Соколиные перья и зеркало Кощеевны - Оксана Токарева

— У меня ловец снов с похожими перышками в комнате висит, — с гордостью сообщила Зоя.

— Так там, наверное, куриные! — хохотнул весельчак Сева Кулешов.

— По цвету как у кукушки, — предположила Соня Трифонова

— Да где у кукушки такие крылья? — возмутился было Петя Климанов, но его прервали.

— Что тут за кипеш? Почему застопорились? — прозвучал из-за ребячьих спин знакомый грозный голос Ксюши Савкиной.

Ева невольно улыбнулась. Манера руководительницы кружка экологов общаться с учениками и воспитанниками не раз вызвала нарекания начальства. Да и жутковатый готический макияж в сочетании с обильным пирсингом в самых неожиданных местах и синими волосами с вплетенными в них дреддами особого восторга не вызывал. Другое дело, что биологию Ксюша знала и любила, объясняла интересно и доходчиво, а дети ее обожали. Ева считала ее лучшей подругой и с радостью приняла ее предложение после прошлогодней суеты на Чемпионате поработать педагогом по английскому в летнем лагере детского отдыха «Окские зори».

— Так что тут за слэм? И кто курицу от орла отличить не в состоянии? Чему я вас учила? — напустилась на воспитанников Ксюша.

Даже сейчас, в самую жару, она не измерила черным джинсам с заклепками и кожаной шипованной косухе, тогда как Ева и в легкой энцефалитке, надетой поверх майки, изнывала, мечтая о реке или душе. Июнь в этом году выдался экстремально жаркий.

— Ксения Георгиевна! — по-деловому запищала Соня Трифонова, которая всегда стремилась любыми способами привлечь внимание и вызвать похвалу учителей и вожатых. — Тут у Евангелины Романовны перо красивое в волосах запуталось. Мы пытаемся определить, чье

Она начала продвигать свою версию насчет кукушки, но тут Ксюша взяла в руки перо и аж присвистнула.

— Да это ж сокол-балобан! Ну тебе, подруга, сегодня и везет! Чуют хищники, что ты их стэнишь.

Ксюша, с которой они всего полгода вместе проучились в физмат лицее, но после продолжили дружить, несмотря на диаметрально противоположные интересы в музыке и несхожесть характеров и темперамента, знала о детском увлечении Евы.

— Да откуда ему тут взяться? Он же горная и степная птица. Да и водится только в Азии, в крайнем случае, у нас в Сибири, — удивилась Ева, сердце которой учащенно забилось от непонятного предчувствия.

Тогда на стационаре в тайге силки орнитологов подарили ей встречу тоже с балобаном, и она, конечно, узнала перо, только, как и дети, не могла поверить.

— Вот мне это тоже интересно, — нахмурилась Ксюша. — Таких птичек любят держать у себя вместо питомцев арабские шейхи, и наши олигархи слизывают с них, даже если не занимаются соколиной охотой. Так что мы, боюсь, имеем дело либо с беглецом из какого-нибудь коттеджа, либо с жертвой нелегальных торговцев.

— Надо его как можно скорее вернуть в дикую природу! — воскликнул Петя Климанов, который с подростковым максимализмом обычно ратовал за радикальное решение экологических проблем.

— Так он, видимо, и сам вернулся, — пожала плечами Ксюша. — Хотя в регионах, где обитают его собратья ему, конечно, было бы комфортнее. Вы лучше посмотрите, на окраску! — добавила Ксюша, входя в педагогический раж. — Вроде бы оно такое яркое, броское. Но эта пестрота прячет от врагов и помогает выслеживать добычу не хуже пятен на шкуре барса или полосок тигра. Тем более что у многих животных зрение монохромное!

Ребята торжественно вручили Еве перо и, ведомые Ксюшей, продолжили путь. Они и так уже задержались, рискуя опоздать к обеду. Миновав прогалок, они вновь углубились в лес, срезая путь напрямик по тропинке.

Солнечные лучи, проникая сквозь густую листву, расцвечивали ажурные кроны во все оттенки зеленого от темного изумруда до желтоватого хризолита. Золотили белокурые волосы Сони, подчеркивали рыжину в кудрях Севы Кулешова, бросали причудливые блики на необычную находку. Ева бережно несла перо в руках, и мысли ее уносились в неведомые дали. Она любила лес и потому с радостью согласилась на эту летнюю подработку, но за прошедшие с начала смены полторы недели за ворота выбралась в первый раз. Да и то лишь потому, что ребята из третьего отряда, с которыми она в это время занималась английским, уехали на экскурсию в Поленово.

И надо ж было такому случиться, чтобы именно сегодня на пути следования их маленького отряда пролетел сокол-балобан. А ведь где-то рядом по территории лагеря ходил человек, которого Ева с первой встречи на планерке почему-то сравнила именно с этой гордой, красивой птицей. Что это? Простое совпадение или начало каких-то необычных событий? Хорошо, что эти мысли она не озвучила вслух. Материалистка-Ксюша подняла бы ее на смех. В конце концов, мало ли откуда ветер принес заветное перышко.

Когда они вышли из лесу на шедший вдоль берега Оки проселок, ароматы поспевающей земляники, луговых трав, речной тины и нагретой на солнце сосновой смолы перебил резкий запах бензина. Послышался рев двигателя, и из-за поворота выехал мотоциклист в шлеме с изображением хищной птицы, коричневой косухе с бахромой, кожаных же штанах и ботинках с защитой. Завидев детей и вожатых, он остановился, стягивая шлем. Из-под упавших на лоб каштановых выгоревших по краям прядей на Еву глянули карие соколиные очи.

Филипп Балобанов учился в магистратуре то ли Бауманки, то ли какого-то-то другого не менее престижного технического вуза на айтишника, а в лагере исполнял обязанности сисадмина и по совместительству ди-джея и руководителя кружка программирования. Начальство к нему благоволило за способность реанимировать, казалось, безнадежно сломанное оборудование и гаджеты. Мальчишки уважали за умение на раз решить любую, даже самую сложную, задачку по информатике. А девочки из старших отрядов в попытках привлечь его внимание пускались на самые разнообразные ухищрения и едва ли не вцеплялись друг дружке в космы за место на танцполе поближе к ди-джею.

Высокий, статный и ладный Филипп и в самом деле выглядел настоящим принцем из грез, а уж двигался в такт музыке с такой непостижимой гибкостью, точно имел какие-то дополнительные шарниры. К тому же он еще и пел гораздо лучше некоторых звезд эстрады. Не слишком ли много достоинств для одного человека? Не притаился ли где-то какой-то изъян?

Впрочем, Ева могла себе признаться, что тоже попала под чарующие лучи его обаяния. От Филиппа словно исходил незримый свет или живительное тепло. Но предпринимать какие-то шаги, чтобы не то что завоевать в кое веки приглянувшегося пригожего парня, а хотя бы просто обратить на себя его внимание, Ева почему-то не решалась. Тем более что они пересекались только на планерках, а на дискотеки Ева не ходила.

Вот и сейчас вместо того, чтобы