Гнездо Сарыча - Рони Ротэр

— Астид! Девки в борделях Вааспурта столько не стоят! Во что ты влип, что занимаешь такие деньги?

Астид виновато нахмурился, облизнул губы.

— Отвечай, или мне придется тебя усыпить и выпытать все, пока ты будешь в забытьи. Головная боль после этой процедуры будет твоим наказанием.

— Простите, князь. Я… я их проиграл…

Гилэстэл изумился. Скуповатый и рассудительный Астид увяз в азартных играх?!

— Проигра-ал? — протянул он, с недоверием глядя на воспитанника.

— Да. На «птичьих боях».

— Потрясающе. Ты потратил столько денег на каких-то петухов?!

— Не совсем так, князь, — Астид пристыжено опустил глаза. — Там бьются не птицы, а люди.

— Та-ак, — откинулся на подушке Гилэстэл, начиная понимать. Он слышал об этих боях, проводимых на тайных аренах. Когда-то они были легальными, но предыдущийповелитель Вааспурта, приняв корону, запретил кровавое развлечение, переделав бывшую боевую арену в мирный театр. Но запретный плод сладок, и смертельные поединки превратились из публичного зрелища в подпольный закрытый клуб. И Астид, умеющий и любящий убивать, увяз в них с головой. Хорошо, что только в качестве зрителя.

— А ты знаешь, что участников и зрителей этих поединков власти Вааспурта могут отправить в яму на немалый срок?

Астид кивнул. Гилэстэл махнул рукой, отпуская полукровку, и перевел взгляд на книгу.

— Чтобы больше тебя там не было.

На лице Астида отразилось отчаяние.

— Но… Ваша светлость….

— Это всё.

— Князь! Последний раз! Я внес залог на завтрашний бой! Я могу вернуть все, что проиграл, и даже больше! Пожалуйста!

В голосе Астида было столько сожаления. Гилэстэлзакрыл и отложил книгу.

— А если тебя возьмут под стражу?

— Нет, князь, нет. Мне говорили, что начальник городской охраны сам ходит туда. А если и да… Вы ведь меня не бросите?

Гилэстэл расхохотался.

— Ты просаживаешь мои деньги и просишь у меня же защиты? Сколько ты внес залога?

— Сто «орликов».

Гилэстэл присвистнул, потер переносицу.

— А на кого поставил?

— Еще ни на кого, — увлеченно зачастил Астид. — Ставки принимаются перед самым боем. Если повезет, можно забрать вдесятеро больше, чем поставишь!

— Везение — штука ненадежная, — хмыкнул Гилэстэл. — Неужели, понаблюдав несколько боев, нельзя определиться с будущим фаворитом? Я понимаю — проиграть на первом бою. Но потом.… Ставь на лучшего!

— Еще бы знать, кто там лучший, — вздохнул Астид. — Один сегодня лучший, а завтра его с арены за ноги волокут. Мрут они слишком быстро. Один-два боя — и всё. Но это в первом круге, в малых личных боях. А на большой личный круг и на «гнездовые» схватки и ставки другие. Уж про «стаи» я и вовсе молчу.

Гилэстэл покровительственно взглянул на Астида. Надо бы показать воспитаннику, как сходу определять хорошего бойца.

— Хорошо, — сдался князь. — Завтрашний бой ты увидишь. Но с одним условием.

— Я слушаю, — напрягся Астид.

— Я пойду с тобой.

Глава 4

Из открытых светящихся окон доносилась музыка иголоса горожан. Люди говорили, пели, ругались. Питейные дома светились огнями, их веранды были полны — отдыхающие горожане пили вино и горячие настойки, неторопливо дымили сухими листьями агги, свернутыми в тонкие трубки и вставленными в длинные резные мундштуки. Рабы в ожидании своих хозяев сидели на земле у двуколок. Вааспуртские женщины, нарядные, в разноцветных туниках, с драгоценными гребнями и тиарами в волосах, спешили в своих лектиках на вечернее представление в театр. Торопящиеся носильщики, переругиваясь вполголоса, обгоняли друг друга.

