Сердце Абриса - Марина Ефиминюк

— Разве можно в столице сделать нормальную партию, если носишь туфли не от «Колина». — Обе двойняшки выглядели возмущенными.

— Верно, — усмехнулась я, постеснявшись уточнить, кто такой этот самый «Колин».

Они принялись обсуждать обувь, а мое внимание привлек вид за окном. Погода взбесилась. Только-только небо было светлым и чистым, но вдруг на улице начало стремительно смеркаться, сгустились свинцовые тучи. Стекло усеяли мелкие дождевые капли, и без продуху на землю обрушился яростный ливень. Набережная Венты скрылась за белесой пеленой.

— Как теперь добраться домой? — не осознавая, что говорю вслух, пробормотала я.

— Можно попытаться поймать кеб, — с иронией подсказала одна из девчонок.

— В такой дождь экипаж смоет вместе с возницей.

— Какой дождь? — не поняли подружки.

— В смысле?

Я глянула в обеденный зал и оторопела. За моим окном бушевала непогода, бесилась свирепая стихия. Казалось, что город будет смыт! Но ресторацию по-прежнему окрашивали лучи заходящего солнца. Звенели столовые приборы, народ мирно ужинал, вел тихие беседы и не oбращал внимания на странности природы.

Какого дьявола?!

Неужели «Сердце Абриса», артефакт для перемещения в параллельный мир, над которым я втайне трудилась долгие месяцы, пробудился? А значит, дождь хлестал вовсе не в Тевете, а в Абрисе!

Я поспешно сдернула со стула матерчатую сумку и принялась копаться в вещах, пытаясь отыскать артефакт, спрятанный в кожаном чехле.

— Валерия, ты в порядке? — уточнила Полина.

Проходя в чувство, я замерла и обвела примолкнувших девчонок осторожным взглядом. Они таращились на меня, как на припадочную.

— Знаете, я тут вспомнила про одно важное дело… — выдержав паузу, объявила я и поднялась, неловко толкнув стол. Посуда истерично зазвенела, а у Олеси с блюдца соскользнула чайная ложка.

— Ладно, — сводная сестра кивнула. — Встретимся в храме?

— Да, — растерянно пробормотала я, крепко сжимая сумку. В последний день седмицы у наших родителей должен был пройти обряд венчания. К церемонии будущая мачеха заказала мне розовое платье с открытыми плечами и совершенно отвратительные туфли на высоченных каблуках. Скорее всего, от приснопамятного «Колина».

Стоило отойти на пару шагов, как девчонки зашептались, перебивая друг друга:

— Вы видели руну у нее на ладони? Какая гадость…

— А глаза? До сих пор мурашки бегут.

— Поли, она точно артефакторша? Спорим, что врет? — фырчала Олеся.

Выбравшись из обеденного зала, я нырнула в дамскую комнату. Дождалась, когда помещение опустеет, и вытащила из сумки артефакт. Если он и пробуждался, то уже потух. Сердце Абриса выглядело, как обычный карманный хронометр без крышки и циферблата, но в корпусе прятался особенный механизм из специально выплавленного металла. Вместо цифр была нанесена тонкая руническая вязь, дикая смесь между темными и светлыми рунами. Вчера я попыталась связать символы на циферблате с теми, что были вырезаны у меня руках. Видимо, по этой причине я оказалась единственной во всей ресторации, кто увидел раскол в пространстве. Когда в уборной открылась дверь и впустила двух дам, то я быстро спрятала артефакт в карман и выскользнула в холл.

Натягивая на ходу заплечную сумку, направилась к высоким тяжелым дверям. Швейцар услужливо открыл тяжелую створку и попрощался. Я вышла наружу, под козырек ресторации и остолбенела. Тихая, утопающая в закатных лучах набережная Венты снова исчезла. Улица была незнакома. Сильный и злой ливень нещадно бил по брусчатке, надувая в огромных лужах пузыри. По краям пешеходной мостовой к решеткам водостоков бежали мощные, стремительные потоки. Навстречу яростным тугим струям дождя, ехали экипажи, и во влажной дымке расплывались зажженные огни на их крышах. Однако была странность: в воздухе совершенно не ощущалось дождевой свежести. Параллельный мир был отделен прозрачной стеной.

Опомнившись, я полезла в сумку за артефактом, но за спиной вдруг раздался незнакомый мужской голос:

— Скорее всего, в Абрисе сейчас ливень.

— Простите? — опешила я и оглянулась через плечо.

За моей спиной стоял «самый завидный жених столицы». Он достал из внутреннего кармана светлого пиджака серебряный портсигар, но не торопился открывать.

— Теория искажения, — подсказал он. — Если в Тевете солнце, то в Абрисе идет дождь.

— Какая редкостная недоказуемая чушь, — пробормотала я и кивнула на портсигар:

— Не стесняйтесь.

— Неловко курить при девушке, которая отвернулась к окну, чтобы посмеяться надо мной. Что такого забавного сказали ваши подруги? — Он все же достал тонкую коричневую сигариллу, помял в руках, а потом спрятал обратно, так и не прикурив.

— Назвали вас самым завидным женихом столицы.

От широкой улыбки на гладком лице королевского артефактора заиграли привлекательные ямочки.

— Вы напрасно смеетесь, — кивнула я, и мужчина вопросительно заломил бровь. — Вы должны быть крайне осторожны, девушки настроены решительно и уже знают ваш годовой доход.

— Они подкупили моего счетовода? — поперхнулся изумленный жених.

— Наняли частного сыщика, — развеселилась я.

— Вы шутите?

— Отнюдь.

Некоторое время мы стояли в молчании. Мне хотелось прикоснуться к границе хотя бы кончиком пальца, но самый завидный жених столицы, имя которого начисто выветрилось из головы, никуда не торопился. Ресторация словно превратилась в крошечный островок посреди бескрайнего океана. Было и страшно, и любопытно вступить под абрисский дождь, и пока я следила за буйством летней грозы, мужчина изучал меня.

— Вы что-то хотели сказать? — не удержалась я.

— Сегодня очень красивый закат.

Раскол закрылся неожиданно. По воздуху пробежала волна, словно смывшая изображение дождливого города. Появилась тихая набережная с горожанами, совершающими променад. Деревянный пирс и спокойная Вента с блестящими от солнца водами.

— Верно, — задумчиво отозвалась я, вдруг осознав, какое нечеловеческое напряжение испытывала от того, как близко — трусиха — подобралась к Абрису. — Погода сегодня исключительная. Мне пора.

Хотелось немедленно уйти, не задерживаясь ни на секунду, чтобы спокойно проверить артефакт.

— Валерия, постойте! — позвал он, заставив меня с удивлением оглянуться.

— Вы знаете мое имя?

— Понимаю, что было глупо притворяться, будто я не догадываюсь, кто вы такая.

— Весьма, — согласилась я. — Не помню, чтобы нас представляли.

— Мы прежде никогда не встречались, — признался он и вытащил золотую визитницу. — Меня зовут Григорий Покровский. Я корол…