Черничная ведьма, или Все о десертах и любви - Лариса Петровичева

«Подчинись, — услышала я далекий голос, который наполнил голову шумом и звоном. Такой голос появлялся всегда, стоило мне встретиться с инквизитором — они не могут не подавлять. — Пади и подчинись».

Не знаю, каким святым господним чудом я умудрилась удержать поднос с тортом. Наверно, дело было в том, что моя казнь была еще под вопросом — а пятнадцать крон за размазанный по полу торт Марлен удержит из моего жалования, и это был неоспоримый факт. Инквизитор устало усмехнулся и процедил:

— Ведьма.

— Не просто зарегистрированная законопослушная ведьма, а наша лучшая повариха! — пропела госпожа Марлен, выплывая из-за стойки, подобно гигантскому кораблю. Взяв столичного гостя под руку, она повела его к лучшему столику у окна с видом на город, и мне стало легче дышать, когда мужчина перестал на меня смотреть. Я поставила торт в витрину и привалилась к стойке — ноги подкашивались, голова гудела. — Добро пожаловать в Ханибрук, господин…?

— Энцо Саброра, — представился инквизитор. Улыбка госпожи Марлен сделалась еще шире.

— Присаживайтесь, господин Саброра, присаживайтесь, у нас как раз все готово для второго завтрака. Как насчет брускетты с лососем? Или, может быть, карпаччо из телятины с помидорами, шампиньонами и сыром? Могу также посоветовать салат с пикантными овощами, перепелиными яйцами и острой заправкой — чистый восторг!

— Все, что угодно, кроме того, что готовила она, — ответил Саброра, кивнув в мою сторону, и к нему метнулся официант с книжкой меню и минеральной водой. Марлен снисходительно улыбнулась.

— Господин Саброра, не стоит отказывать себе в удовольствии! Видите вон тот диплом в рамке? Эрна получила его за свой шоколадный торт в прошлом году, ее оценили на столичном кулинарном конкурсе! Попробуйте черничные кексы, это настоящее счастье на языке. Если вам не понравится, то завтрак за мой счет!

Марлен знала, о чем говорила. Не родился еще тот человек, которому не пришлись бы по душе мои кексы. Даже господин Магуро, генеральный инквизитор округа, всегда улыбался от удовольствия, ставя подпись и печать в мою желтую книжку регистрации — потому что чувствовал дивный аромат из картонной коробки с кексами, которую я привозила ему в подарок.

Саброра едва заметно кивнул. Через несколько мгновений перед ним стояла брускетта с лососем и яйцо пашот на хрустящем зерновом тосте в компании с ломтиками бекона. Марлен вернулась к стойке, ободряюще дотронулась до моей руки. Я была ей благодарна за поддержку: хозяйка «Черничной ведьмы» придерживалась разумной философии о том, что своих надо защищать — а я была своей, потому что мои сладости приносили ей сорок крон каждый день. Инквизитор ел, орудуя ножом, словно хирург — нельзя было не представлять, как похожие ножи работают в пыточных, отделяя…

Нет. Не надо об этом думать. Я законопослушная ведьма и собираюсь оставаться такой. Ему просто не к чему будет придраться.

Марлен нырнула в витрину, выложила на блюдце два кекса и протянула мне. Я с ужасом взглянула на нее — всех моих душевных сил сейчас хватило лишь на то, чтобы отрицательно мотнуть головой.

— Иди, — с нажимом прошептала Марлен. — Тебе незачем прятаться. Ты ни в чем не виновата. Так выпрями спину и подними голову!

Я выдохнула и взяла подносик с блюдцем. Марлен была права. Ведьма не может не трястись перед инквизитором, такова ее природа — но я в самом деле никому не сделала ничего плохого. Значит, выйду из-за стойки, улыбнусь и пройду к лучшему столику возле окна.

Инквизитор оторвался от брускетты, посмотрел на меня — даже без ненависти, с какой-то невероятной глухой усталостью. Я улыбнулась, поставила блюдце перед ним и сказала:

— Приятного аппетита, господин Саброра.

Он даже не взглянул в мою сторону и отпил воды из стакана. Я вернулась за стойку, положила поднос на место, а потом нырнула на кухню и подумала, что не выйду отсюда, пока Саброра не уедет из города. Это было невыносимо. Я чувствовала себя мокрой простыней, которую сильные руки прачки выкрутили досуха. Сквозь звон в ушах я слышала, как приходили новые гости, как официанты сновали по залу, как Марлен ворковала, расписывая все достоинства карпаччо с телятиной — а потом вдруг дышать стало легче, и Марлен, заглянув на кухню, с нескрываемым удовольствием сообщила:

— Эрна, он ушел! А это тебе, чаевые за кексы.

В книжке для чеков, которую она мне протянула, красовалась сиреневая купюра в пять крон. Мой заработок за два дня.

Хотелось надеяться, что это не прикрытие для удара, который Саброра готовился нанести.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Давайте смотреть правде в глаза. Ведьмы — такие же граждане Маранзона, как и не-ведьмы. Я понимаю, что раньше дела обстояли иначе, но теперь мы достигли такого уровня нашего развития, что государство защищает всех. И людей, и законопослушных ведьм.

Максим Вайн, бургомистр, сделал паузу и отпил лимонного коктейля со льдом. Погода выдалась жаркой и солнечной — в такие дни Марлен приказывает выставить столики на улице, под полосатым навесом. Вайн сейчас занимал как раз такой столик, Саброра составлял ему компанию. Я не подслушивала — у жены одного из наших официантов начались преждевременные роды, и Марлен попросила помочь. Теперь я сновала среди столиков, принимала заказы и старалась не думать о том, что столичный инквизитор смотрит в мою сторону.

Я чувствовала его взгляд на своей спине, словно ожог.

— Согласитесь, я могу взять вот этот нож и кого-нибудь зарезать, — продолжал бургомистр. Я поставила перед ним большую тарелку со стейком средней прожарки в компании овощей, бесшумно собрала скомканные салфетки. — Не отменять же все ножи на свете и не тащить же людей в тюрьму просто за то, что они могут кого-то убить! Когда убьют — тогда ими и займутся по всей строгости закона.

Саброра усмехнулся. Узел его стильного изумрудного галстука с золотым шитьем был ослаблен, воротник идеально белой рубашки расстегнут, но инквизитор все равно казался застегнутым на все пуговицы, стянутым, окаменевшим. Такова их природа. Ведьма — это внутренняя свобода. Инквизитор — это цепи и оковы.

— И что вы предлагаете? — поинтересовался он. Я скользнула к соседнему столику: немолодой турист, который пришел в компании с юной леди с холодным взглядом и поджатыми губами, заказал ломтики свиной вырезки с грибами и картофелем, его спутница потребовала, чтобы ей принесли стейк лосося в сливочном соусе и салат из морепродуктов.