Северное герцогство - Вера Чиркова

Вместе с расцветавшей в ее душе уверенностью в правильности происходящего эти чувства создавали невыразимо прекрасный, светлый образ будущего, где никто не посмеет насильно навязывать ей свои желания и правила.

– Вот как, – удивился Дарвел, и тотчас перевёл взор на спокойное лицо жены, – счастье мое, а тебе не хочется иметь дом в Лидморе? Я как-то не сообразил, но у казны тут есть особняки… можешь выбрать.

– Мне не нужно, – с улыбкой отказалась она, – у меня есть Анстор. Мы с Корой собираемся открыть там лазарет для калечных детей. Возможно, Сабенс пожелает иногда их навещать.

– Я магистр, – открыто улыбнулся ей Сабенс, – и для собратьев готов делать все, на что хватит сил. Поэтому просто зовите, когда понадоблюсь, безо всяких церемоний, и я обязательно приеду. Только скажите, где находится этот поселок?

– Это имение, – пояснил Анвиез, – в трех милях отсюда, между замком и столицей. Идеально подходящее место, там богатый сад и целебные ключи.

Больше он ничего пояснить не успел, ладья опустилась на балкон особняка, принадлежащего теперь Коре. Герцогская чета, Анвиез с Ирджином и невестами вошли в дом, а остальные отправились в летний дворец. Вандерта ждала семья, а Таубена с Ледтоном совершенно не интересовали ярморочные забавы. В отличие от Дарвела им приходилось частенько бывать по делам на разных ярмарках и аукционах.

Сестры переодевались и пили чай наспех, ярмарка была уже в самом разгаре и им не терпелось оказаться на рыночной площади, среди прилавков, шатров, коробейников и зазывал. Давно, еще в детстве полюбившееся развлечение, в последние годы не доступное ни одной из них.

Очередная ладья доставила компанию в узкий закуток между глухой стеной харчевни и шатром гадалки. Девушки юркнули под черный, разрисованный звездами и странными знаками полог, а мужчины пошли мимо крыльца, намереваясь встретить спутниц у выхода из шатра.

Нечаянно услышанная фраза заставила магистра мгновенно поднять над собой мощный отвод глаз, и двигаться дальше осторожно, как охотящийся за бдительной крысой кот.

– … повезут в Бен-кале.

– Я похож на идиота? Там будет охрана с амулетами.

– Ты давал клятву! – возмущенно прошипел пожилой мужчина в потертом темном одеянии, явно с чужого плеча.

– Да. Но знатному господину! – огрызнулся жилистый парень среднего роста, прячущий лицо под полями низко надвинутой на лоб соломенной шляпы.

Его одежда была ненамного новее, чем у собеседника, но сидела как влитая, привычно обтягивая крепкие плечи и торс.

– Это не имеет значения! – настаивал старший.

– Все имеет! Я клялся защищать богатого лэрда от всех случайностей, но не от его собственной дурости! И никогда бы не взялся за эту работу, если знал, что он полезет меряться силами с белыми магами! Сразу тремя! Нас никто не предупредил… что мы беремся защищать полного дурака. Вы не знаете, что там творилось… а мы были… и еле ушли. Поэтому даже не просите и больше не зовите. Я не работаю на самоубийц!

– Но он там погибнет… ты не представляешь себе, что такое Бен-Кале!

– Почему это? Отлично представляю. У меня кузен целый год там прожил… вернулся умным человеком. В общем прощайте, лэрд, и забудьте, что мы были знакомы.

Наемник в шляпе развернулся и поспешно зашагал в сторону прилавков.

– Пеняй на себя… – его бывший хозяин выхватил из кармана блеснувшее лезвием метательное оружие и весьма умело швырнул ему вслед.

– Дурак, – вслух припечатал Анвиез, ловя воздушной петлей трехгранный дротик, – за что ты решил его убить?

– За обман… – медленно произнес убийца, рассматривая появившихся из пустоты людей, – а вы кто такие?

– Сначала расскажешь, кто ты, – магистр оглянулся на спутников и попросил, – идите без меня, я позже догоню.

– Мы с тобой, – не согласился герцог, и Ирджин согласно кивнул.

– Схожу за девушками, посидим немного в соседней чайной, вряд ли его история затянется надолго.

Чайная только открылась, и еще пустовала, никто не бежит пить чай, пока не обойдет хотя бы несколько интересующих его рядов. Поэтому Анвиез очень порадовал хозяйку, сняв всё заведение на полчаса.

Устроились в отдельном кабинете, хотя чая никому не хотелось. Всем было интересно, кто этот, пока еще лэрд, и как он собирался освободить своего родственника или друга.

– Да никак, – откровенно усмехнулся лэрд Геменз Бетвано, старший брат советника Сивенса Бетвано. – я же не идиот. Надеялся, что кто-нибудь поймает этих наемников, егеря или вы… вы же тайные агенты? И наемники выдадут меня вашему командиру. А после достаточно рассказать ему прямо в глаза, как я всех вас ненавижу и суд тут же отправит меня в Бен- кале.

– И зачем вам туда? – справилась Лиатана.

– Чтобы спасти этого дурака, – хмуро усмехнулся лэрд Геменз.

Он явно сделал ставку на откровенность, и Дарвел не мог не признать, что ему это нравится.

– Но их там и так спасут, – заметил Анвиез, лично инспектировавший самый дальний и северный монастырь.

– Всех остальных, – убежденно покачал головой неудавшийся убийца, – но не его. Сивенс моложе меня на десять лет, и я знаю его характер наизусть, потому что сам воспитывал с пятнадцати лет. Дал матери клятву… когда она умирала. Брат очень способный, и не зря лэрд Конрад назначил его советником по науке и технике, когда Сивенсу было всего двадцать восемь. Моложе его на четыре года был только лэрд Ледтон, потомственный охотник и рыбак. Но Ледтон оказался более бдительным и здравомыслящим, а Сивенс всегда был натурой романтичной, увлекающейся и слегка легкомысленной. Сначала он увидел в заговоре какую-то свободу для научного и технического развития долины, мнимую возможность новых отношений между жителями, бредил огромными заводами и шахтами, гладкими как стекло дорогами и усыпанными самоцветами шпилями домов. Он не задумываясь, дал Пангерту магические клятвы верности и служил ему преданно как самая верная собака. А в последние годы понемногу прозрел… потерял интерес к науке, пристрастился к вину и доступным фрейлинам. Я его ругал и уговаривал… просил всё бросить и уехать… у матери есть родственник в королевстве. Он небогат… но приютил бы, я припрятал кое-что на черный день. Да вот только у брата вдруг некстати проснулась честность. Он заявил, что сам во всем виноват, но нарушать клятву не может. И каяться не станет, а если его убьют во время мятежа то это будет справедливая кара. Сам он никого убивать не собирался… и насколько мне известно, это было осознанное и твёрдое решение. Но как все обернулось на деле – мне никогда не узнать.

– Ну в этом мы можем помочь, – помолчав, веско пообещал Анвиез, – если вы скажете, зачем хотели убить наемника? Мы их пощадили, так как они работали за деньги и не знали истинных планов Пангерта. А как только разобрались в происходящем – бежали из дворца, даже не заметив, что охрана любезно открыла им ворота.