Обручённые зверем. Часть 2 - Татьяна Серганова

Включить воду. Максимально горячую, но не кипяток.

Замерла у зеркала, вглядываясь в собственное отражение. Провела пальцами по шее, повернула голову чуть в сторону, изучая небольшой синяк.

Омару всегда был темпераментным и страстным. И, несмотря на показательную холодность, оборотень не всегда мог контролировать свои эмоции.

Я и не я.

Глаза какие-то больные, злые и лицо словно маска, сухие губы, скривившиеся в ядовитой усмешке.

Он яд. И его желания тоже яд, убивающие, сжигающие.

Я считала свое решение спасением. Наивная дурочка, зацикленная на себе и своём горе, не понимающая, что именно собираюсь сделать.

Взмах рукой, легкий звон и изображение пошло трещинами и царапинами, после того как я запустила в него флакон с духами. Еще раз — и осколки посыпались вниз, прямо на подставленное мною полотенце. Такие яркие, переливающиеся. И моё лицо, размноженное в десяток раз, как карикатура на прошлую я.

Осторожно взяла в руки один из них, вздрогнув, когда острый край рассёк кожу на пальцах и первые капли крови окрасили ванную.

Больно?

Возможно. Но это даже не сравнится с той болью, которая терзала моё сердце и душу.

В воду залезть тоже было нелегко.

Как же горячо. Задержала дыхание, глотая накатившие слёзы, и сильнее сжала осколок, который еще больше впился в кожу.

Подавшись вперёд, закрыла кран и замерла, собираясь с силами. За дверью продолжала греметь музыка, это хорошо. Значит, никто не хватился и не бросился на спасение.

Решилась и с трудом смогла проглотить рвущийся наружу стон, прикусывая губы. Резкая боль и кусок зеркала упал из ослабевших пальцев прямо в воду, которая уже окрасилась вокруг меня в розовый цвет. И с каждой секундой этот цвет становился все темнее и насыщеннее.

А я улыбалась сквозь слёзы, застилающие глаза. Мне удалось обхитрить модифицированного. Удалось вырваться из его лап.

И я улыбалась. Впервые за столько дней я улыбалась.

Потеряла сознание я довольно быстро. Раз и темнота. Чёрная, тягучая, страшная. И света в конце тоннеля мне пришлось ждать долго. А когда он наконец появился и начал приближаться на невероятной скорости, я неожиданно поняла, что это волк.

Огромная такая мохнатая зверюга, которая неслась ко мне на бешеной скорости.

— Уйди! Уйди! — взвизгнула я, путаясь в подоле неизвестно откуда взявшегося платья и пятясь назад. — Уйди от меня! Я больше не принадлежу тебе!

А он уже рядом.

В прыжке бросился мне на грудь, свалив на пол и придавливая сверху. Оскалившаяся морда застыла всего в нескольких сантиметров от меня, угрожающе рыкнув.

— Нет! Нет!!!

Волк призрачный, голубой, как свет луны. А вот глаза у него ярко-оранжевые, янтарные. И такие человеческие.

— Не хочу! — зарыдала я. — Пусти! Пусти меня!

— Моя! — пророкотало откуда-то и волк, подняв голову вверх, взвыл, оглушая.

Нет, это не может так закончиться. Не может. Омару не может достать меня здесь. Даже он не властен над смертью. А я мертва! Мертва!

Но у хищника на этот счет были свои планы.

Он вновь взглянул на меня и начал растворяться, пока не превратился в неясную дымку. Неужели вышло? Но стоило мне вздохнуть с облегчением, как она пришла в движение и рванула прямо мне в грудь, там, где было сердце.

Я вскрикнула, выгибаясь дугой, и задрожала от боли, внезапно осознав, что сбежать не получилось.

«Кейт… что же ты… Дура! Дурочка! Дыши, глупая! Всё равно не отпущу! Дыши!» — слышался голос на краешке сознания.

Совсем другой, непривычно глухой и взволнованный.

Очнулась на следующие сутки в больнице. И первое, что я увидела, открыв глаза — тяжелый взгляд модифицированного, стоящего надо мной.

И всё изменилось.

Вздрогнув, я проснулась и долгое время лежала, разглядывая потолок своей новой квартиры.

Снова волк. Снова!

Даже после смерти Рейф не оставляет меня.

Ошибка? Игры обезумевшего разума? Я не знала, но кое-что мне всё-таки было понятно. Мне обязательно надо было попасть в усыпальницу Омару! Жизненно необходимо!