Ошибка кота Люцифакса - Кеннет Бег Андерсен

— Задание — рассказать о пытках в Средние века. Видишь ли, мой милый Филипп, эти люди могли заставить признаться кого угодно в чем угодно.

Сёрен вынимал из сумки все новые и новые предметы. Молоток для отбивания мяса, гильотинку для обрезания сигар, несколько рыболовных крючков, клещи, блендер на батарейках.

При виде всего этого голова у Филиппа закружилась и куда-то поплыл пол.

— Филипп из 6-а класса, — сказал Сёрен, придав своему лицу очень строгое, почти торжественное выражение. — Тебя обвиняют в том, что ты состоишь в сговоре с Дьяволом. Что ты скажешь в ответ на обвинение?

Филипп взглянул на блендер, и в горле у него застрял ком размером не меньше шкафа, за которым он только что прятался.

— Это правда, — прошептал он, лихорадочно кивая. — Я состою в сговоре с Дьяволом.

На мгновение ему показалось, что Сёрен разочарован. Тот явно не рассчитывал на подобный ответ, и у Филиппа появилась надежда. Но потом на губах Сёрена возникла издевательская ухмылка.

— Филипп, Филипп, Филипп, — сказал он. — Тех, кто сознавался, тоже подвергали наказанию!

Сёрен подошел к нему, и Филиппу ничего не оставалось, кроме как закрыть глаза и молиться, чтобы все произошло побыстрее. И мама положит на его могилу красивые цветы…

Похоже, его молитвы были услышаны, потому что в подвале раздался низкий голос такой силы, что Филипп чуть не упал в обморок:

— Какого дьявола? Ты опять взялся за старое?

Филипп открыл глаза и увидел, что голову Сёрена обхватила грязная рука и тянет его куда-то…

Педель был огромный, как дракон, и такой же страшный. У него была странная болезнь, от которой его кожа выглядела облупившейся.

Когда Филипп учился в подготовительном классе, он был уверен, что когда-нибудь увидит, как из черных уст этого человека извергается пламя. Но педель не только внешне походил на дракона, он был таким же сильным и одним из немногих взрослых в школе, кто мог поставить Сёрена на место.

— Отпусти! — завопил Сёрен и принялся бить педеля по руке, которая напоминала толстый сук огромного дерева.

Педель отпустил его, но только для того, чтобы схватить за ухо. В другой руке он что-то держал.

Сначала Филипп подумал, что это кнут, но оказалось, что это скрученные в жгут провода.

— Ой-ой! Больно!

— Конечно, — ответил педель и улыбнулся Филиппу. — Но ведь я помогаю тебе прорабатывать материал к заданию по истории. Может, ты меня поблагодаришь, как положено?

— Я сделаю все, чтобы твоя жирная… — Сёрен завопил от боли, когда педель еще раз повернул его ухо. — Спасибо! Спасибо, черт тебя подери!

— Вот так-то. А сейчас пойдем к директору, и ты расскажешь, каким прилежным ты сегодня был!

По дороге к лестнице Сёрен как-то странно подпрыгивал в руках служителя, видимо, не желая остаться совсем без уха.

— Ты от меня не уйдешь! — крикнул мучитель Филиппу, и эхо разнесло эти слова по велосипедному подвалу. — Ты останешься «жертвой недели»! Слышишь? Ты от меня не уйдешь!

— Как бы не так! — прозвучал голос педеля, и, судя по воплю Сёрена, тот еще раз крутанул его ухо.

Филипп остался сидеть в темном подвале, за шкафом, уткнувшись подбородком в колени. И только когда прозвенел последний перед выходными звонок и подвал заполнился криками учеников, он вышел наружу.