Астид вел Гилэстэла все дальше от центра города. Они оставили позади Зеленый торговый и Синий ремесленный округа, миновали Красный округ, и углубились в бесцветные трущобы на окраине великого Вааспурта. К удивлению князя, их обогнали несколько богатых лектик с задернутыми занавесями.

— Кажется, я видел распорядителя королевской библиотеки, — поделился Гилэстэл с Астидом, проводив взглядом мужскую фигуру в длиннополой одежде, обогнавшую их.

Тот утвердительно кивнул.

— Начальник городской стражи здесь тоже нередкий гость.

— Этот город погубит коррупция, — шевельнул бровью князь. — К чему тогда запрет на бои, если никого не арестовывают?

— Арестуют, когда казне деньги понадобятся, — широко ухмыльнулся Астид. — Я узнавал, выкуп из ямы в пересчете на маверранумские деньги — двести «орликов».

— Какой ты предусмотрительный, — усмехнулся князь.

«Птичья арена» находилась на самой окраине. Старые каменоломни, откуда в незапамятные времена брали камень для городских построек, стали боевым ристалищем. У входа в подземелье стояла стража в масках, полностью скрывающих лица. Желающих попасть на бои было немало. Некоторых Гилэстэл узнал. Но здесь люди, встречающиеся с ним в других местах, и мучившие нескончаемыми приветственными речами, были удивительно молчаливы. Ни намека на узнавание, ни слова приветствия! Тут действовало негласное правило — никто никого не знает.

Астид пробился к входу, Гилэстэл протиснулся за ним.

— Участник или зритель? — преградил Астиду дорогу страж.

— Зритель, — ответил Астид, показывая деревянную пластину с изображением крыла.

— Ты? — страж повернулся к князю. — Участник или зритель?

— Зритель, — по примеру Астида ответил Гилэстэл.

— Где залоговое крыло?

— Я его поручитель, — вмешался Астид.

— Под твое поручительство, — отступил с дороги страж, пропуская полуэльфов внутрь и вручая каждому по тряпичной маске на обручах и с прорезями для глаз.

Ступив под каменные своды, Гилэстэл насмешливо взглянул на Астида.

— Ты мой поручитель?

— Да. Без рекомендации проверенного посетителя на бои не пустят.

— А кто тебя рекомендовал в первый раз?

— Да так, — смутился полукровка, — одна… дама. Наденьте маску, князь. Нам сюда.

На щербатой стене, подсвеченной факелом, было нанесено изображение крыла, указывающего на крайний проход. Туда направлялось большинство зрителей. Более редкий поток направлялся в соседний коридор. Горожанки, прибывшие в лектиках, направились именно туда. Увхода в коридор на стене были нарисованы два крыла.

— А там что? — Гилэстэл с интересом посмотрел им вслед.

— Личные бои чемпионов. Там, — Астид указална дальний коридор с рисунком из пяти крыльев, — бьются «гнезда». В «гнезде» от двух до пяти бойцов. А там, — взгляд в сторону последнего коридора с десятком крыльев на стене, — дерутся «стаи» — от шести до двадцати бойцов. Но такие бои большая редкость.

В пещере, превращенной в зрительный зал, было тесно. Большую часть зала занимала песчаная арена. Зрители смотрели поединки стоя, опираясь на поручни, отгораживающие ряды, что спускались амфитеатром. К поручням были привязаны куски угля. Астид и Гилэстэл пробрались меж людейв масках по дощатому настилу, остановившись в наиболее свободной части. У края арены появились люди с двумя корзинами, переброшенными на веревках через плечи. Гилэстэл почувствовал, как вздрогнул Астид.

— Сейчас будут принимать ставки!

— Не торопись, — предостерег его князь. — Я помогу