, имели слабую теоретическую базу и их предположения сводились, в основном, к спасению СССР, или Российской империи. Романов понимал, что эти теории далеки от реальности, и всё пошло не так гораздо раньше. Некоторые предполагали, что ключевой поворот произошёл во время смуты, или монгольского нашествия, однако и это тоже было не то. Вообще Максим склонялся к мысли, что "не так" пошло где-то в мире вообще, а не на его родине. Ближе всех к истине, по его мнению, казались редкие люди, высказывавшие мысль о том, что всё пошло наперекосяк с падением Рима и погружением мира в тёмные века.

Тогда Максим впервые с осторожностью решил вмешаться в дискуссию и отметил, что в целом ему импонирует такой подход, однако деградация и падение Рима – долгий и непростой процесс, в нём сложно найти ключевую точку, приведшую империю к краху.

Завязалась интересная беседа и в итоге, собеседники Максима пригласили его на одну из тематических встреч, которые они регулярно проводят. Там он и познакомился со Старшим.

Кем точно тот являлся, сложно было сразу ответить. На вид ему можно было дать и сорок лет, и шестьдесят, и в обоих случаях ошибиться. Он никогда не рассказывал о своей жизни и даже при обсуждении вопросов не высказывал своих предположений до определённого момента. Он лишь слушал и задавал вопросы. Именно его вопросы, чаще всего и уводили разговоры в самое неожиданное русло, порождали самые безумные теории и ставили в тупик самых уверенных в себе участников.

Максим вынырнул из воспоминаний и вновь взглянул на материалы, которые изучал.

«Значит Лиссабон», – подумал он, – «Всё начнётся там».

Алексей (менеджер)

– Так кем, говоришь, ты работаешь? – переспросила Лена.

– Снабженцем, – ответил я, – договариваюсь о поставках товаров, согласовываю лучшие условия, цены и так далее.

– Понятно, в торговле, значит.

– Ну, почти…

Разговор шёл тяжело. Меня не покидало ощущение искусственности происходящего. О чём можно мило беседовать с человеком, которого мало того, что видишь первый раз в жизни, так ещё и повод для встречи создан специально: поговорить.

Вторую неделю я сидел в приложении для знакомств в попытках наладить заржавевшую личную жизнь. Схема повторялась из раза в раз: пролистываешь сотни анкет, отмечая тех, кто тебе понравился. Если симпатия взаимная – открывается чат, в котором можно поговорить. И вот здесь меня ожидало самое сложное. И девушка симпатичная, и умом не обделена, интересы какие-то совпадают, а как надо о чём-то поговорить – стопор. Сразу появляется неловкость: что написать, как написать, о чём поговорить. Вот и начинается перебор стандартных вопросов.

Какие фильмы тебе нравятся, где путешествовала, какие страны видела, что понравилось, чем в свободное время занимаешься, какие хобби, кем работаешь и так далее. Я честно из раза в раз задавал эти вопросы, отвечал на них сам, пытался из ответов развернуть диалог, а ощущение оставалось, как будто меня на случку привели.

К своему почти тридцатнику я по-прежнему общался с девушками легко. Коллеги по работе, знакомые друзей, партнёрши по онлайн игре, или ещё кто-то, с кем нас свели не специально. Вот там разговор вполне неплохо идёт, независимо от того, нравится девушка или не очень. Только с ними вариантов построить отношения сейчас нет, а после расставания с Катей прошло уже больше года. Пора заканчивать хандрить и найти себе новую пару.

– В общем я как бы в торговле работаю, да, но по другую сторону. То есть я не ищу кому продать, я покупаю.

– Ага, понятно, – Лена энергично закивала головой, усиленно изображая интерес, полнейшее отсутствие которого выдавали глаза.

«Боже, что я несу?», – подумалось мне, – «Я же на свидании, зачем я рассказываю ей о своей работе? Может и правда стареть начинаю? Вместо весёлой болтовни ни о чём, описываю, чем занимаюсь по восемь часов в день, пять дней в неделю. Пора, наверное, сослаться на какие-то дела, заплатить за кофе и заканчивать эту трагикомедию.

– А как ты к религии относишься? – внезапно спросила девушка.

– Эм… я вроде как агностик, – вопрос несколько сбил меня с толку, – то есть я в общем-то не верю, но допускаю что возможно что-то есть.

– Какая-то неуверенная позиция у тебя. Не можешь определиться веришь, или нет?

– Ну, просто доказательств никаких не вижу, – пожал я плечами, – логика тоже подсказывает, что всё это выдумки, но кто знает, ведь многие вещи, которые считались бредом, были потом доказаны… погоди, а ты сама верующая?

– Да, но я верю в других богов.

– То есть? – беседа принимала интересный оборот. Определённо девушка оказалась не в адеквате, но разговор, по крайней мере, становился интересным.

– Нас неоязычниками называют, – абсолютно спокойно ответила Лена, – мы поклоняемся древним богам.

– Вау! – несмотря на моё скептическое отношение к подобному, тема была увлекательная. Я слышал о людях, которые верят в древних славянских, или скандинавских богов, но никогда не встречал их вживую, – и про каких богов речь идёт?

– Да про разных, – девушка пожала плечами, – современные взгляды на языческие верования очень ограничены, поэтому сложно тебе вот так объяснить сходу.

Она пару секунд подумала, а затем, словно приняв в уме какое-то решение, посмотрела мне в глаза.

– Слушай, у меня есть предложение. Приходи завтра вечером на тинг, посмотришь всё вживую, пообщаешься, там и узнаешь ответы на свои вопросы.

– Куда-куда прийти? – я с сомнением покосился на девушку.

«Кажется меня начали завлекать в секту», – промелькнуло в голове.

– Тинг, – терпеливо повторила Лена, – это что-то вроде собрания у древних скандинавов. Да, знаю, звучит не очень, – усмехнулась она, словно угадав мои мысли, – но я тебя не зову ни в какую секту. У нас атмосфера простая, посидишь, попьёшь пивка в весёлой компании.

Лена слегка ткнула меня в бок.

– Ладно тебе, когда ещё сможешь вживую на язычников посмотреть, да ещё и потусоваться с ними? – она весело подмигнула. – Всё равно разговор не очень у нас складывается, как-то всё искусственно, а тут хоть новых эмоций нахватаешься, будет потом о чём поговорить с другими девчонками.

Я шумно выдохнул. Терять действительно особо нечего, а пойти туда, положа руку на сердце, хотелось. Хоть какое-то разнообразие в скучной жизни.

– Ладно, уговорила, – я жестом подозвал официанта, – только чур там не агитировать никуда. У меня, если что, даже квартиры нет, чтобы переписать её на вашу общину.

– Дурак, – улыбнулась Лена.

* * *

Рабочий день медленно тащился к концу. Настолько медленно, что время, казалось, можно было взять руками прямо из воздуха и пощупать, настолько оно было вязкое и тягучее. Я вытер слегка вспотевший лоб. Погода, к слову, была очень похожа на медленно ползущее время: такая же вязкая и тягучая.