Жуткий король - Уилльям Риттер

Над входом на чугунной штанге висела та же вывеска, которая приветствовала меня несколько месяцев назад, когда я впервые пришла сюда по покрытой льдом мостовой Авгур-лейн холодным январем 1892 года.

Детективное агентство

Частные расследования и консультации:

Наша специализация – необъяснимые явления

Под вывеской стоял сам детектив, забивая гвоздь, на который он собирался повесить дверной молоток в виде подковы. Новая дверь была чуть шире и чуть толще прежней, но того же ярко-красного цвета. Кроме того, в ее верхней части появилось узкое окошко в раме – цельный кусок матового стекла с выгравированными словами:

Р. Ф. Джекаби

Частный детектив

– Доброе утро, мистер Джекаби, – поздоровалась я. – Новый вход выглядит замечательно.

– И с контекстуальным смыслом, – добавил он, держа во рту запасные гвозди.

– Э… прошу прощения?

Джекаби выплюнул гвозди в ладонь.

– Посмотрите на стекло. Подойдите ближе.

Я шагнула на площадку, и матовое стекло на мгновение помутнело, а потом на нем проявились другие слова:

Р. Ф. Джекаби

Наставник и работодатель

– Невероятно! – ахнула я.

– Сделано по специальному заказу. Ограниченный эффект ясновидения достигается посредством проникновения психической энергии сквозь стекло. Оно воспринимает ожидания и надежды каждого гостя, отражая их в соответствующей надписи. Заходите, посмотрите изнутри.

Я проследовала за ним. Буквы должны были отображаться здесь в зеркальном отражении, но надпись читалась точно так же, как и снаружи.

– Теперь дом знает, что наши потенциальные клиенты думают о моих услугах. И мы это тоже узнаем, прежде чем откроем дверь. Я считаю это довольно удобным приспособлением, особенно если принять во внимание, какие посетители приходили к нам в последнее время.

– Мудрая предосторожность.

– Да. Я также взял на себя смелость заколдовать его таким образом, чтобы оно рассеивало чары. Для меня не составляет труда понять, кого именно я вижу, но мне подумалось, что вы оцените возможность знать, с кем имеете дело. Кстати, о посетителях, – добавил Джекаби, небрежно бросив молоток и гвозди в ящик с надписью «Квитанции и расписки», – вы уже отнесли завтрак нашей не слишком дружелюбной гостье?

– Да, сэр. И заперла дверь за собой.

– Хорошо. Проверили амулеты снаружи?

– Только что, сэр.

– Сегодня вторник. Не забудьте оставить кувшин с медовым молоком для пикси.

– Сегодня среда, сэр. И я уже положила свежую землянику для спрайтов.

Джекаби удовлетворенно кивнул.

– Превосходно. Тогда подготовьтесь к прогулке. Мы выходим через час.

– Хорошо, сэр. Куда на этот раз?

– На Сили-сквер, а оттуда сквозь завесу к королю, чтобы разузнать о совете.

– К королю Аннуина? – едва не поперхнулась я. В памяти тут же всплыли два красных глаза. – Сэр, мы пока даже теоретически не готовы к такой встрече!

– А? – не понял Джекаби. – О, не к тому королю. В ином мире, как и в этом, много разных королей. Много плохих, но и много хороших, и никогда ни один из них не правил всем иным миром, чтобы ни говорил там отец этой злобной никси. Нет, вовсе нет. Пусть и не сразу, но я договорился о встрече совсем с другим королем. Если кто-то и заинтересован в сохранении барьера между мирами, то это Араун, Праведный король волшебного народа. Его посланники встретят нас ровно в полдень, чтобы проводить сквозь врата через завесу.

– Похоже, после всего пережитого я уже не должна удивляться, что у вас есть друзья среди волшебных королей добрых фэйри, – заметила я.

Иногда мне казалось, что я вот-вот проснусь и пойму, что вся моя жизнь в Нью-Фидлеме – всего лишь сон, а на самом деле я сижу, положив голову на стопку научных журналов и приключенческих романов у себя дома в Портчестере, в Англии, где все так размеренно и логично, а волшебный народ встречается лишь в сказках.

– Не думаю, что термин «друзья» здесь действительно подходит, – возразил Джекаби. – Я в должниках у владыки Арауна. Когда я был совсем юным, он подарил мне Досье Ясновидца, как дарил и ясновидцам до меня. Я бы ничего не знал об истории своего дара, если бы не… – Детектив замер и уставился на открытую дверь.

Я проследила за его взглядом и увидела бледного седого старика, с трудом переставляющего ноги по дорожке к нашему дому. Он протянул руку, чтобы опереться о косяк, но промахнулся и упал на колени прямо на пороге. Мутное стекло в раме над ним уже прояснилось, и в нем вырисовались слова:

Р. Ф. Джекаби

Последняя надежда отчаявшегося