Сказки странного города 2 - Ольга Богатикова

Алекс хмыкнул.

— Я тебя помню, — вдруг сказал юноша, еще раз окидывая сказочника взглядом. — Ты приходил сюда в полдень, верно? Вместе с тобой были еще трое — двое мужчин и очаровательная девушка — хозяйка магазина с Цветочной улицы.

— Все так, — кивнул Алекс. — Выходит, я был прав. Ты действительно живой.

— Не живой, а оживающий, — поправил Роберт, делая еще один глоток кофе. — Я — статуя, Алекс. Хотя и с секретом.

Они отошли от постамента к стоявшим неподалеку скамейкам. Роберт смахнул с одной из них снег.

— Откуда ты знаешь Марту? — поинтересовался Ал, усаживаясь на очищенное место.

— Я пару месяцев стоял неподалеку от ее магазина. Она славная девушка — несколько раз убирала мусор, который бросали возле меня прохожие.

— Так ты можешь перемещаться по улицам?!

— Ну да. Согласись, ужасно скучно все время стоять на одном и том же месте.

— Соглашусь, — кивнул сказочник. — Погоди! Выходит, это тебя мои друзья видели в разных частях города? Нет никаких одинаковых памятников, он на самом деле один, только мигрирует и меняет положение тела.

— Вот дела, — смутился Роберт. — Я и не думал, что мои передвижения кто-то заметит. Обычно на скульптуры никто не обращает внимания. Да, я перемещаюсь по городу. Мне нравится стоять на разных улицах и площадях. Я любуюсь пейзажами, наблюдаю за людьми. Это очень интересно.

— А твой постамент? Как же ты его перетаскиваешь? Он ведь большой и, наверное, очень тяжелый.

Роберт пожал плечами.

— Постамент — не проблема. Если постучать по нему определенным образом, он становится маленьким, и его можно положить в карман, — ответил он. — Или, к примеру, спрятать в кулаке. А потом вынуть в нужном месте и снова сделать большим.

— Круто, — оценил Алекс. — Слушай, как вышло, что ты способен оживать? Это все скульптор, да? Он был колдуном и зачаровал бронзу, из которой ты сделан?

Юноша грустно улыбнулся.

— Что ты, мой скульптор вовсе не был волшебником. Разве что, самую малость. Отец был талантливым человеком, вдохновленным и несчастным. Ты ведь знаешь, что я — точная копия его сына?

— Да.

— Он сделал меня таким не даром. Настоящий Роберт был отличным парнем — веселым, любознательным, очень добрым. К несчастью, у него имелось немало недугов. Он был слепым от рождения и страдал от болезни сердца, а в четырнадцать лет повредил позвоночник и навсегда оказался прикован к постели. Отец воспитывал его в одиночку, Алекс. Любил всей душой, работал, как вол, чтобы заработать денег на еду и лекарства. Роберт умер, не дожив нескольких месяцев до своего девятнадцатого дня рождения, и это стало для его отца большим потрясением. После похорон он решил изваять в память о сыне статую — в полный рост, похожую на него, как две капли воды.

— Работал, судя по всему, с душой и полной самоотдачей.

— О да, — улыбка Роберта по-прежнему была грустной. — Скульптор потратил на бронзу все свои деньги, сутками не выходил из мастерской, едва не умер от истощения. Он хотел оживить сына, понимаешь? Увековечить в металле. Чтобы ему были нипочем горести и печали, чтобы он — другой он — мог делать то, чего был лишен при жизни… У скульптора получилось, Алекс. Я храню в себе все, что связано с Робертом. Я — почти как он, только вижу солнце и землю. Могу ходить своими ногами. Пусть по ночам и в пределах города, — это все равно лучше, чем холодная неподвижность. Сегодня же выяснилось, что я могу общаться с людьми. Знаешь, мне ни разу не приходило в голову заговорить с кем-нибудь из… ну… из настоящих. Вернее, приходило, но я не мог на это решиться. Знаешь, жить — это страшнее, чем кажется. А теперь есть надежда, что у меня могут появиться друзья.

— О, за друзьями дело не станет, — подмигнул Алекс. — Если хочешь, я могу время от времени тебя навещать. И не один, а с кем-нибудь еще. Например, с Мартой. Думаю, ей будет интересно с тобой поболтать.

— Правда? — восхитился Роберт. — Ты серьезно?

— А то! И, кстати, Роберт, как долго ты намерен жить на этом косогоре?

— Два-три дня. А что?

— Дело в том, что один мой знакомый художник очень хочет изобразить панораму, которая открывается с этой площадки, а твой постамент ему немного мешает.

Взгляд юноши стал озабоченным.

— Этой ночью я уже не успею перебраться на другое место, — сказал он. — Зато могу немного сдвинуться в сторону, чтобы не загораживать твоему другу обзор.

— Было бы здорово, — кивнул Алекс. — Эмиль этому наверняка обрадуется. Но твои перемещения могут заметить другие горожане.

— Ерунда, — махнул рукой Роберт. — Поверь, никто не вспомнит, где именно я стоял — в центре, слева или справа. Памятники двигаться не умеют. Не так ли, дорогой сказочник?

БИБЛИОТЕКА

Алекс почему-то считал, что в этом здании находится продуктовый магазин. Этакий мини-маркет, который во времена оны затесался между двумя многоэтажками, и продолжает работать, несмотря на засилье торговых центров и лавок с фермерскими продуктами.

Здание было кирпичным, с низеньким крыльцом и треугольной крышей, окруженное с трех сторон кустами сирени. Подобное сооружение парень наблюдал у дома Маргариты — каждый раз, направляясь к ней в гости, он покупал там мороженое или свежие булочки. Тем удивительнее было обнаружить, что его кирпичный собрат на самом деле не магазин, а библиотека.

Об этом сообщала небольшая вывеска, которую Алекс увидел, когда шагнул на крыльцо, намереваясь переждать в тепле разбушевавшуюся метель.

Внутреннее убранство библиотеки ничем не отличалось от интерьера любого другого книгохранилища. Ее стены были выкрашены в приятный персиковый цвет, пол покрыт тонкими дощечками паркета, с высоких полок спускали зеленые стебли комнатные лианы, на окнах висели бежевые полоски жалюзи. Людей в помещении не оказалось, а потому в воздухе висела звенящая тишина, которую не сумел нарушить даже бушующий на улице ветер.

Холл библиотеки был невелик и почти сразу переходил в комнату абонемента. Там стояли высокие стеллажи с книгами и массивный коричневый стол, за которым сидела худощавая темноволосая женщина в джинсовом пиджаке и очках-бабочках.

— Добрый день, — сказала она Алексу. — Чем я могу вам помочь?

— Здравствуйте, — кивнул парень в ответ. — Будет здорово, если вы позволите мне немного постоять возле вашей батареи. На улице собачий холод, и я забежал к вам погреться.

— Конечно, располагайтесь, — кивнула женщина. — Можете присесть на тот стул. Заварить вам чаю?

— Нет, спасибо, — улыбнулся Алекс, усаживаясь ближе к горячему радиатору. — Я тут ненадолго, отогреюсь и