Светочи Конфедерации - Лёка Лактысева

Третья категория — «искатели знаний». Среди них иногда встречаются «сплюшки», услыхавшие, что где-то раздают Знания и решившие, что надо бы сходить — а вдруг и им чего-нибудь перепадет? Но есть среди искателей знаний и те, в ком Знание пытается пробудиться, мучает их, гонит все дальше и дальше — от одной книги к другой. Они догадываются, предчувствуют, что могли бы видеть больше, но не знают, куда смотреть. Их ошибка в том, что они ищут во внешнем мире то, что следует искать в себе, потому что оно там уже есть.

Наконец, четвертая категория. Нигилисты. Это люди, которые могли бы увидеть, но отказываются смотреть. И даже, нечаянно увидев, отказываются верить в увиденное. Уверяют себя и других в том, что «ничего такого не было», что им просто показалось.

Кого из этих людей вы хотели бы взять себе в ученики? В кого, как вам кажется, есть смысл вкладывать себя: свое время, свою энергию, свою заботу и работу?

Не будите «сплюшек»: пусть спят. Возможно, им еще рано просыпаться.

Не боритесь с нигилистами: это их право и их выбор — прожить жизнь с повязкой на глазах. Это урок, который им предстоит выучить самостоятельно.

Работайте с «пробужденными»: им всегда можно помочь видеть больше и лучше.

Наберитесь терпения и показывайте, куда смотреть, истинным «искателям знаний». Однажды, устав искать вовне, они вспомнят ваши уроки и попытаются заглянуть в себя. И тогда проснутся, станут «пробужденными» — теми, кому можно помочь видеть больше и лучше.

Если ваши Мастера никогда не рассказывали вам о том, как они выбирают учеников, значит, вы их об этом не спрашивали. Не знали, куда смотреть. Теперь — знаете. Присматривайтесь к людям, которые приходят к вашим Мастерам. Старайтесь распознать в них сплюшек, пробужденных, искателей знаний и нигилистов. Со временем вы научитесь различать их. Тогда и только тогда у вас появятся настоящие ученики».

…Зал слушал Картаделя, затаив дыхание. Лекция была блестящей: интересной, живой, насыщенной. Лайоне казалось, что она могла бы слушать Светоча сутки напролет. Но лекция закончилась, наступило время ужина.

У входа в ресторан Валлиан неожиданно оказался рядом с девушкой и тихо окликнул ее:

— Лайона!

Она смутилась, застыла соляным столбиком. Только смотрела на него своими испуганными зелеными глазищами и хлопала ресницами, словно крыльями — как всегда, хотела улететь.

— Отомрите, Лайона, — ласково попросил Светоч. — Я всего лишь хотел сказать, что в девять часов иду в бассейн плавать. Буду рад и признателен, если Вы составите мне компанию.

Светоч открыл перед девушкой дверь и сделал приглашающий жест, предлагая пройти в ресторан. Лайона качнулась и на негнущихся ногах потопала за свой столик.

«Ну вот почему она меня по-прежнему боится?!» — спросил себя Валлиан. Ответа найти пока не удавалось.

***

После полученного приглашения у Лайоны пропал аппетит. Ужин категорически не лез в горло. С трудом проглотив пару ложек творожного мусса и пару ягод, девушка выпила чашку зеленого чая и вместе с подругами отправилась в свой коттедж.

По дороге к ним присоединились парни, с которыми девчонки успели немного подружиться во время утреннего занятия. Ребята приглашали девушек на прогулку и в гости, обещали, что не дадут им заскучать. Лайона сослалась на усталость и отказалась. Расхаживая по своей спальне, как тигрица в клетке, она все никак не могла решить: идти в бассейн или не идти?

Она действительно побаивалась Великого Картаделя Валлиана. Для нее в нем всего было «слишком»: слишком много физической силы. Слишком много внутренней силы. Слишком много внешней привлекательности. Слишком много величия.

Она терялась перед этим величием. Как нельзя вместить в один взгляд весь небосвод, так и Лайона не могла «вместить» в себе то, что представлял собой Светоч Конфедерации.

Она готова была восхищаться этим человеком, но издалека — как восторгаются звездным небом, как восхищаются величайшими произведениями искусства.

Сегодня на пляже он уже второй раз невольно приоткрылся ей с новой стороны. Лайона увидела, что он тоже может быть усталым и слабым. Что может нуждаться в помощи и принимать ее. Что может чувствовать себя одиноким.

Наверное, не будь этого — она так и не решилась бы отправиться в бассейн. Но представила себе, что он будет ждать ее там — все еще усталый, одинокий в своем величии… И поняла, что не может сказать ему «нет». Не может оттолкнуть. Во всяком случае не сейчас.

…Решившись, Лайона откопала в транспортном шкафу закрытый спортивный купальник, радуясь, что на всякий случай закинула его в самый дальний угол. Накинула на плечи халат-кимоно, затянула потуже поясок. Упаковала в рюкзачок свежее полотенце, резиновую шапочку, специальные очки для подводного плавания и новую бутылку с питьевой водой.

Собрала волосы в высокий узел и, взглянув на часы, поняла, что опаздывает: стрелки показывали две минуты десятого. «Копуша», — пожурила сама себя беззлобно и отправилась на свидание. Свидание с Великим Картаделем Валлианом. Это по-прежнему не укладывалось у нее в голове. Но как иначе можно было назвать эту встречу?

…Валлиан сидел в холле спорткомплекса на мягкой кушетке и ждал Лайону. Госпожу Монтессори. Он не был уверен, что она придет. С этой девушкой он ни в чем не мог быть уверен. Но ему очень хотелось увидеть ее. Провести этот вечер с ней, а не в своем пустом коттедже. Одно ее присутствие рядом уже придавало ему сил. Заставляло быстрее биться его сердце. Пробуждало в душе теплоту и нежность. Рядом с ней ему хотелось жить, творить, совершать подвиги и безумства. Писать музыку и слагать оды.

Он никогда раньше не понимал мужчин творческих профессий, вздыхавших о том, что они «не встретили своей Музы». «Можешь — делай, — думал Валлиан. — Не можешь — не перекладывай свою ответственность на какую-то неведомую Музу». Но теперь он, кажется, готов был признать, что Музы существуют. Похоже, Лайона становилась его персональной Музой.

«Придет или не придет?» — сомневался Светоч. Электронный циферблат, мигнув, высветил цифры: 21:00. Лайоны не было.

21:03. Тишина.

21:05. Пусто. Картадель встал, прошелся по холлу. Подошел к окну. Упираясь руками в раму, прислонился лбом к холодному стеклу.

21:07. «Может быть, госпожа Монтессори относится к той категории дам, которые считают, что уважающая себя девушка всегда должна опаздывать на пятнадцать минут?» Ему хотелось верить, что он ошибается. Он оторвался от окна и снова прошелся по холлу, встал у входа в тренажерный зал, прислонился к дверному косяку. Настроение стремительно портилось.

21:09. Скрипнула дверь. Сердце в его груди сделало кульбит и понеслось галопом. Он поднял глаза: в холл вошла взволнованная, слегка запыхавшаяся Лайона.

Растерянно обвела глазами пустой слабо освещенный холл. Картадель выпрямился, сделал шаг ей навстречу и девушка, наконец, заметила его. Мрачного, напряженного. Протянула руку, умоляюще глядя на него: