Реверсивный самоубийца - Лемор

— Кёко-сэмпай? — прошептала неуверенно девушка с каре, обнимая потерявшего от шока сознание друга.

— Не отходи от меня, Изуми-тян, — властно заявила спортсменка.

— Х-хорошо…

Я проигнорировал реакцию школьников, сосредоточив свой взгляд на жрице. Дабы лучше передать свои намерения, вытянул дополнительно руку.

Плохо перевязанный пиджак развязался, вновь сделав меня полностью голым. Девушка с каре опять что-то прокричала. Жрица, осмотрев меня, стеснительно отвернулась.

Мне показалось, или ситуация стала какой-то странной?..

Нет. Она и так была странной.

— Зачем тебе кинжал, кхм… герой? — поудобнее умостился на своём троне жирный король. Ему явно было некомфортно находится в одном помещении с незнакомым голым мужиком.

— Кое-что проверить, — как ни в чём не бывало повторил, выйдя за пределы круга.

Жрица выглядела так, будто сейчас заплачет.

Хотелось лечь спать, но я понимал, что тогда могу случайно и проснуться. Это вызывало во мне дополнительное раздражение.

Стража начала окружать меня.

— И для этого тебе нужен кинжал? — сжал губы монарх. — Может, что-то другое?..

— Любой острый предмет подойдёт, — пожал плечами.

Королю явно не нравилась эта авантюра. Он напрягся, загрузился. На секунду показалось, что он впервые в своей жизни вообще столько думает. Понимаю, мне перспектива эта тоже не нравится. То, как он начал гладить усы, вызвало у меня ещё одну вспышку раздражения, уже более сильную. Контролировать себя становилось тяжелее.

Мне хотелось уже поскорее заснуть, и если сейчас кто-то мне помешает, то я сильно расстроюсь.

— Дайте ему меч кто-то, — принял решение монарх, сжав свой амулет на шее.

— Но король…

— Сейчас же!

Закованные в латы мужчины не хотели мне давать не то что оружие, а банальную одежду — я видел это по их движениям, по выражению их лиц, по страху. Мало ли что голый мужик может с одеждой сделать, а?

В который раз поморщился, чем вызвал ещё больше паники вокруг.

Страху к чему? Чего они боятся?..

Один из стражников, осмотревшись, видя, что я начинаю терять терпение, выругался, достал из ножен меч и поднёс ко мне, неуверенно отдав, после чего быстро отошёл.

Я вздохнул с облегчением, удивившись тому, каким лёгким он был.

— Ты… проверил, что хотел, герой? — осторожно спросил жирный монарх.

— Герой? — подала голос, полный надежды, жрица.

Потерявший сознание школьник неуверенно открыл глаза. Увидев, как голый незнакомый мужик перед ним держит меч, парень безучастно открыл рот.

— А… а?..

Ну что же…

Доброжелательно улыбнувшись, не уверенный в том, что у меня это получилось, приставил расслабленно меч к горлу и, под крики короля, визг жрицы и школьницы с каре, рывок спортсменки и стражи, без лишних сомнений перерезал себе горло, по-настоящему блаженно улыбнувшись, почувствовав, как из глубин души начал подниматься родной, обволакивающий, неотвратимый холод. По полу разлилась чёрная кровь, прямо на глазах превратившись в ничто.

Вечный сон.

Я уже однажды дождался его, честно жил и пытался жить, и более не собираюсь ждать. Мне хватило и одной жизни.

Ещё чего, оживать в грёбаном аниме. Смерть намного лучше.

Затухающее сознание уловило, как школьник вновь потерял сознание. Уже упав, против воли задумался над тем, что у него может быть аритмия. Мне его даже жалко стало. Я отправился вечно видеть сны без сновидений по той же причине. Ничего, когда придёт час смерти, то он поймёт, насколько же это прекрасно.

Как мне показалось, сознание потухло с умиротворённой улыбкой на лице, отправив меня домой. Любимый, холодный, вечный дом. Или я так думал.

К сожалению, у этого мира были другие планы и одно конкретное…

Но.

Уровень класса «########?#######» повышен!

Уровень класса «########?#######» повышен!

Уровень класса «########?#######» повышен!

Глава 2

Я проснулся.

Эта мысль была настолько ужасной, что мне захотелось в ужасе закричать. В принципе, этим я и занялся, заверещав как резанный. Меня нисколько не пугало, что проснулся я в гробу под землёй, находя это пространство достаточно комфортным для погребения, но был, так сказать, нюанс…

Мне потребовалось какое-то время, чтобы прийти в себя. Нервная система определённо была непривычна к тому, что её владелец ей вообще пользуется, как и я находил её мешающей блаженному статичному существованию за пределами жизни, но делать что-то нужно было. Скажем так — искать компромисс.

Прикрыв глаза, дотронулся рукой до горла, без удивления отметив, что никакой раны и близко не было. Задумался над тем, что делать дальше. Как ни странно, в стрессовых ситуациях вдохновение приходит к людям намного чаще.

Попытался откусить себе язык. Сначала не получалось, но я был непреклонен. В какой-то момент, чувствуя, что близок к цели, услышал в голове очередное ласковое уведомление какой-то портовой роботизированной шлюхи:

Уровень класса «########?#######» повышен!

Нет, на самом деле, это был даже не роботизированный голос. И даже не голос. Словно какое-то странное знание. Но тем не менее — ближайшая ассоциация у меня была именно с портовой роботизированной шлюхой.

И не просто так.

— Фука… — прошипел сквозь зубы, чувствуя, как язык начал медленно, но неотвратимо регенерировать, вызывая не самые приятные ощущения, а кровь, которой я только начал давиться, услужливо либо испарялась в ничто, либо возвращалась обратно в тело — тут ощущения слишком расходились, чтобы сказать точно.

Из глубин души на меня вновь накатила ярость.

Медленно успокоившись, решил пойти от обратного и просто принялся ждать, пока не закончится кислород. Пока лежал, попытался подремать, и даже успешно, но вскоре недовольно проснулся, поняв, что я вновь вижу сны, да и тело уже начинало по чуть-чуть затекать. Мне было плевать на боль и, в целом, на тело, но этот дискомфорт…

Он меня выводил из себя.

Пока рассматривал гроб, против воли погрузился в воспоминания. Хотелось зациклиться на благом несуществовании где-то в нигде, о котором, что парадоксально, у меня множество тёплых воспоминаний, однако, в силу специфики ситуации, не желающие выключаться мозги заработали отнюдь не в том направлении.

Я вспомнил, как жил и любил жить, а потом отправился неожиданно для всей родни и себя в больничную койку.

Поморщился.

Боялся лишний раз палец порезать — настолько цеплялся за жизнь. И я цеплялся до последнего. В конце концов, отправлять себя на тот свет раньше времени — обычный показатель слабости и трусости.

Но это было тогда! Я уже сдох, выполнив свой максимум! Всё! Зачем требовать новых свершений от мертвеца⁈ Мне понравилось на другой стороне. Что миру от меня ещё нужно⁈ Вон, сколько живых в мире, зачем вам уставшие работяги⁈

Рефлексия преследовала меня не слишком долго: мне вновь стало лень думать. Эмоции уже не