Сварог. Чужие паруса - Александр Бушков

Боевой подруге капитана пришлось облачиться в свой зеленыйохотничий костюм – пусть старательно очищенный от грязи и пепла, однаковсе ж таки несколько поизносившийся в походах; Клади в нем смотрелась этакойамазонкой, с тяжелыми боями вырвавшейся из плотного кольца окружения… Увы,ничего подходящего для нее во встроенном шкафу не отыскалось – там былипрописаны только походные и парадные мундиры шторм-капитана Ксэнга дазатесавшийся среди них Сварогов камзол, потрепанный и изорванный значительнобольше зеленого охотничьего костюма. Надо сказать, Сварога наряд спутницывполне устраивал, однако известно, что у женщин с одеждой особые отношения.

– Я скоро возненавижу себя в этих зеленыхтряпках, – сказала Клади, закалывая собранные в хвост волосы невестьоткуда добытой заколкой. – Сколько можно разгуливать Политеей-охотницей!..[7] Тебе, между прочим, тоже не мешало бы сменить костюмчик.Во-первых, как в других мирах, не знаю, а у нас на Атаре боевыми кораблямисвященники обычно не командуют. Мы-то, конечно, привыкли, а вотнеподготовленные тоурантцы будут, мягко говоря, в недоумении. И во-вторых, мытеперь моряки, а не охотники и не летатели по воздуху, стало быть, и костюмчикидолжны подходить к обстановке. – Она ненадолго задумалась, прикрывглаза. – Что-то сапфировое или бирюзовое, с вкраплениями желтого. Илилазурное с оранжевыми вставками.

Сварог вынужден был признать, что некая правота в ее словахприсутствует – во всяком случае, в пункте первом. Священнослужителей тоурантцы,возможно, тоже офигенно уважают, но уж точно не за умение командовать броненосцами.К тому же возможны всякие глупые недоразумения. В горячке, дыме с пеплом иполумраке схватки на цвета его камзола, конечно, никто внимания не обращал.Сейчас же, пока не разберутся, еще и проходу, того и гляди, давать не будут,начнут бухаться в ноги: «Батюшка, дозволь исповедаться, грехи отпусти, окрестиребеночка, освяти наш брак…» Ладно, решил Сварог. И переоделся в наименеенавороченный из мундиров шторм-капитана.

В дверь постучали, и, без положенного «добро на войти»,дверь распахнулась от доброго толчка извне.

– Салют мечом, кронг-адмирал Сварог! – в проемпорывистым ветром ворвался радостно скалящийся наследник гаэдарского престолаОлес, в каждой руке сжимая по плетеной корзине.

– Молокосос и невежа. Привык в своих замках вламыватьсякуда захочет без спросу… – раздалось следом знакомое ворчание, и в каютучинно ступил суб-генерал Пэвер. – В штрафники бы тебя на месяц, да менякомандиром…

Но извиняться за младшего по званию суб-генерал не стал,вместо того зычным голосом командующего парадом поприветствовал Сварога:

– Здравия желаю, мастер раненый граф! Ага, вижу, идетена поправку, отлично. Ну да, с вашими-то способностями… Так, так… – ИПэвер завертел головой, видимо, любопытствуя, как же выглядят покои флотскоговоеначальника.

Сухопутный вояка осмотром остался заметно недоволен. Что-то,видать, не сошлось с его представлениями об апартаментах, подобающих командирубоевого корабля. Он неодобрительно покачал головой и раздраженно поправил поясс оружием (там, слева, красовался прежний меч, справа был подвешен штык, справаже просунут кремневый пистоль).

Звякнуло в корзинах, которые молодой князь определил у стеныпод откидным столом, тут же его и откинув. Из навалов снеди, из залежейфруктов, как головы гадюк из мха, торчали горлышки винных бутылок. Их-то первымделом под одобрительный кивок Пэвера принялся извлекать Олес.

– Нога как? – спросил Сварог.

– Отлично! Вы бы видели здешний лазарет, капитан –мертвого поднять можно…

– Это точно, – подтвердил Пэвер. – Нам бытакой в шестой полк – и еще не известно, чем бы война закончилась…

– А вы-то как, мастер Сварог? – поинтересовалсякнязь. – Мы и вас хотели в лазарет определить, но баронетта изволилавоспротивиться…

– Капитана в капитанской каюте и стены лечат, –бросила Клади. – Сам видишь, здоров командир.

– Ну, вроде да… – Олес оглядел Сварога с ног доголовы. – Как думаете, чем это по нам шарахало?

– Да пес его знает, – искренне ответилСварог. – Какие-то магические штучки… Корабль-то цел?

– Слава Пресветлому, хранит нас Господь… Трубылишились, но и на трех идем уверенно. Больше никаких повреждений. Что это было,не знаю, но оно сгинуло.

«Не уверен», – мрачно подумал Сварог.

Молча поклонившись на пороге, в каюту зашла черноволосаяженщина, Чуба-Ху. Последним, чуть запоздав, появился Рошаль, еще раз выглянул вкоридор и тщательно запер за собой дверь. Был он в неизменном, некогдароскошном коричневом балахоне, будто его в теплой каюте пробирает озноб. «Дауж, – подумал Сварог, – свою хламиду он поменяет лишь точно на такуюже – с потайными карманами и карманчиками…» И констатировал:

– Нуте-с, вся команда в сборе. Потерь нет, никтосерьезно не ранен. И, судя по вашим довольным лицам, кораблик наш. – Онподмигнул своему бравому экипажу. – Что-то не слышу заверений всобственной гениальности и прирожденном таланте флибустьера.

– Лично у меня нет слов, граф, – только развелруки суб-генерал. – Преклоняю колена…

– Зато у меня есть, – высокомерно перебил Рошаль иповернулся к Сварогу. Удивительное дело, но в его рыбьих глазах появилосьнечто, что с натяжкой можно было бы назвать человеческими эмоциями. –Мастер капитан, до последнего момента я, каюсь, не верил, что ваша затея сзахватом этого…

– Ладно, голуби мои дорогие, отставить, –великодушно махнул рукой король далеких стран. – Я понял. Давайте к делу.Вопрос первый: кто в лавке остался? Мы ведь, я так понимаю, плывем?

– Как поплыли, так и плывем, остановок неделаем, – Олес разворачивал завернутые в бумагу бокалы. – А в рубкесейчас дож распоряжается.

– Дож? – повернулась к нему Клади. – Мнеотчего-то казалось, что он остался на берегу.

– Это другой дож, – Пэвер остановился передшпагой, потрогал ножны. – Они без дожа не могут. Сразу выбрали нового.Едва закончили с ритуалами… Следует признать, тоурантцы поступили мудро.Подобрали самого подкованного в морском деле – некоего Тольго, которыйпять лет ходил по Руане старшим матросом на «Герцоге Джунгаре».

Выборы дожа, ритуалы, курс, которым следует «Адмирал»…Гроздья вопросов – выбирай, с чего начать. Да, многое Сварог пропустил…

– А дож не… – Пэвер многозначительно посмотрел наРошаля, присевшего на стул в уголке каюты.

Бывший княжеский охранитель, уловив недосказанное, скупоухмыльнулся:

– Тольго под присмотром, не беспокойтесь. При немпомощником приставлен Рорис из рода Бамо – рода, который всегда соперничал сродом Тольго за власть в Клаутэне. Рорис и на этот раз стал бы дожем, если бвыбирали, как обычно – исходя из заслуг фамилии перед доменом…