Дары Дионаи - Екатерина Неженцева

И тут же мысленно рассмеялась над собственной наивностью. Эймир ведь пытался разорвать привязку. Вряд ли он стал бы меня убивать, если мог обойтись банальным изменением заклинания. Что же теперь делать?

– Слушай, а как твоё имя полностью? – поинтересовалась я у девушки, стараясь говорить как можно дружелюбнее.

– Амина, остальное не столь важно, – сказала она и подлетела ко мне. – Ты нервничаешь. Почему?

Я раздумывала, стоит ли огорчать призрака новостью, что возможно ей не уйти даже с Эймиром или нет. Вроде о таком лучше промолчать, ведь Амине и так уже досталось. Но жена отшельника может знать нечто, что поможет разорвать эту привязку и жить нормально, без всякой белиберды с прикосновениями. Кстати, Эймир говорил, что привязка произошла лишь однажды. Неужели он солгал или просто не хотел никого посвящать в личные дела?

– Амина, а ты знаешь, что произошло, когда Эймир с Дамианом восстанавливали мои потоки? – начала я издалека, чтобы дать девушке возможность подготовиться морально.

Судя по выражению её лица, вопрос призраку совсем не понравился. Нахмуренные брови и закушенная губа красочно об этом говорили. Я вздохнула, прошла к ванной, уселась на бортик рядом с ней и тихо пробормотала:

– Я сделала привязку на Эймира и Дамиана. Теперь они что-то вроде нежити, призванной некромантом, только живые. А вот некромант, это я.

Если бы призраки могли плакать, то Амина точно ревела бы в тот момент. Это было ужасно, смотреть, как исказилось в муке её лицо, а вся девушка пошла зеленоватой рябью. Я поспешила заговорить, чтобы дать ей хоть какую-то надежду. Да и не только ей, мне тоже будет не очень комфортно жить, осознавая, что из-за меня Эймир с Аминой застряли в этом мире.

– Ты сказала, что у вас с Эймиром была та же ситуация, – начала я. – Но он говорил, что подобное произошло лишь однажды с Грегори и тот сошёл с ума. Только с тобой же всё нормально. Возможно, ты сможешь вспомнить, как всё произошло в тот день? Понимаешь, я ведь всегда работала над улучшением старых и созданием новых заклинаний. Вдруг у меня получится понять, как именно всё происходит и разорвать эту привязку.

– Сейчас ты говоришь, прямо как Эймир, – невесело фыркнула девушка и зелень исчезла из призрака. – Он тоже всегда был слегка ненормальным, за это его многие не любили. Постоянно что-то придумывал, исправлял. Представляешь, даже его лучший друг в итоге решил, что Эймир опасен и попытался…А неважно всё это, – махнув рукой, Амина взлетела в воздух и нервно произнесла: – Ведь тебе хочется узнать, как произошла привязка у нас с Эймиром, правильно?

– Было бы не плохо, больше никто не горит желанием делиться информацией, – пробормотала я.

– Понятно. Значит, садись удобнее и слушай, – хмыкнула девушка. – Расскажу-ка я тебе что происходило в мире много тысячелетий назад.

Вот только рассказать она ничего не успела, поскольку в дверь постучали. Глаза Амины расширились, и она прошептала, исчезая в воздухе:

– Твой некромант пришёл. Позже поговорим.

Раздосадовано поджав губы, я вышла из ванной и направилась к двери. Распахнула её и забыла, что вызвало во мне раздражение, поскольку на меня смотрели самые прекрасные глаза в мире. Я тонула и даже не хотела сопротивляться. Дамиан не сводил с меня напряжённого взгляда, словно выискивал малейшие признаки моего безумия. Как я его понимаю! После моего эпичного нападения на Эймира и попытки отправить бессмертного к богине, это вполне нормальная реакция. Теперь для всех я буду не калекой, а психопаткой! Но мне было всё равно. Сейчас меня волновал лишь парень напротив.

Мой парень!

Внутри что-то довольно заурчало на такую формулировку. Мои губы разъехались в довольной улыбке, а следом запястье слегка обожгло болью. Я перевела взгляд на руку и обалдело уставилась на белоснежный узор, с которого мне помахал одинокий листик. И только я хотела сказать об этом, как узор исчез. Изумлённо моргнув, вновь посмотрела на Дамиана, но тот ничего не заметил. Сделав пару шагов в мою сторону, парень внимательно оглядел задумчивым взглядом комнату, а после поинтересовался:

– Как ты себя чувствуешь?