Террор террритория - Сергей Раст

Секст Эций обобрал карманы убитого. Винтовку он бросил в овраг, патроны ссыпал в карман. Маячок с Глонасс-сигналом сразу же уничтожил. Пока труп найдут, он сможет на пять-шесть часов оторваться. С большой неохотой он схватился за двухколёсную тележку с капсулой, и обречённо поволочил ноги по сыпучей балке, толкая впереди себя груз.

Он уже давно очень сильно устал.

Каждое движение сопровождалось болезненными ощущениями в мышцах. Вены на руках вспучились от серьёзных физических нагрузок. Пошёл третий день, как он спасался бегством от погони. Теперь его желание сводилось к простому «упасть и не вставать». Нечеловеческими усилиями он заставлял себя двигаться дальше по узким, едва заметным, звериным тропам Дикой Карелии, и тащить капсулу с девчонкой в коме. Все чаще его посещала мысль оставить синеволосую девку в укромном месте, и залечь на дно в какой-нибудь берлоге. А ведь рядом проходила граница, разделяющая безлюдную Карелию и цивилизованный Питерский округ.

Неспроста эти места называли Дикими землями. Безлюдные, малонаселённые территории с густой растительностью, гнусом и болотами привлекали редких искателей приключений. Пустынные дороги заросли травой и кустарником, бетонные шоссе потерялись в лесных чащах и огромных зарослях мутировавшей ежевики. Чем ближе к Запретной зоне, тем чаще попадались места с повышенным радиофоном и ядовитые озёра.

Дикая Карелия, мать ее! Или Дикая территория.

Но такое название Карелия получила не из-за бурной растительности и близости к точке падения ядерной боеголовки. Что-то жуткое и потустороннее происходило на Дикой территории. Брошенные города и вымершие деревни — яркое тому подтверждение. А нет ничего сильнее, чем сильный людской страх, вызванный вмешательством тёмных сил. Поэтому и называли её Дикой или Ничейной территорией. А ещё местные называли её hyperborea, произнося это слово шёпотом.

Наёмник Эций скептически относился к подобным россказням, искренне считая домыслы аборигенов, да еще под алкогольными парами, плодом воображения. Он привык доверять собственным глазам, но не людским пересудам. Даже когда терроры загнали его глубоко в тыл, Секст больше опасался преследователей, чем гиперборейских демонов. Байками из бара только детей пугать и недалёких женщин. А когда тебе за сорок, и ты повидал дерьма на десяток жизней, тебя больше ничем не удивить.

Пот тёк с него ручьём. Он всё чаще выбивался из сил и оглядывался назад, отмахиваясь от полчищ нужного гнуса. Жужжащая биомасса плотно сопровождала Эция на всём пути, но термоядерный коктейль из бензина, спирта и мочи делал своё дело — отгонял мошкару от тела. Беглец сминал карликовые берёзки, ломился через можжевельник и аккуратно продирался между зарослями ежевичных кустов, попутно закидывая в рот чёрные переспевшие ягоды. Иногда он прикладывался к гидратору, хлебая тёплую воду, и снова катил тележку вперёд. Мимо высоких деревьев, кустарников с висячим на них мхом, и высокого папоротника. Мимо скал и глубоких оврагов, где белели кости упавших туда животных. С каждой милей он всё больше удалялся от цивилизации, где он мог принять душ, заказать горячий обед и поглазеть на доступных девиц.

Закат солнца застал измученного Эция у подъёма на невысокий холм, густо поросший лапчастым ельником. Он оставил Саркофаг на тележке, как есть, и обессиленно рухнул на песок, перемешанный с сосновыми иголками и мхом. Он не мог больше идти в таком высоком темпе. Это была первая остановка после стычки с боевиками. Всё это время наёмник рвался изо всех сил на северо-восток, поближе к зоне загрязнения. Терроры прочёсывали окрестности, пуская дроны далеко вперёд. Рано или поздно они его настигнут, если только Секст чудом не оторвётся и не выйдет к Зоне, рядом с которой спутники волшебным образом слепли.

Отлежавшись, Секст поднялся на холм — осмотреться. И буквально наткнулся взглядом на развалины охотничьей сторожки. Почерневшее строение встретило его запустением и шуршащим сквозняком. А еще крышей над головой. Правда, местами балки и стропила сгнили и местами провисли, но Эция такие мелочи не волновали. В лесу шныряли оголодавшие рыси и волки, и оставаться вне деревянных стен в тёмное время было опасно.

Наёмник только со второй попытки сумел втянуть внутрь домика тяжёлую двухколёсную телегу. Отстёгивать Саркофаг он не стал, оставив его в полулежачем положении. Зато сбросил ненавистный рюкзак. На большее сил у наёмника не хватило. Он растянулся на пыльном полу, упёршись спиной к стене, прикрыл веки. У него снова разболелась голова.

Очнулся он в полной темноте от тихого шороха. Он сразу понял, что допустил серьёзную ошибку, позволив уставшему организму уснуть. Но волновало теперь его не это. Кто-то крался по лесному грунту, практически без страха. Даже рысь и та побаивалась подходить настолько близко к человеку. Пистолет сам влез в пальцы, придав уверенности наёмнику. Он моргнул глазами несколько раз, привыкая к темноте, и наконец увидел источник шума. Худой сгорбленный силуэт вынырнул из чернильного пространства привидением, и навис над большим походным рюкзаком. Его рюкзаком!

Наёмник собрал все силы в кулак и резким движением поднялся на ноги. Захрустел песок под ботинками, в бок отлетел кусок деревяшки.

— Стой! Или я стреляй! — косноязычно рявкнул Секст, ловя силуэт пистолетом.

От окрика и возни за спиной фигура коротко, по-детски, вскрикнула и застыла на месте. Непрошеный гость с тонким голосом подозрительно напоминал девочку-подростка.

— Не убивай! — пискнула ночная гостья. Он не ошибся в своих суждениях. Только Секст совсем не знал, как себя вести с детьми, да еще ночью в глухом лесу.

— Замри на месте. Только не убегай. И тогда я не причиню тебе зла.

— Ага. — проговорила девочка.

— В боковом кармане лежит излучатель. Дай сюда.

Она шмыгнула носом. Худые руки проворно зашарили по рюкзаку. Наконец она извлекла из одного из них небольшой карандаш.

— Это?

— Давай.

Наёмник выдернул из рук подростка излучатель, сломал его наполовину и нажал на углубление в одной из половинок. Тусклый синий свет выхватил из кромешной темноты огромный рюкзак, часть Саркофага, мирно покоящегося на треноге с двумя колесами, и худую растрёпанную замарашку с узким разрезом глаз. Более жалкого зрелища он не видал. Даже бедняки в трущобах одевались поприличнее. Девчонка хлопала глазами и щурилась, со страхом и интересом рассматривая мужчину с пистолетом напротив.

— Зачем шла за мной? Говори! — он опустил пистолет, но взгляда с неё не сводил. Где-то недалеко по Дикой территории колесили вооружённые тройки терроров, которые усиленно искали одного наглого наёмника с одним ценным грузом. И тот факт, что за ним таскалась бродяжка, о которой он даже не догадывался, сильно напрягала Эция.

— Меня отправили к тебе твои друзья! — сказала тихо девочка. Она села и обняла свои драные колени. В тусклом свете