Фея для Правителя драконов 2 - Селина Розмарин

Шена Дрейк

Вы когда-нибудь представляли какого это, постоянно испытывать боль? Мучительные раны заставляют страдать каждую секунду, проклинать каждый свой вздох и молить о смерти. Сначала ты ищешь спасение, веришь в чудо, стараешься держаться и не терять надежды, но проходит совсем немного времени, и ты начинаешь сходить с ума, терять рассудок.

Я держалась.

До последнего пыталась улыбаться, не поддаваться панике и делать вид, что все нормально.

Артиан, мой дорогой брат... все это я делала для тебя, потому что хотела видеть твою улыбку. Хотела своими собственными глазами лицезреть тот момент, когда ты сядешь на трон во главе нашего возродившегося народа, и будешь править процветающей страной.

Но время шло. Оно утекало как песок сквозь пальцы, а я могла только смотреть. Смотреть и страдать, проливая слезы за закрытой дверью. Потому что лишь в полном одиночестве, могла снять эту маску, могла признаться себе в том...

Что я так больше не могу.

Фея, которую ты привез из далекой страны, казалась мне божеством. Такая красивая, светлая, живая.

Она была так добра, а ее магия дарила мне покой. Такого умиротворения я не ощущала уже давно. Даже вспомнить не могу, когда до этого мне удавалось проспать так долго, не увидев ни одного кошмара. Хотя нет. Вся моя реальность стала одним сплошным кошмаром, а моя богиня, пусть всего лишь на миг, позволила мне сбежать. Укрыться от всего этого.

Когда я осознавала, что мне придется проснуться, вновь открыть глаза, чтобы испытать очередной приступ боли, по щекам даже сквозь сон просачивались слезы. По пробуждению, закусив губу, я прижималась к широкой груди брата, а он стирая влагу с моих щек, спрашивал почему я плачу.

Я отвечала, что мне приснился страшный сон.

Сон, в котором я не хотела просыпаться, но об этом не знал никто.

Ее жестокие слова помогли мне одуматься, немного придти в себя, вспомнить, за что я боролась. За жизнь! Как бы банально не звучало, но я боролась именно за нее. А теперь лежу тут, на кровати и не имею возможности встать и подойти даже к окну, чтобы взглянуть на голубое небо и мир, который всем сердцем мечтала увидеть.

Слезы тонкой дорожкой стекали по щекам, отчего подушка становилась влажной. От соленой воды ранки на шее начинали щипать. Прикусив губу до крови, я выгнулась и запрокинула голову, чтобы избавиться от этого саднящего чувства. Минута боли была для меня подобна вечности, адскому пламени, в котором я догорала дотла.

Брат приходил ко мне, справлялся о самочувствии, но я вновь не смогла сказать ему о том, как сильно страдаю...

Не хочу портить радость от долгожданного момента - возрождения нашей родной земли.

Улыбаюсь ему, а он смотрит на меня с беспокойством. Вновь стирает с моих холодных щек горячие слезы и обещает, что я тоже скоро поправлюсь. Но я то знаю правду.

Думаю, что и он тоже.

Мы как два барана, нежелающих принимать жестокую действительность.

Я спрашиваю у него про Лантану, а он отводит взгляд и замолкает. Губы упрямо сжимаются, а от сомкнутых челюстей дергаются желваки, ладони с силой и злостью сминают простыни его постели, которая стала моей, когда он переселил меня в свою комнату, чтобы наблюдать за моим состоянием. Но это больше похоже на самоистязание. Мне жаль его. Жаль себя.

Жаль нас обоих.

Я без слов понимаю то, что он чувствует. Мы так давно знаем друг друга, что нам не нужны слова. Да и мне достаточно было вспомнить то, что сказала сама Лантана... она не планировала стать его второй половинкой. Но я не могу на нее за это злиться, ведь она не обязана нам ничем. А вот мы ей - многим.

Он быстро берет себя в руки и с профессиональным мастерством натягивает на лицо непринужденную улыбку. Конечно, ведь ему преподавал хороший учитель. Артиан целует меня в висок и говорит ни о чем не беспокоиться, и просто поспать. Я согласно киваю и прикусываю губу, сдерживая порыв рассказать ему, как сильно боюсь закрывать глаза. Не говорю ему и о недавнем разговоре, потому что все уже решила для себя.

Укладываюсь поудобнее и дожидаюсь ночи, потому что знаю, что она придет.

Занавеска колышется из-за приоткрытого окна, в лицо дует легкий ветерок. Разомкнув глаза в полной темноте, я вижу черный силуэт, сидящий на кровати в моих ногах.

- Доброе утро, соня, - промаргиваюсь и вижу как она улыбается мне. Спрашивает, как мне спалось. Понимаю, что отшучивается, но все равно морщусь, поднимаясь на локтях.

- Ужасно, - потираю лоб и случайно задеваю ранку. Тут же стискиваю зубы и шиплю словно змея. - Будто и не спала вовсе.

Она отвечает, мол, я еще успею выспаться при любом раскладе, а у меня от ее слов бежит мороз по коже. Мотаю головой, прогоняя непрошенные мысли и отвечаю внятно.

- Я согласна.

Она хмыкает довольно и подшучивает.

- Вот также и на свадьбе своей скажешь, - встает с кровати и идет к столу, на котором я замечаю маленькую склянку со светящейся фиолетовой жидкостью.

- Эссенция из цветка Присциллы, - поясняет она и протягивает мне. - Выпей, она снимет боль и придаст тебе сил, чтобы перенести полет.

Только успеваю взять склянку в руки, как дверь открывается, и в комнату заходит два стражника. Мужчины, вероятно, услышали чужой голос и решили проверить. Только вот почему-то они совсем не были рады Лантане, и кивнув друг другу, наставили мечи в ее сторону.

Я пыталась возразить, приказывала остановиться, но они будто не слышали меня. Все толковали о какой-то опасности. А Лантана сказала всего одно слово - "глупцы" и взмахнула рукой, создавая в комнате брата настоящие джунгли.

Мгновение, и стражи уснули, толстыми плющами прижатые к стене. Цветы источали пыльцу и действовали как сонная настойка.

- Пить будешь или нет? - повернулась она ко мне, но странно, я не чувствовала опасности. Несмотря ни на что, дракон внутри меня тянулся к ней.

Я припала губами к прохладному тонкому стеклу и залпом проглотила ужасно-горькую жидкость. Ранки на моем теле покрыла белая изморозь, а боль ушла, оставляя после себя легкость и невероятный прилив сил.