Вурд. Братья вампиры - Яна Егорова

– Ты так уверена в этом? – парень отошел к окну и посмотрел вдаль. Туда, где за горизонтом не так давно скрылась сначала его рыжая одноклассница, а потом и брат. Они решили, что эту ночь ее будет сторожить Драгомир. У него выдержки больше.

– Дьявол ее подери! Только раздразнила! – выругалась миледи. – До сих пор ее запах поперек горла. А… ты, кстати, в курсе, – внезапно резко сменила тему загадочная Аминта, – что твой братик ее пробовал?

– Я тоже, – отрешенно пробормотал Ждан.

– Ты? Ты лишь лизнул! – жестко расхохоталась маркиза. – А вот Драгомир ее по-настоящему пил! И она… – мурлыкнула в заключение, словно сытая, хищная кошка Аминта, – его тоже порядочно.

– Это доводы!

– Доводы! Откуда, думаешь у нее клыки?! – миледи со скоростью света взлетела с дивана, на котором еще секунду назад расслабленно возлежала и приблизилась к Воронцову. Человеческий глаз не заметил бы этого передвижения, для простых смертных о нем свидетельствовали лишь чуть всколыхнувшиеся занавески на окнах.

– Она пила кровь, он ей давал, – невозмутимо ответил волк. – Кровь младенцев. Она попала в аварию…

– Чушь! – оборвала его женщина. – И ты сам прекрасно это знаешь! Не почувствовать связь между ними не смог бы разве что слепой котенок. А ты ведь… не слепой… котенок, правда, волк?

– Ты специально хочешь стравить меня с братом, Аминта?! Не боишься?

– Чего?

– Гнева…

– Гнева твоего отца? Владыки? Боюсь, – женщина спокойно повернулась к собеседнику спиной и грациозно прошлась по комнате. – Гнева твоей матери? Очень боюсь. Кто не боится Эос? Спросишь, боюсь ли я гнева твоего высокородного брата? Драгомира? Наследника престола Вурда? Безумно боюсь…

Только что стоявшая в другом конце помещения вампирша, снова резко оказалась в каком-то миллиметре от Ждана и заглянула высокому парню в глаза. Она была ниже его ростом, но при этом умудрилась посмотреть так, как будто это именно она здесь была на две головы выше.

– Спросишь ли, боюсь ли я тебя, волк? Не боюсь!

– Хочешь попробовать сразиться со мной? Ми-ле-ди? – по-волчьи оскалился парень. – Не нарывайся. Я не Драго! Не посмотрю на то, что ты моя нянька…

– В том-то и дело, что ты не Драго, – бесстрашно ответила вампирша. – Ты отпрыск великой богини и влияния, заметь, даже не семени и не крови, влияния белого волка. И я тебя еще щажу. Если бы в тебе было больше от отца – ты бы даже не подумал скалить клыки на меня. Волчонок. Ты как Ий. Вроде бы сын великого отца, а силы и благородства в тебе – ноль.

– Закрой свой рот. Или я тебя лично вынесу обратно в Вурд. Каким бы я не был волком, но только мы с братом можем шагать туда и обратно. А вот ты здесь не решаешь ничего!

– Перестань рычать, волчонок. Ты, конечно, можешь меня вынести обратно. Боюсь, твои родители этого не оценят. Ведь я здесь по их приказу. Должна приглядывать за их драгоценными сыновьями. Как видишь, – миледи, наконец, опустилась на диван, – у меня есть задание.

– Раз есть задание, тогда выполняй его!

Огрызнувшись, Ждан вышел из дома, оставив бывшую няню и учителя в одиночестве.

Его достало! Как же его достало все это! Почему так позорно быть волком? Да, он уступает немного в силе своему брату. Но у него есть преимущество – возможность обращаться в волка и в то же время быть вампиром. Так получилось. Свою силу, согласно легенде Вурда – мира вампиров, они с братом получили от отца, сильнейшего вампира Вурда и матери, богини вампиров. Их мать пришла в Вурд из мира людей, этого мира. Поначалу никто не знал, что она такое. В том числе и правая рука его отца – воительница Аминта. Мать била магией всех и вся, а потом у нее появились клыки и она начала пить кровь. В Вурде существуют не только вампиры, но и люди, и верфольфы, маги и другие сущности. До появления богини Эос в Вурде шла тысячелетняя война, и могла она закончиться лишь с ее появлением. У каждого вида сущностей была своя легенда об этой богине. Долгое время никто не понимал, как это может быть, пока волчьи маги не сделали смелое предположение, что богиня метаморф. Настоящий метаморф – она умеет перенимать силу любой сущности. Волки заманили ее к себе и начали обучать. Мгновенно их смелая догадка подтвердилась – на втором же уроке богиня перевоплотилась в волка!

Его будущий отец в тот день чуть было не стер с земли Вурда всех вервольфов. И он мог это сделать. Если бы не мать. Не мама.

Ждан побрел вверх по скале. Ему не хотелось перевоплощаться. Сегодня он хотел чувствовать себя вампиром. Почему жизнь так несправедлива? Его брат – благородный вампир, как и их отец. А он… вечный изгой. Вампиры никогда до конца не признают вервольфов равными себе. И даже тот факт, что именно верфольфы помогли завершиться тысячелетней войне, все равно не обелил их имен.

Отвратительно в этом, что волки никакого отношения не имеют к его рождению. Лишь в том смысле, что они обучили мать превращаться в волка. Но в его жилах течет чистейшая вампирская кровь. А волк – это лишь побочный эффект магической сущности матери.

Несправедливо. Несправедливо…

В детстве Ждану нравилось быть особенным. Не таким, как обычные скучные вампиры. Но ему достаточно быстро дали понять, что быть волком – позорно. И это клеймо теперь ему досталось на всю жизнь.

Однако… Выход есть. Ида. Она – особенная. Такая же, как и их мать. Драгомир уже решил, что девушка достанется ему. Но это еще не окончательно! Это еще не решено! Все это еще можно изменить и… и тогда Ждан получит возможность встать на один уровень со своим отцом!

И тогда каждый паршивый вампир будет не только уважать его, но и преклоняться перед его силой! Ведь объединение его отца Кира с его матерью, сделало их сильнейшими. Значит, вампир, который объединится с Идой, тоже станет сильнейшим. Ну и что, что у Драго уже вовсю полыхает Вензель на груди. У него, у Ждана, тоже есть Вензель и он заполыхает! Если Ида заинтересуется им.

Это совсем несложно сделать.

Глаза молодого вампира загорелись красным огнем. Он стоял на вершине отвесной скалы и смотрел вдаль, на затухающий закат, смотрел на это солнце, на воду, но видел перед собой лишь рыжеволосую девушку.

– Фрида, – прошептали его губы, которые в следующее мгновение раздвинули появившиеся острые клыки.