На лезвии любви - Карина Искра

– Не надо, – прошипела хозяйка праздника, отнимая руку. Генри разогнулся, и на его лице мелькнула довольная усмешка.

– А что я такого сделал? – невинно округлил глаза бойфренд, слишком интимно прижимая к себе девушку. Как мартовский кот, честное слово!

Хотя другого поведения не стоило ожидать: Марианна долго испытывала терпение Генри. Он не раз намекал, что готов перейти от поцелуев к чему-то более... горячему, но девушка не торопилась.

Однако сейчас по сверкающим предвкушением глазам парня она поняла – все случится сегодня.

Эта мысль волновала, словно Марианна превратилась в ту пятнадцатилетнюю девчонку, которая готовится к своему первому разу.

В каком-то смысле так и было, после долгого-то воздержания... И с этим человеком у нее действительно будет впервые.

– Марианна? – прозвучало сзади. Услышав этот голос, сердце девушки заколотилось чаще. Все мысли о Генри выветрились в мгновение ока.

– Да? – обернулась она и не сдержала потрясенной улыбки.

Однажды к ней, четырнадцатилетней, на очередную громкую вечеринку пришел взрослый парень. На тот момент Марианна с Генри были уже знакомы и крепко дружили. Ему-то девушка и рассказала, что хотела бы пригласить какого-нибудь популярного человека, звезду, певца или танцора. Но у родителей были временные финансовые трудности, и приходилось стараться, чтобы ее знаменитые тусовки по-прежнему были на уровне. Что сделать в этот раз?

Генри тогда предложил пригласить своего хорошего приятеля, который просто завораживал слушателей бархатным голосом:

"– Он поет каверы* со своим бэндом**, но с группой договориться я вряд ли смогу, а друга, может, и уломаю. Для него будет неплохая практика!"

*Кавер-версия (cover version, от англ. cover — покрывать), в популярной музыке — новое исполнение существующей (как правило, в аудиозаписи) песни. Кавер-версией называют как простой «перепев» оригинала, так и сложную его обработку.

**Бэнд – жарг. музыкальный коллектив.

И вот день икс. Вечеринка набирала обороты, молодежь расслаблялась напитками, кто-то умудрялся курить в уголке... Все были в модных рваных джинсах, в футболках с эпатажными надписями – в общем, внешним видом здесь никто не заморачивался.

Каково же было изумление присутствующих, когда сквозь толпу стал протискиваться интеллигентного вида брюнет в шикарном костюме, который на данной вечеринке смотрелся совсем не к месту. Однако, вместо того, чтобы вжимать голову в плечи и суетиться, ловя косые взгляды и смешки, незнакомец деловито подготавливал аппратуру, проверял микрофон, – в общем, все делал настолько солидно и уверенно, что многие присутствующие, даже Марианна, почувствовали себя не в своей тарелке.

Все они тогда пародировали взрослое общество, но в их версию закралась какая-то ошибка, которую явственно показал один старшеклассник.

И сейчас, в эту самую минуту, ее пронзило точно такое же чувство, которое было тогда.

– Поздравляю с долгожданным совершеннолетием.

Перед ней, удивляя смущенной улыбкой, стоял Бродерик и протягивал роскошный букет молочно-белых роз. Мужчина был облачен в антрацитово-черный смокинг, которому позавидовал бы даже Джеймс Бонд. Галстук, которым пренебрегли остальные гости мужского пола, был в тон ярким лазурным глазам колера. Белоснежная рубашка придавала узкому мужскому лицу какой-то внутренний свет, смягчая остроту скул.

– С-спасибо, – приняла Марианна букет, пытаясь унять бешеное сердцебиение. Ее пальцы на мгновение коснулись дядиной левой – без перчатки! – руки, и девушка окончательно смешалась.

Ей казалось, что в гостиной все смотрят только на них. Хотя, наверное, так и было...

– Я хочу попросить тебя проследовать за мной, – чопорно заявил Бродерик, выпрямляясь, – чтобы вручить подарок.

– Что же это за подарок, который нельзя отдать здесь? – откуда ни возьмись вынырнул Генри. Марианна, готовая сейчас пойти за дядей куда угодно, почувствовала глухое раздражение.

– Важный для именинницы, а не для зрителей, – Бродерик пронзил болтуна испепеляющим взглядом. Это было неожиданно: обычно отстраненный мужчина уничтожал непокорных ледяным равнодушием. Где его привычная сдержанность?

– Милая, – нарочито громко обратился к Марианне Генри, глядя почему-то на Хэппа, – мне пойти с тобой? Все же, ты знаешь, этому человеку нельзя доверять...

Хозяйка праздника с испугом переводила взгляд с одного гостя на другого, пытаясь понять: ей кажется – или они действительно соперничают? Ладно бы Генри ненавидел Бродерика, у него есть мотив, но дядя-то почему?..

...В логичный, но невероятный ответ верить не хотелось. Слишком это было сладко.

Слишком это было горько...

– Хватит, – решительно произнесла именинница, успокаивая друга жестом, – я пойду с ним и вернусь. Мы надолго? – повернулась она к Бродерику. Тот отвел мечущий молнии взгляд от Генри и, разжав напряженные губы, проронил:

– Это будет зависеть от тебя.

"И зачем загадками говорит, – кивком принимая ответ, нахмурилась Марианна, – только Генри провоцирует".

– Будет круто, если мы с вами потусим, как минимум, до вечера, – заявила она присутствующим в комнате гостям, – но если вдруг кому нужно будет срочно уезжать до моего возвращения – дворецкий проводит вас. Веселитесь, старички! – засмеялась она и вышла вслед за Бродериком. Встречаться глазами с Генри отчего-то не хотелось.

В коридоре, выложенном белой плиткой и украшенном серыми обоями, было восхитительно тихо и спокойно.

– Извини, что наделал шуму, – неуверенно вымолвил дядя, ведя спутницу в глубины дома. Мягкий свет, идущий от бра, успокаивал, и Марианна позволила себе немного расслабиться

– Ерунда, – фыркнула она, следуя за высокой фигурой. Ей вдруг стало весело от того, что такой волевой и смелый мужчина чувствует себя не в своей тарелке в молодежном обществе.

– Да и костюм этот... Вечеринка ведь твоя, я не собирался привлекать к себе внимание. Но Энн говорит, надень смокинг, надень, – будешь как царь...

– Она не ошиблась, – уже в открытую смеялась Марианна, ощущая легкость и внутренний подъем.– Ты сразил всех наповал!

– Ты на своих шпильках вроде как не сразилась, удержалась, – усмехнулся Бродерик, чуть притормаживая и идя теперь вровень с племянницей.

– Я сразилась первая, – доверительно сообщила она, в тот же миг осознавая, что переборщила с алкогольными напитками. Иначе с чего бы такая свобода в общении с мужчиной, от которого она должна вообще держаться подальше!

От которого она медленно, но верно сходит с ума...

Бродерик замолчал, отводя взгляд, и Марианна позволила себе полюбоваться им, не желая хотя бы сегодня бороться с собой.

– Ты меня заранее извини, если что ляпну, – после паузы смущенно попросила она, утыкаясь взглядом в мелькающую под ногами плитку. – Кажется, последняя кружка пива была лишней...