Ялмез - Евгения Шагурова

– Какая же ты у меня красавица! – с застывшими в глазах слезами произнесла вернувшаяся в комнату мама. – Если бы не жених...

– Не переживай. Все будет хорошо. Мне лишь нужно не попасться ему до рассвета. Я справлюсь, – попыталась успокоить родительницу, сев перед зеркалом.

– Я верю в тебя, милая. Как и в твое откровенное нежелание выходить замуж за этого демиурга. Поэтому просто уверена: ты справишься. Иначе быть не может.

– Спасибо!

– Ну все, теперь за дело, – шмыгнув носом, полным решимости голосом произнесла мама и уже молча принялась колдовать над моими волосами.

***

Меньше чем полчаса до назначенной встречи с будущим супругом и ее величеством на выбранной мной для игры территории. Как же мучительно ожидание! Но все когда-нибудь заканчивается. Время пришло. Последний раз глянув на себя в зеркало и оставшись вполне довольной результатом наших с мамой трудов, повернулась к ненавистному свадебному платью. Окружив его защитным экраном со всех сторон, махнула ладонью и подожгла наряд. А с ним мысленно и все свои чувства. Больше никакого страха. Думать головой, а не сердцем. Остальное потом. В следующей жизни, которая начнется с рассветом. И какой она станет, зависеть будет только от меня одной.

Еще немного понаблюдав за догоравшим в сфере мерзким нарядом, сделала глубокий вдох, развернулась и покинула комнату. Я готова! Я справлюсь! Я смогу! У меня получится.

Спустившись в гостиную, присоединилась к ожидавшим меня там родителям и вместе с ними перенеслась в ту часть дворца, на которой специально для нас был установлен магический пригласительный маячок.

Местом встречи стал не тронный зал, что меня даже немного удивило, а личный кабинет ее величества. Во всяком случае, именно об этом говорило все в сравнительно небольшой, но богато обставленной комнате. Массивный стол с широким удобным креслом у противоположной от входа стены. Слева от него – огромный стеллаж с множеством информационных сфер, книг, статуэток и наверняка всевозможных артефактов. Справа – мягкий уголок в количестве трех небольших диванчиков и низкого круглого столика у впечатляющих размеров панорамного окна. Именно там, о чем-то негромко переговариваясь с моим женихом, нас и дожидалась хозяйка всей этой роскоши.

– Ваше Величество, – громко поздоровался, а заодно и заявил о нашем прибытии папа, почтительно склонив перед правительницей демиургов голову.

Нам же с мамой не осталось ничего другого, как опуститься перед ней в реверансах.

– А вот и вы. Опоздали. Мы вас уже заждались, – объявила высокая худая женщина, поднявшись и выйдя на середину комнаты.

– Простите, Ваша Светлость. Но мы явились точно к назначенному... – начал отец, как тут же был вынужден замолчать из-за резко поднятой, щедро украшенной множеством колец, чуть костлявой руки.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Это уже неважно, – сделав еще пару шагов нам навстречу, объявила королева. – Ялмез. Тебя ведь так зовут?

– Да, Ваше Величество, – ответила, изо всех сил стараясь говорить спокойно.

– Встань, милая. И подойди ближе, чтобы я могла получше тебя рассмотреть.

Не успела выполнить приказ, как ощутила у себя на подбородке холодные пальцы, тут же заставившие меня поднять голову и встретиться взглядом с правительницей.

– Хорошенькая. Не дрожит, не теряется. Сразу видно: с характером. Ничего удивительного, что после встречи с ней ты утратил голову, Тейдж. Тут явно есть из-за чего.

– При всем уважении, Ваша Светлость, – начала, одновременно сделав шаг назад, лишь бы побыстрее оказаться вне зоны досягаемости женщины напротив, – я хотела бы заявить, что, в отличие от мистера Драутана, до недавнего времени не испытывала к нему ничего, кроме уважения.

– А сейчас? – не скрывая любопытства, поинтересовалась собеседница.

– Презираю его за эгоистичное желание присвоить себе ту, которая ему не принадлежит, одного возраста с его детьми, и ясно дала понять, что против этого брака.

– Бунтарка, – судя по голосу и теплой одобрительной улыбке, сделала мне комплимент королева. – Смелая, отчаянная и не боится открыто говорить, что думает. Непросто тебе с ней придется, дорогой.

Фу! Как же противно! Эта женщина даже не думала скрывать своей связи с моим женихом. Обо мне и вовсе говорила, будто моих родителей здесь не было, а я какая-то вещь, которая скоро займет свое законное место на полке среди остальных таких же сувениров. Ясно! В данном случае бесполезно взывать о пощаде. Любимчику сильной мира сего захотелось новую игрушку, и он ее получит вне зависимости от того, что она обо всем этом думает. Ладно, меняем тактику.

– Вы позволите? – поинтересовалась у королевы, указав на остановившегося чуть позади нее мужчину.

Когда та кивнула и даже сделала несколько шагов в сторону, я направилась прямиком к нему.

– Ялмез. Прекрасно выглядишь, милая, – приторно медовым голосом сделал мне комплимент Тейдж, прежде чем отметить: – Но это явно не то платье, что я тебе подарил. Почему? Оно тебе не понравилось? Или не подошло? Неужели не угадал с размером?

– Скорее, со вкусом. У вас, если судить по свадебному подарку, он напрочь отсутствует, – отозвалась, в этот самый момент, кажется, утратив остатки страха.

А с ним – совесть, вежливость и еще пару-тройку качеств, на которые здесь все равно мало бы кто обратил внимание. Не говоря уже о том, что оценил.

Зато моя наглость, судя по тихому смешку за спиной, изрядно повеселила королеву.

– Знаешь, дорогой, вынуждена согласиться с этой малышкой. Я тоже не оценила ни один из твоих подарков. До этого момента.

Обернулась на ее величество в намерении поинтересоваться, о каком именно даре шла речь. Но по тому, как на меня теперь смотрела эта женщина, поняла, кого она имела в виду, без лишних слов. Святые демиурги! Все гораздо хуже, чем можно было даже представить! Я и правда новая игрушка. Вот только не для одного Тейджа, как изначально полагала.

Катастрофа! Будет, если я проиграю, дав найти себя до рассвета.

Именно это сейчас читалось на лицах моих родителей, которым только и осталось, что наблюдать, как их дочь вот-вот добровольно отправится на закланье двум чистокровным демиургам. Если же это как раз та жизнь, которую следовало поберечь, не отдавая себя целиком собственному миру и его созданиям, то я, пожалуй, пас. Не желаю участвовать в разврате! Дело давно не в нас, а в том, как мы живем, пренебрегая тем, для чего родились. И этой ночью я намеревалась сделать все, чтобы впоследствии выполнить истинное предназначение, которым совершенно точно не станет королевское ложе.