Алименты для драконьего принца. История бывшей попаданки - Елена Кутукова

— Успокойся, все хорошо, — сказал принц, беря меня за руку. — Он чувствует твою нервозность.

Влад, не отрываясь, смотрел на сына. Ему, конечно, без разницы, в каком обличье ребенок. Он сам такой же, только чешуя другого цвета. Кстати, почему?

Любовь матери к ребенку безусловна, даже в драконьей ипостаси Димка кажется мне милым и очаровательным. Нервирует лишь то, что это означает. И что может чувствовать двухлетний малыш, оставшийся без мамы и неожиданно обратившийся в дракона. Я не знала, что делать, оставалось лишь растерянно стоять.

— Сын, — произнес Натар.

Влад кивнул, словно понимая, что от него хотят. Подошел ближе к малышу, присел на колени.

— Ну, здравствуй, Дим, я твой папа

Я привыкла, что всегда держит себя в руках, что его сложно вывести на эмоции, а сейчас его голос дрожал. Маленький дракончик повернул голову и с интересом посмотрел на него. Он явно понимал Влада.

— Тебе нужно обернуться обратно, — произнес принц, уже гораздо спокойнее.

Малыш издал звук, явно похожий на человеческое фырканье — или мне так показалось — и расправил крылья. Влад лишь покачал головой.

— Я понимаю, но ты еще все успеешь, я все тебе обязательно покажу и расскажу, но сейчас нужно вернуться к маме, она переживает. А маму нервировать нельзя, — привел аргумент Влад.

Дракончик на мгновение закрыл глаза, потом издал какой-то жалобный рык.

— Ни у кого в начале это не получается, у меня тоже. Но пробовать все равно нужно, настаивал Влад. — Обернись.

Последнее слово прозвучало как приказ. Полыхнула вспышка света, и на месте дракона появился гогочущий от смеха Димка, только светлые волосы растрепались. Большие темные глаза с интересом и пониманием смотрели на отца. Никакого испуга в них не было.

— Хоть кому-то весело, — на мрачном лице принца промелькнула улыбка. Он рассматривал сына. Интересно, что он чувствует, понимая, насколько ребенок похож на него. — Давай ко мне, летун.

Я подошла ближе, но Влад уже успел протянуть к малышу руки, и тот охотно пошел к нему, будто давно его знал, а не видел впервые в жизни. Я забеспокоилась, Димка с легкостью очаровывал всех вокруг, но сам на руки шел редко, и ни к кому-то ластился. К Владу пошел без лишних вопросов, и это заставило меня напрячься. Если малыш так легко идет на контакт с отцом, то не заберут ли у меня его совсем?

Впрочем, через секунду Влад с ребенком на руках направился ко мне, усадил на диван и лишь тогда осторожно передал малыша мне и устроился рядом.

Димка радостно пискнул «мама» и крепко-крепко обнял меня, прижался всем телом. Я уткнулась носом в детские волосенки, слушала его мерное дыхание, вновь чувствовала запах собственного ребенка, ощущала тяжесть его тельца. Наконец-то сын со мною! Неохотно заметила, что Димка казался гораздо теплее, чем я помнила, и причиной была не внезапная болезнь — это один из признаков драконьего дара. Малыш принялся меня целовать то в щеки, то в нос. Сильно скучал, все-таки он мамин ребенок. Я гладила сына по волосам и крепко прижимала к себе. Даже желание высказать все несколько поутихло, не хотелось пугать его. Единственное, что заставило разжать объятия, это когда Влад протянул мне футболку — все-таки одеть ребенка стоило. Поставила сына на диван, поправила шорты, натянула футболку сверху и заметила на спинке магическую татуировку с изображением маленького дракончика, который трепетал крыльями почти такая же, как у его отца.

Малыш вновь прижался ко мне. Бедный, если я места себе не находила все это время, то ему какого было? Он ведь никогда так долго не оставался без меня, и сейчас я пыталась понять, зачем это все?! Зачем была подобная жестокость? Впрочем, как я неожиданно поняла, не у одной меня такой же вопрос.

— Вы ничего не хотите объяснить? — спросил Влад, инстинктивно копируя расслабленную позу отца.

Надо же, даже голос не повысил. У меня вопросы без нецензурной лексики сейчас не формировались. А ведь он тоже не знал, как и я.

— Боюсь, объяснять придется многое, — ответил император.

Само спокойствие. Интересно, у него хоть какое-то чувство вины есть?

— Разговор будет долгим, — кивнула Дарина. — Впрочем, куда торопиться… Как раз успеют подготовить детскую в вашем крыле и все необходимое для ребенка. — Какие милые и продуманные родители у моего супруга! — Марианна, подай нам, пожалуйста, чай, сок и творожок для ребенка.

Появилась девушка с серебряным подносом в руках, быстро сервировала журнальный столик: чайник с чашками, кувшин, тарелка с местными сладостями — печеньем и подобием разноцветного рахат-лукума. Перед Димкой поставили тарелочку с творожком с ягодным пюре. Малыш, увидев еду, потянулся к столу, пришлось посадить его на диван и пододвинуть тарелку поближе. Димка с года предпочитал есть сам, оставалось следить, чтобы он не пачкался. Влад пододвинул мне кружку с чаем, налил ребенку и себе сок, и не сводил с родителей взгляда.

— Надеюсь, вы успели помириться? Хотела напомнить, что при ребенке голос все-таки не стоит повышать, ты сам знаешь, какие могут быть последствия, — сказала императрица, обращаясь к сыну.

— Последствия? — не выдержала я.

Она издевается?! А почему они не думали о последствиях раньше? Например, до того, как похищали малыша.

— Драконья магия. Точнее — неконтролируемая драконья магия, — ответил Влад.

— Подожди, ты говорил, что до инициации невозможно пользоваться магией, за исключением редких вспышек…

Я точно это помнила, когда-то у меня с этим возникла проблема.

— Для этого вида магии инициация не нужна, она активируется после первого обращения. Вначале работает, как магическая защита в момент сильных эмоциях. Понимание ее и умение контролировать приходят гораздо позднее, — пояснил мой супруг.

Похоже, разрисованные обои и порванные книжки — это не самое страшное, на что может быть способен ребенок. Свекровь явно заметила мой взгляд:

— Это еще, Ксения, у малыша способность дышать огнем не проснулась. Но ничего, вдвоем справитесь. Мы же справлялись.

Димка закончил кушать и вытирался салфеткой — сама невинность. Если не знаешь, и подумать нельзя, что малыш может доставить какие-то проблемы. Впрочем, меня все равно больше интересовало, какого черта мои новообретённые родственнички устроили похищение.

— С ребенком мы уж сами разберемся. Меня больше волнует, что вытворяете вы.

— Зачем все это было нужно?

Мы с Владом задали вопросы одновременно.