Двойник императора - Алекс Орлов

На максимальной тяге двигателей «Прима» неслась к тому месту, где, по расчетам Джулиана Крепса, должен был находиться «дикарь». А где-то в космосе, и Крепе это знал, вели свои суда другие капитаны, которые также, как и Крепе, были полны радужных надежд.

«Надеются все, но повезет только одному», — подумал капитан и посмотрел на топливный датчик. Режим максимальной тяги съедал кучу топлива, и эта гонка имела смысл, только если впереди ждала удача. Однако в удачу Крепе не очень-то верил. Уже целый месяц она изменяла Крепсу, и его экипаж сидел «пустой». Матросы скучали и играли в карты на спички, а уж о том, чтобы свозить людей к шлюхам, не могло быть и речи.

— Может, мне встать у руля, сэр? — предложил Шкиза, являвшийся одновременно и оператором на радаре, и штурманом.

— Нет. Тут такой ответственный случай — лучше я сам.

— А то пошли бы, сэр, проверили этого Каспара. Он, кроме вас, никого не признает.

— Каспар — лучший гарпунщик на нашем участке. Его проверять не надо… — не слишком уверенно возразил капитан. Всем было известно, что гарпунщик Каспар здорово поддавал и из-за этого лишился места на «Джанге». — Ладно. Иди к штурвалу, а я действительно проверю Каспара.

Капитан вышел из рубки и стал подниматься на второй ярус. По дороге ему встретились два матроса, которые еще не были экипированы в рабочие скафандры. Крепе сделал вид, что не заметил этого. Он понимал, что экипаж тоже не особенно верит в удачу.

«Ну не сидеть же сложа руки и ждать, когда новое „окно“ откроется прямо над головой. Так весь экипаж сразу разбежится…» — оправдывал эту бесперспективную погоню капитан.

Дойдя до отсека гарпунщиков, Крепе толкнул дверь и увидел то, чего и боялся: Каспар сидел на полу и глупо улыбался, а на его штанах расплывалось большое мокрое пятно. Возле пушки, испуганно глядя на капитана, стоял худенький юнга Шиллер — ученик гарпунщика.

— Юнга, этот болван успел тебя чему-нибудь научить?

Шиллер прекрасно слышал капитана, но от страха ничего не мог ответить. Он боялся, что Крепе начнет его избивать, как он это проделывал с Леоном-Очкариком.

— Ты чего не отвечаешь, а? Испугался? Мне нужен гарпунщик, понимаешь?

— Да, сэр Я стрелял четыре раза.

— Где ты стрелял, если мы уже полтора месяца не видели ни одного астероида?

— Я стрелял по бочкам, сэр.

— По каким бочкам?

— По пустым железным бочкам, сэр. Их выбрасывали за борт, и Каспар позволял мне по ним стрелять легкими гарпунами.

Крепе на секунду задумался, соображая, стоит ли ему надеяться на юнгу Шиллера, однако выбора не было, а стрельба гарпуном требовала известной сноровки.

— В «дикаря» попасть сможешь? — спросил капитан, нависая над юнгой.

— Сумею, сэр. Если будет возможность, то я ее использую. Только…

— Что еще?

— В барабане легкие гарпуны, сэр. Мистер Каспар хотел их заменить, но не успел.

— Ну так замени их сам, — сказал капитан. С его борцовской комплекцией ему было невдомек, что Шиллеру это не по силам.

— Они очень тяжелые, сэр. По пятьдесят килограммов каждый, — объяснил юнга и потупился, словно стыдясь собственной беспомощности.

— Ладно, — кивнул Крепе, — это пустяки, сейчас заменим.

Шиллер кивнул и, повернувшись к пушке, нажал эжектор. Гарпун выскочил на лоток, и юнга почти бегом оттащил его к стенному арсеналу. Затем снова вернулся к пушке и, привстав на носочки, всем телом навалился на поворотный механизм. Барабан нехотя провернулся на одну позицию, и в лоток выпал еще один гарпун.

— Стой, не суетись, — сказал Крепе. Он вытащил легкий гарпун и сам отнес его к арсеналу, а на обратном пути захватил гарпун с усиленным зарядом. Безо всяких усилий капитан втолкнул его в барабан, и Шиллер сделал очередной поворот.

Вскоре все пять гарпунов в пушке были заменены на тяжелые.