Варленд в огне - Степан Мазур

Андрен с Гроком кивнули. Первый уровень означал мысленное влияние на окружающий мир. Второй — вербальное. Третий — пассы руками. Слово чародея твёрдо, но иногда противник может лишить его голоса, или простуда случается, тогда он превращается в беззащитного младенца перед вооруженным врагом.

— Ничего, с пиратами я и одной рукой разберусь. Вторую спрячу за спину, — пообещал Мечеслав. — С его магами-воздушниками. Вий пусть в замке сидит, умничает. Для ума второй руки не надо.

Чародей не стал спорить, а Корь важно добавил:

— А я людей от любых эпидемий уберегу. Никто даже не чихнёт! Заразы из страные Зеленокожих обойдут нас стороной.

Андрен слез с коня, снял княжеские доспехи и отдал Мечеславу, который уже отдал флаг Княжества знаменоносцу. Молодой правитель взял простую одежду из рук служек: облачился в тёплую неброскую куртку, рубаху, плащ, сапоги и кольчугу, опоясался. На пояс повесил старый добрый нож Чини. Полковой ножик отца подруги путешествовал с ними уже 8 лет. Закинул за плечи перевязь с новым княжеским мечом. Остро пожалел об уничтожении алого камня в амулете Вождей. Подарок кланов севера пропал бесследно перед боем с демоном. Кто будет доставать его из бездонного пролома? Смельчаков не нашлось. Отбирать дары Долунных демонов — себе дороже.

Андрен невольно погладил перевязь с мечом. Его словно с любовью создавало всё Княжество: легкий, быстрый, изящный, из светлого металла. Вий сам наложил руну скорости, дал имя — «светлейший». А сколько труда кузнецы вложили, чтобы облегчить вес клинка, не счесть. Притом прочный — пробьёт большинство гномьих доспехов. И поразит то, что невозможно поразить оружием — Корь вываривал в зельях воплощения. Битва с духами будет не страшна.

Лук Андрен оставил старый, трофейный. Только наконечники стрел кузнецы выковали пирамидобразные, с наибольшей проникающей силой. Такие часто использовали темные эльфы. От них на поле боя и насобирали трофеев, да научились ковать по подобию.

Новым процедурам преображения подвергся и топор Грока — перековали, закалили, добавили надпись «правая рука князя» и руну силы, выварили. Орк взял в путь составной дубовый лук, который бил почти на четверть лиги. Большую часть стрел Корь искупал для него в яде. Теперь за плечами сенешаля помимо перевязи, висели два колчана: для врагов и для охоты.

Бурча, Грок облачился в такую же одежду, что и князь. Белый нож с памятного первого задания занял место на поясе — не забыть, когда брат впервые спас жизнь.

— Вы еще лепехами коровьими обмажьтесь, — буркнула Чини, глядя на манипуляции с преображением. — Я, конечно, понимаю, что Андрен перед походом логично заключил, что в доспехах князя можно разъезжать по Княжеству, а гномам не обязательно знать, кто перед ним. Но разве у них нет своих соглядатаев? Каждая собака на 10 лиг уже знает, что князь отправился в путешествие. Надежнее было идти в горы с легионом. Так внимания бандитов меньше. А обижены на нас сейчас немало людей. Или я одна думаю, что знатные фамилии этих земель сквозь землю не проваливаются?

— Легионеры нужны на полях, — осёк Грок, вновь залезая на коня. — А гномы не пустят в горы и манипулу вражеских солдат. Еще и коней заберут. Больших скряг и недоверчивых личностей во всем Варленда, чем гномы, нет. Помяни мое слово. С Варты и то шубу снимут. А тебя заставят резцы сдать, как верное оружие.

— Вот ещё!, — воскликнула княгиня и чёрные кисточки на кончиках ушей тревожно подернулись.

— Куда я без зубоффф-то?, — удивилась Чини.

Вместо павших телохранителей-храмовников Меча, Щита и Плаща в горы с князем рвались юные оруженосцы, служки и ветераны многих боев. Андрен оценил эту инициативу, но всех оставил на полях. Вся княжья свита оставалась в Княжестве выполнять более полезные поручения.

Андрен ещё раз обвёл всех близких ему людей долгим, выразительным взглядом, громыхнул:

— Мы вернёмся к следующей зиме. Прощайте! Не поминайте князя лихом!

— Не дождёшься! Ещё и памятник поставим! Первый не имперский памятник в Варленде!, — громыхнул на прощание Мечеслав.

— При жизни!, — тактично подчеркнул Корь.

— Помните об уроках Архимага, — закончил Вий и поднял искусственную, мёртвую руку.

Человек с рысью на седле коня первыми двинулись с холма в сторону гор. Следом понукал коня хмурый орк с нахохленной морской свинкой на плече. Малый совет некоторое время смотрел им в удаляющиеся спины. Затем Мечеслав распустил строй, словами «время сбора урожая!».

Удаляющихся же путников горы встретили серым туманом. Тот сполз с предгорий и укрыл землю, словно одеялом. Видимость сразу упала. Дорога ушла в развилку на два направления: одна шла в сторону академии Камня, вторая дальше к горам, к знаменитому единственному, как гласили слухи, входу в пещеры гномов.

Андрен остановился у указателя, рассматривая гномью руническую вязь.

— Любят они свою академию. — Буркнул орк. — Видишь руну-приставку «старейшая»?

Андрен не успел ответить. Из тумана вынырнула повозка. Гном-возничий с толстым мясистым лицом и бородой до колен, сплюнул на землю, кашлянул, хриплый голос разрезал воздух:

— Сказано тебе старейшая, значит старейшая.

— Но как же Великая Академия в Мидриде?, — Ответил орк.

— Так то людская. — Хмыкнул гном. — Ты чего, зелёный, забыл в наших землях?

— Мы в гости к гномьему королю. — Ответил за орка Андрен.

— А-а, протянул безразлично гном. — Золото, оружие, драгоценности надо? Меняем на жрачку или пиво. Есть пиво?

— Нет пива. — Спокойно ответил Андрен. — Припасами не богаты.

Из повозки высыпали пятеро мясистых, бородатых харь, присмотрелись к рыси и морской свинке, недружелюбно оскалились орку. У каждого из-за плеча выглядывали рукояти либо молота, либо топора. У одного человек приметил большой самострел за широкими плечами. Он вроде как арбалет, но сам заряжает стрелы из-за хитрых гномьих механизмов. Образцов таких орудий в Академии не было, и Храм их не показывал. Гномы начали использовать самострелы совсем недавно.

Князь добавил, не отводя взгляда от возничего:

— Если проедете не в академию, а дальше по дороге к людям, будет вам угощение. Там сейчас много людей на поляне. Есть и пиво, и еда. Княжеству как раз не хватает всего, что вы сейчас перечислили. Завтра сбор урожая — расплатятся так, что на повозке за раз не увезете.

— Вот спасибо, паря. — Ответил возничий. Гномы сразу заулыбались. Принялись хохотать, словно уже попробовали ячменного пива. — А вы к королю по какому поводу? Не совался бы ты туда, зелёный. Человека то пропустят, а тебя к вратам вверх ногами прибьют.

— Замаются поднимать. — Хмуро ответил Грок. — Я тяжелый.

— А ты забавный, зелень. Хвала богам, что не ушастый. Авось и пропустят. Увидишь моего брата Саратона на входе в пещеры, скажи, что ты от меня. Тогда точно пропустит.