Двуликие. Ведьмино пламя - Яна Демидович

Вор отчаянно замотал головой.

– Нет, это не кошмар, – спокойным, будничным тоном сказал Дориан, прочитав полные страха мысли. Тень его быстро съёживалась, пропадала. Пульс затухал, бился всё медленней, будто кулак умирающего в запертую дверь.

Дориан шагнул вперёд – абсолютно бесшумно. С лица рыжего вора схлынула последняя краска, только веснушки остались на мясистом носу. Вор завопил раненым кабаном – и кинулся в атаку.

Поворот, неуловимо быстрый рывок…

Жалобно звякнув, лезвие отломилось у основания и полетело на землю. Хрустнула кость. Следом раздался истошный, почти женский вопль.

– Не дёргайся. Всё моё добро растеряешь, – Дориан выкрутил запястье вора ещё сильнее, поудобнее перехватил его – и потащил в тёмный переулок.

***

Под ногами хрустели мышиные скелетики, мерзко чавкала пахучая грязь. Мимо, оглушительно вопя, то и дело пробегали облезлые кошки. Найдя подходящее местечко, Дориан кинул дрожащего парня меж двух мусорных контейнеров и присел рядом.

– А теперь – немного воспитательной работы, – дружелюбно улыбнулся он, устремив на жертву немигающий взгляд. – Как же тебя угораздило, а? Напасть на джентльмена, обокрасть…

– Возьми! Возьми всё обратно!.. – прохрипел незадачливый вор, лихорадочно опустошая карманы. – Вот! Я больше не буду! Это был первый…

– Первый раз? Неужели? – перебив, насмешливо прищурился Дориан и чуть подался к нему. У парня вмиг затряслись губы. – А та старушка на Фортобелло? Она была похожа на королеву-мать! И как у тебя хватило совести?

В горле у парня что-то пискнуло. Дориан зло и весело оскалился, склонил голову на бок. Перед внутренним взором зажглась новая картина: юный очкарик с разбитыми в кровь губами, крошево зубов на мостовой…

– А тот модник с Варнабе-стрит? Которому ты живописно расквасил физиономию? Ты выпотрошил его до последнего пенни!

– Я всё тебе отдам! Всё-всё!.. – немедля заголосил парень и начал метать из карманов награбленное. – Забирай и отва…

– Мне это не нужно, – презрительно перебил его Дориан. И протянул руку, отчего парень задохнулся и попытался отползти подальше. – Всё… что мне нужно… – медленно проговорил Дориан, – …это глоток старого… доброго… альбийского… гемоглобина.

Холодный палец безошибочно ткнул вену, что билась на шее. Парень побледнел до зелени; на джинсах стало расползаться постыдное пятно. Запахло переработанным пивом.

…А ведь и такое отребье дома кто-то ждёт, с неожиданной досадой подумал Дориан. Какая-нибудь несмышлёная дурочка волнуется за него, греет ему постель… Нянчит пискливую малышню…

У него самого давным-давно не осталось любимых.

– В паре кварталов отсюда плутает девчонка! – внезапно проорал вор, грубо прервав его размышления.

Что-то врезалось в плечо, хлестнули длинные волосы. Вспыхнуло и пропало искажённое паникой лицо.

– Я покажу! Возьми себе её! Её, не меня!..

– Так-так… Надеешься на смену блюд? Не выйдет, приятель, – усмехнулся Дориан, легонько щёлкнув пальцем дрожащий кадык парня.

Мысленный образ мигом потонул в красной вспышке страха.

– Пожалуй, хватит разговоров. Дай-ка я тебя уку…

– Мя-а-а-а!.. – сбоку с противным воплем метнулся кот.

Дориан невольно проводил его взглядом, а когда вновь посмотрел на жертву, увесистая деревяшка с кривым гвоздём уже летела прямиком ему в лицо.

Он увернулся и отскочил. Жертва, которой захотелось жить, заорала не хуже кота и напала снова. Импровизированная дубинка проехала на волосок от головы, но…

Пальцы правой руки, мелькнув в воздухе, переломили крепкое дерево, словно птичью косточку. Левая рука, сжатая в увесистый кулак, ударила щетинистый подбородок.

Вор, отправленный в великолепный нокаут, врезался в контейнер, обдав пальто Дориана дождём картофельных очистков. Дёрнулся всей тушей – и наконец успокоился на холмике из отбросов.

– Какие мы нервные. И пошутить уж нельзя, – укоризненно цокнул языком Дориан.

Он подошёл ближе, задумчиво наклонился, разглядывая обмякшего вора, его открытую шею. Вена трепыхалась на ней подыхающим червяком. Притягательная. Чёткая…

Дориан выпрямился. Лизнул разбитые костяшки – и тут же сплюнул: не время для крови. Совсем скоро наступит рассвет.

Дориан отряхнул пальто, переступил через бесчувственное тело и пошёл к выходу из переулка.

…Обелиск уже высился вдалеке. Пульс победным маршем стучал в висках и запястьях, а улыбка удовлетворения растягивала губы.

Предвкушая последний рывок, Дориан насвистывал «Боже, храни Королеву!» и представлял себе пальмы, когда воздух резанул крик. Тонкий, отчаянный.

Дориан остановился.

Словно удар в плечо. Кто-то врезался в него и отскочил в темноту, хлестнув напоследок волосами.

«В паре кварталов отсюда плутает девчонка!..»

Ну, плутает. Ему-то какая разница? – передёрнул плечами Дориан, продолжая путь.

Новый крик.

Остановка и растущее раздражение.

Кричит. Да подумаешь! Может, крысу увидела. Может, на кого наткнулась. Если на того, о ком он подумал – скоро перестанет кричать…

Рука машинально скользнула в карман. Вытащила отцовские часы.

Солнце на крышке смотрело уже не печально. Сурово.

…Девчонка определённо была везучей. С размаху влететь в самый густонаселённый вампирами район, да наверняка с таким пульсом, что словно аудиореклама привлечёт к ней толпы кровососов-покупателей. Если только…

Дориан сердито тряхнул головой.

«С каких это пор ты занимаешься благотворительностью?!»

Прошлое должно оставаться в прошлом.

Дориан не глядя сунул часы обратно в карман…

…И почувствовал, как серебро чуть обожгло ему пальцы.

Дориан сжал кулак. Вздохнул.

И повернулся туда, откуда донёсся крик.