Клинок Императора. Книга II - Андрей Гардеев

– Расскажи, как ты погиб.

– Ничего шибко хитрого. Сцапали возле форта. Звено мародёров и десяток псов. Гвардейцы погибли, сильно зацепило: руку оторвало, – он дёрнул правой, закрытую рукавом культю демонстрируя. – И другие там раны всяческие, неприятные. Пришлось в экстренном порядке сматываться; телепортом оказался в схроне, в Гродвале – ты собственно видел, подлечился, вышел, наверное, часа два по городу проходил – потом меня мирмидонец какой-то прихлопнул в подворотне.

– Какой?

– Я лица не разглядел.

– А почему мирмидонец тогда?

– А форму разглядел…

– А дальше что?

– А дальше, – широкая жуткая улыбка. – Секрет. Если в общих черт – дальше Морк. Так и получается, братец-хорёк, для достойных детей Морка – смерть не конец.

Когда Лео закончил и стёр кровь, то сказал:

– У Вагранта три крысы в преподавательском составе "Ямы", хорёк, передавай этому мозголюбу привет. Дальше сам: не защитишь его от репутационного провала, все кончится, Дом Вив на куски разорвут; без Дома Вив – Манти рисковать не станет и как-нибудь попробует адаптироваться… Без Манти и Вив остальные даже думать не будут чью сторону принимать, коль ты вылезешь и лицо покажешь. Сразу за Марко впрягутся. Если у тебя шансов не будет, то правящий Дом в итоге сменится, а это – экспансия тьмы.

– Сколько тату действовать будет?

– Без сильного давления удержится год.

– Что мне придётся за татуировку сделать?

Лео улыбнулся:

– О, это самое интересное – нам, хорёк, нужно обменяться безымянными пальцами.

***

28. 09

122 год от взятия

– Чего тебе надо, Кейр?

Вагрант из Дома Вив почти такой же, каким я его запомнил с фотокарточки в альбоме Астры: высоченный, от чего он выглядел за своим рабочим столом громоздким – будто, издеваясь, взрослого за детский столик усадили. Одет в аккуратную, тщательно отглаженную черно-серебряную форму. Изменились лишь мелочи: теперь носил короткую причёску, морщин обильно ссыпало ему на лицо – особенно возле глаз и на лоб; проявились метки тяжелой усталости, которую сном не согнать, – так потихоньку приближалась старость. Но татуировка мастера – горизонтально расположенный меч над бровью – оставалась всё такой же ярко-голубой. Приятно видеть кого-то из старших мастеров. Я соскучился по храму.

Кабинет Вагранта – настоящая теург-крепость. По стенам деревянные панели и на них линии мигающих формул: тут и защита от всяческих подглядываний, прослушивания, уверен "короб" этот и удар тяжелой способности с легкостью сожрёт и воздух от ядов отчистит, если нужда появится. Уж больно много глифов – думаю тут заготовки-шаблоны на все случаи жизни.

Смотрел на мужчину, уставшего, болезненного и мне трудно поверить, что я думал найти в нём какое-то спасение – ему и самому помощь нужна. Может и не всё так плохо, а моя мысль о золотом рыцаре, который на какое-то время прикроет широкой грудью изначально глубоко наивна. Даже самый высокий ранг в Империи, – было у меня такое предположение – не помог ему похоже, чтобы остаться в безопасности; любопытно, настоящего льва искусали шакалы.

– Что ты на хрен от меня хочешь? Уже второй день – жития никакого не даешь. Вторые сутки секретаршу историями своими изводишь. Это не дело – бедная женщина жалуется. Пугаешь ты ее. Для взрослого парня – недопустимо. Если это продолжится я тебя лично за шкирку к воронью оттащу.

Под конец своей речи он от бурлящей злости аж поднялся.

Ладно… Надо работать с тем что есть. Никто мне другого Вагранта не предоставит.

Морально готовясь к любому развитию событий, я скинул с себя действие "маски".

Надо отдать Вагранту должное, он почти не изменился в лице. Единственное, так и рухнул на стул – и на секунду мне показалось, тот не выдержит; нервно дёрнулась мышца под глазом бедолаги, а потом вырвалось тихое:

– Некр раздери, – и всё, затих.

– Разодрал, разодрал, – заверил я его.

Он глубоко вздохнул, выдохнул и сказал:

– Погоди, погоди, Кириан. Мне нужно немного времени чтобы подумать.

На какое-то время Вагрант завис. Смотрел в одну точку, с блеском в глазах, характерным для медитации, затем хлопнув себя по бёдрам, заговорил уверенно:

– Хорошо… Это хорошо, конечно. Многое меняет, увеличивает наши шансы, – затем задумчиво. – Но раз ты не всплыл раньше, значит дело много хуже, чем я думал. Кто причастен к делам во Дворце и к… гибели Торина?