Единственная для Дракона - Виктория Лошкарёва

- А ты бы, Реечка, согласилась бы?

Подружка покраснела.

- Я - другое дело. У меня родители, сестра в городе. А ты - случись что-одна. Кто о тебе позаботится?

В общем, менялись в нашей деревне нравы. Или всегда так было, просто я выросла?

Я часто гадала потом, а что, если бы я приняла предложение Стефана. Случилась бы вся это история? Не случилось бы, не страдала бы, счастья своего не встретила, прожила бы жизнь свою как сорняк- трава, приживалкой при богатом дворе.

Беда случилась откуда не ждали. Маг местный стал к нам наведываться, всё про какие- то заветные травки у бабушки спрашивать. Бабушка всегда умела отвести беду речкой слов, льющихся плавно да справно, только, видно, на мага не действовало это её искусство. Он уже не просил, требовал достать заветных трав.

- Бабушка, а что это за травы?- спросила я как- то, после того как маг, разозлившись, выскочил из нашей избушки, хлопнув дверью. - И названия какие- то чудные.

- Ой, Леюшка, не слушай, не запоминай, не рассказывай. Страшные это травы. Силу забирают, да новому хозяину передают.

- И что, ты знаешь где они растут?

- Так мы с тобой лес наш вдоль и поперек исходили, - пожала плечами бабуля. - Конечно, знаю.

- А мне почему не показывала?

- Опасное это дело. Мне бы самой не знать, да увы... Не отстанет ведь, темный, дальше требовать будет... ну да ладно, как нибудь.

Как- нибудь не вышло. Права была бабуля, маг стал наведываться ещё чаще, уже дважды за неделю приезжал - и каждый раз всё злее и злее. Видно, срок выходил, вот он и серчал.

После последнего раза собрала бабушка котомку ( сухарики, мяска вяленого, репы вареной да крынку свежего молока), велела шаль теплую захватить - и мы вышли в лес.

Я сначала думала, что бабушка заветные травы ищет, а потому сосредоточенно молчала, выискивая по сторонам незнакомые растения. Да только мы в лесу не травы темные искали, а покоя от тёмного.

- Солнышко пять раз встретим здесь - и домой можно будет возвращаться, -пояснила бабушка, хихикнув точно как девчонка. - Темный то нас в избушке искать будет, в лес он не пойдет... А на новую луну поздно уже будет черное дело вершить.

- Бабушка, а почему ты мага стала темным звать.

- Так сторону он поменял. Почитай уже, зим восемь как темный. А может, и ещё раньше стал, но я про это не ведаю. Я хоть в травах и разбираюсь, но магии в нашей семье отродясь не было.

- А только маги могут увидеть ауру, - кивнула я, соглашаясь с бабулей. Среди селян магов не было.

- Ты забыла про драконов, оборотней и эльфов, - вздохнула бабушка, присаживаясь на поваленное дерево.

- Ну, такие в наше село не заезжают, - протянула я. В городе я один раз видела эльфа, высокого, светловолосого и удивительно красивого. Явно проездом, он надменно морщил нос от нашей деревянной мостовой, по которой шагали плохо одетые деревенские жители.

- Бабушка, - спросила я, - эльфов, конечно, никак с людьми не спутаешь. А как отличить драконов и оборотней.

- Так же, как магов, - ответила бабушка. - Никак.

Я уселась на шелковистую зеленую травку и положила голову бабушке на колени.

- Почему так, бабушка? Почему мы имеем так мало?

- Ох, жадная ты душа...Что, магии захотелось?

- Магии…Силы. Чего нибудь? Ну разве плохо было бы дать отпор этому наглому магу? А вместо этого мы скитаемся по лесу, словно зайцы пугливые.

- Не хочешь быть зайцем.

- Не хочу, - подтвердила я. - Бабы в деревне шушукаются над нами, мол, нищие травницы, и полгрошика за душой не имеют. И не сватают...

- Так ты же сама говорила, что не люб тебе никто.

- Говорила и сейчас говорю. Я не про это. Понимаешь, никто не захотел меня под белы ручки взять, в дом ввести, хозяйство доверить. Ведь заглядываются парни ...не все конечно, но заглядываются, да только, видать, бедность наша никому не нужна.

- В бедности ли дело? - спросила бабушка. - А сосватали бы тебя с сундуками, и узнала бы ты через пару лет, что мужу твоему только сундуки и нужны, а сам то он для ласки нежной себе в деревне молодуху безродную присмотрел. Как бы тогда жить стала, Лиюшка?

Ласково спрашивала бабушка, только смотрела строго.

- Я отказала Стефану.- Подняв голову, тихо сообщила я.

Бабушка кивнула.

- Конечно, отказала. Ещё чего, на такое дело непутёвое соглашаться. Только вот представь, Стефан то из этого тайну не делал, перед дружками пьяными похвалялся, а как теперь его жёнке за порог выйти? Что соседушки пропоют, что подружки порасскажут. Тебе - то он хоть и бесчестье предложил, но именно тебе - а не твоим сундукам.

Я надолго замолчала.

- Получается, никто из нас не свободен.

- Что такое свобода? Птичка юркая. Сидит на веточке низко, а протянешь руку - улетит далеко - далеко. Жить надо по совести, Лиюшка. Хочешь сытой спокойной жизни - иди к Стефану, корить не буду. Только уж и ты меня не кори, что многого тебе дать не могу. Не привыкла я совестью торговать.

Долго мы после этого молчали, слушая лес. Высокие сосны пели песню ветру, раскачивающему их в ответ.

- Прости меня. - прошептала я тихо. - Прости, бабушка.

- Ничего Лиюшка, - кивнула бабушка, впрочем, отведя от меня взгляд. - У тебя сердце ретивое, молодое. Думаешь, я не вижу с какой тоской ты на яркие сарафаны подружек смотришь . Хотела бы я дать тебе больше, да не могу я себя переломить. Не дело это, на подарках лесных деньгу заколачивать. Не живут так травницы. Лес ведь живой, всё понимает. Подумаешь что нехорошее - пускать перестанет, а то и накажет. Так что прости уж меня за одёжку твою старую да котомку пустую.

- Ты прости меня, бабушка, - попросила я, вскочив и поклонившись бабушке. - Не доброе я говорила.

- Молодая ты, ретивая, - повторила бабушка. И я поняла, что прощена.

Мы оставались в лесу ещё несколько дней. Времени даром не теряли: заготавливали травы, суша их прямо на опушке, подвесив на ветки деревьев. Я ещё и корешков всяких накопала - хорошо догадалась взять с собой лопатку, сейчас же самое время для заготовок.

Правда, с припасами было плоховато - мешок с продуктами ещё пару дней назад опустел, поэтому корни лопуха пришлись как нельзя кстати. Мы его вчера в костре запекали, да и сегодня запечём, если, даст Бог, дождя не будет. Ещё я насобирала кипрея - травку повесила сушить, а корешки пока оставила целыми, но если измельчить - то получится и лепёшек испечь. Ступки, правда, у нас нет, да ничего - камнями у речки можно обойтись.

На следующий день, едва только взошло солнышко, бабушка велела собирать наши заготовленные травы.

- Неужели домой возвращаемся? - обрадовалась я. Не то, чтобы мне было скучно или плохо в лесу - да только дом он и есть дом.