Архканцлер Империи. Начало - Евгений Шепельский

Но старик не похож на главаря шайки. Скорее на какого-нибудь проповедника-сектанта. Во, точно – секта. Расплодилось их сейчас – мама не горюй, и каждой нужны деньги прихожан. Собственно, для чего еще организуют секты, как не для того, чтобы качать финансы из доверчивых граждан? Ну а если окрутить человека не получится, всегда можно закодировать, обратить, превратить в зомби. Методы-то давным-давно отработаны.

Хм, так, может, и меня, того, хотят обратить? Старикашка больно стремный…

И при этом я не могу вспомнить, что делал вчера. Весело, ничего не скажешь.

Я дождался, пока головокружение и тошнота немного уймутся, и, превозмогая головную боль, спустил ноги с кровати, задев при этом круглый столик с остатками трапезы в глиняных простецких тарелках. Под ногой оказалась пустая бутылка, и я осторожно закатил ее под кровать. О, да бутылка не одна – во-он в углу еще две: пузатые, из темного стекла и, что характерно, без этикеток.

Хм… Я, по-видимому, участвовал в вечеринке и употреблял в неумеренных дозах какое-то загадочное спиртное.

Сюрприз: я абсолютно гол.

– Не торопись, – произнес старик весьма, надо признать, нетерпеливо. – Верь словам моим. Скоро силы вернутся к тебе, и ты сможешь ходить нормально.

Ну спасибо. А на скрипке, это самое… А, ну да: не для этого меня сюда призвали.

Я нашарил пятнисто-серую простыню, вид которой мог ужаснуть санэпидстанцию, и, кое-как прикрыв чресла, встал. Пошатывало меня изрядно, но силы, кажется, действительно возвращались. По крайней мере, свое состояние я уже мог описать, не прибегая к рискованным выражениям.

– Перенос разумов всегда отзывается болью, – сказал старик и закашлял хрипато, со свистом.

Чего-чего?

Нет, меня точно занесло в секту. Перенос разумов, слияние духов, атмосфер и запахов, и так далее, и тому подобное, а затем клиент готов, начинаем качать бабки.

Дощатый пол холодил ноги, откуда-то сбоку тянуло прохладой. Я оглянулся и приметил приоткрытое окно, узкое, в частом железном переплете. Ретро, надо признать, весьма аутентичное. Не припоминаю такого оформления комнат в наших гостиницах, разве что где-то в Европе – в Чехии, скажем, или Польше.

Тем временем старик кашлял уже в клочок багряно-красной ткани… о нет, погодите – ткань была обычная, серая, просто здорово пропиталась кровью. Туберкулез в последней стадии или кое-что похуже. Хотя финальная стадия рака вряд ли может быть хуже последней стадии туберкулеза.

Я дождался, пока он откашляется и спрячет обагренный платок, и спросил:

– Где я?

– В Санкструме.

– Глубоко занырнул. Санкс… как вы сказали?

В меня воткнулись глаза-колючки:

– Ты в другом мире, человек. Я Белек, маг первого круга, один из Спасителей Санкструма; тот, кто перенес сюда твой разум. Верь мне и слушай меня. Я помогу.

С сумасшедшими главное не спорить, поэтому я выговорил:

– Хм… да. Без вопросов. Ну… да.

Белек нетерпеливо поддернул рукава хламиды. Кисти рук – жутко худые, оплетены синими выпуклыми венами, покрыты старческими пятнами.

– Ты помнишь, как тебя зовут?

– Андрей.

Замечательно, я не забыл свое имя. Меня зовут Андрей. Фамилия красивая – Вершинин. Я был рожден, чтобы покорять вершины, и за тридцать четыре года покорил их множество. И ни разу не сорвался. Нет, я не альпинист, мои вершины находятся в сфере бизнеса, многие из них исключительно высоки и покрыты опасным льдом, случаются и лавины и камнепады. Когда такое происходит – зовут меня, и я разбираюсь с опасным льдом, лавинами и камнепадами так, как умею: я забираюсь на вершину и устраиваю чистку. После того как я поработаю, вершина становится улыбчивой и приветливой для своих владельцев и блестит и сияет, словно ее позолотили.

Старик кивнул.

– Так звали тебя раньше. Теперь ты – герцог Аран Торнхелл. И так будет до скончания твоего века. Перенос совершился, и пути назад нет. Пойми это и прими.

– Да ладно, – сказал я. – Все понимаю, без вопросов.

Старик ответил мимолетной улыбкой и просто отошел в сторону.

За его спиной находилось стекло в овальной раме с меня ростом.

Через него на меня взглянул человек с недобрым взглядом. С очень недобрым. Был он похож одновременно на Ивана Грозного в молодости, и на Ведьмака, как его изображают в игре. Орлиный нос, резкие складки у тонкогубого рта, который давно разучился улыбаться. Высокий лоб без морщин. Светлые волосы длинными космами (по местной моде, очевидно) обрамляют впалые щеки и спускаются до ключиц.

Какая отвратительная рожа. Лет сорок ее владельцу. Ну да, сорок, а может, чуть меньше.

Человек был сухощав, но не слишком худ, кость плотная, достаточно тяжелая. А еще – абсолютно наг. Ну, если исключить простыню, которую прижимал к чреслам. С грудью, густо поросшей светлыми «бараньими» кудряшками.

Не сразу, но я понял, что смотрю на свое отражение в напольном зеркале.

Только вот загвоздка – из зеркала на меня взирал чужой человек.

Белек сказал сухо и без всякого торжества:

– Теперь он – это ты. Навсегда.