В интересах государства - Алекс Хай

— Так что стряслось?

— Все хорошо, — Матильда как раз утешала девчонку. Та спрятала лицо на груди баронессы, и я не смог разглядеть воспитанницу. — Это всего лишь сон, Ирэн. Всего лишь сон.

Я положил меч на стол. Кажется, зря переполошился. Даже стало обидно, что вскочил и носился по дому в такую рань. Мог бы спокойно себе спать дальше.

Воспитанница оторвалась от Матильды и подняла на меня глаза. А затем пронзительно завизжала.

— Это он! — визг оказался таким высоким, что мне едва не заложило уши. — Это он на меня напал!

— Вот блин…

Я тоже ее узнал. То же лицо, которое я видел во сне, когда Оля начала превращаться в чудовище. Это лицо проявилось всего на пару секунд, но я хорошо его запомнил.

Узкое, с резкими скулами, тонким носом и пухлыми губами. Красивое — чувствовалась порода Матильды. И такие же роскошные светлые волосы. Только глаза сейчас не пылали нечеловеческим янтарным светом.

Я попятился, мгновенно активировав «Берегиню». В руке сам вырос «Колобок».

Матильда удивленно на меня уставилась.

— Михаил, что ты творишь?

— Я ее во сне видел! Превращалась в чудовище.

— Нет, это он на меня напал! — продолжала визжать девчонка. — Во сне!

— Ни на кого я не нападал! Ты первая начала!

— Тетушка, он ударил меня «Колобком»! Ментально!

Тааак… Дело принимало неожиданный оборот. Я погасил «Колобка», но оставил «Берегиню», шагнул к Матильде, и девица тут же отползла дальше, словно я был чумным. Выглядела она и правда до жути напуганной. Только вот я никак не мог понять, почему. Вроде как это она была гостьей в моем сне…

— Матильда, послушай, — я решил говорить с наставницей, потому как девчонка явно была не в себе. — Мне снился сон. Странный. Там была моя сестра. Наговорила мне много неприятных вещей, но это не важно. А потом она превратилась в какого-то монстра и вцепилась в меня. Я просто отбивался…

— Все не так было! Он… Я даже имени его не знаю… Он пролез мне в голову, сломал ментальный блок и начал бить «Колобками». Это… Это было больно. Я потому закричала. Матильда, пусть он уедет отсюда!

Этот бред так удивил меня, что я на несколько мгновений замолчал.

— Нет. Я сказал правду.

— Он врет!

— Тихо!!! — баронесса рявкнула так, что висевшая на потолке хрустальная люстра покачнулась. — По порядку. Михаил, давай про сон поподробнее. Это важно.

— Да я все уж рассказал. Сон был неприятный. Дело происходило на родовом кладбище. Семья завтра Петра хоронит, моего страшего брата. Я поначалу даже не понял, что что-то было не так. Думал, подсознание расшалилось… Ну, бывает, что снятся ужасы всякие. Только когда проснулся и услышал крик, подумал, что и на тебя тоже напали. Я ведь даже не знал про эту девицу.

— У этой девицы есть имя, — слезы Ирэн как-то подозрительно быстро высохли, а в голосе появились капризные нотки. — Тетушка, он напал на меня. Ты ведь не оставишь это просто так?

Что-то было не так с этой девчонкой. Похоже, она что-то замышляла, но понять бы, зачем. Благодать в моей крови отозвалась тревогой, да и внутреннее чутье напряглось.

Ладно, поглядим.

Матильда распахнула окно и с облегчением вдохнула холодный воздух.

Ирэн с опаской косилась на меня и явно ждала ответа от наставницы. Нужно было что-то делать. Одно из двух: либо кто-то атаковал нас с Ирэн, заставив обвинять друг друга, либо Ирэн все же лгала. Но зачем ей это? Девчонка явно хорошо здесь обустроилась…

Матильда прикрыла окно, поежилась от холода и плотнее запахнула халат.

— Проведем очную ставку, — заявила она и встала между нами с Ирэн. — Дайте мне руки. Оба.

Глаза девицы округлились. Поначалу мне показалось, что от удивления, но на самом деле это был страх. Но чего боялась Ирэн?

— Что ты собралась делать? — спросила девушка у Матильды.

— Прочитать вашу память. Нужно выяснить, что произошло с каждым из вас, сопоставить факты и сделать выводы.

— Но ты же не менталист!

Матильда криво улыбнулась.

— Каждый, что служил в Тайном отделении, должен знать несколько фокусов. Ментальная магия — не моя специализация, но это не значит, что я забыла, как проводить допрос и смотреть прошлое.

Кажется, этого Ирэн не ожидала. Девчонка инстинктивно отпрянула, когда баронесса протянула ей руку.

— Нет!

— Да что с тобой? — Матильда начала терять терпение. — Ирэн, соберись! Что ты как маленькая?

Я молча протянул правую руку ладонью вверх.

— Мне скрывать нечего. Я сказал правду.

— Знаю, — отозвалась Матильда.

— Откуда?

— Чувствую. Это трудно объяснить. Считай, опыт подсказывает, — она обернулась к Ирэн. — А вот эта юная особа явно что-то скрывает. И хотела бы я знать, почему.

Не спрашивая разрешения, я включил еще один светильник и теперь смог хорошенько разглядеть Ирэн. Ее волосы отливали золотом в теплом свете старинных ламп, а глаза оказались темными, почти карими. Интересная внешность, никогда такой не видел. У всех натуральных блондинок, которых мне довелось встречать, глаза были серыми или голубыми. А тут карие, с янтарными искрами.

Навскидку я бы дал Ирэн лет семнадцать-восемнадцать, но фигуру она явно унаследовала от тех же предков, что и Матильда. Было на что взглянуть, но я старательно отводил взгляд от глубокого выреза ее ночной рубашки.

Ирэн тем временем колебалась, словно хотела что-то сказать, но не решалась.

— Ну же, дорогая, — торопила Матильда. — Я жду.

Девица обреченно вздохнула и снова с опаской покосилась на меня.

— Хорошо, расскажу. Не нужно читать мне память. Но пусть он выйдет.

Наставница обернулась ко мне.

— Михаил, оставь нас на минуту, пожалуйста.

Ох уж эти женские секретики. Ладно, пусть сами разбираются. Я пожал плечами и молча вышел в кубинет, плотно закрыв за собой дверь.

Соблазн подслушать был велик, но я не стал. В конце концов каждая семья имеет право на тайны. Все, что нужно, Матильда расскажет и так. Несмотря на эксцентричность и взбалмошность, баронесса начала казаться мне понимающим человеком, на которого можно положиться. Не мог же Корф отправить меня абы к кому…

— А ты кто такой?

Я не успел толком выйти, как заметил три головы, торчавшие в дверном проеме. Двое парней и еще одна девчонка. Все трое на одно лицо и примерно моего возраста. Тройняшки? И все огненно-рыжие и веснушчатые.

— Я теперь здесь живу, — ответил я, подходя ближе. — А вы еще кто?

Все трое набились в дверной проем, и я увидел, что они были в пижамах и тапках.