Госпожа души моей - Оливия Лейк

– У тебя есть ребенок? – изумлено спросил Брайн.

– Да, девочка, Самира.

Он присвистнул и покачал головой.

– Она моя жизнь, все что осталось от моей любви, – с печальной нежностью оборонила Алира, кручинясь с новой силой. Один взгляд на Эрика, чтобы понять, что она любит. Любит также, или даже сильнее.

Брайн, очевидно, решив разрядить атмосферу, мягко упрекнул:

– А если бы ты все-таки вышла за меня замуж, то была бы королевой всегда. У меня не было никаких бывших жен.

Алира звонко рассмеялась, спрашивая:

– Только не говори, что думал о нас!

– Думал, отчего же не думать. И на свадьбе с Эриком ты была диво, как хороша!

– Ты Морене, надеюсь, не говорил? – смущенная и польщенная поинтересовалась Алира. Жена у него горячая, с характером!

– Я еще не лишился разума, – с деланным спокойствием ответил Брайн. – Она у меня женщина с норовом.

– Я слышала, ты поругался с отцом из-за меня и поэтому покинул Андор?

– Это уже в прошлом, да и не в тебе дело: он не самый приятный человек, а после расторжения помолвки стал вообще невыносимым. Но он уже умер. Андор теперь под моим началом.

– Поздравляю, ваше величество, – Алира присела в нарочито торжественном реверансе.

– Меня еще не короновали. У нас традиция: если удержишь власть в роли наместника год – быть тебе королем и повелителем.

– Удержишь, уверена. – Она снова вздохнула и тоскливо призналась: – Я сегодня видела ее, королеву Наримель. Она прекрасна.

– Ты не хуже! – подбодрил Брайн. Он тоже видел новую – или старую – жену Эрика. Они с Алирой обе красавицы, но для него что одна, что другая, словно хрупкие произведения искусства, до которых он всегда боялся дотрагиваться, чтобы не испортить.

Алира благодарно улыбнулась и еще пригубила вина. От выпитого голоса становились громче, а взрывы смеха разносились по всему саду.

– Могу ли я присоединиться к столь благородному обществу? – услышали они мягкий баритон.

– Андриан! Конечно, проходи, – махнула захмелевшая Алира и протянула бутылку вина.

– Благодарю, госпожа.

Менестрель положил на колени мандолину и принял из рук пьянящий напиток.

– Сыграй нам что-нибудь, – попросила Алира и откинулась на спинку скамьи.

Андриан нежно перебирал струны, извлекая прекрасную мелодию, затем запел любовную балладу.

Брайн скучающе заглядывал в полупустую бутылку, ожидая окончания слишком уж печальной песни. Когда прозвучал последний аккорд, и руки менестреля надавили на струны, погасив мелодию, Брайн, допив остатки вина, заявил:

– Я тоже хочу спеть, а ты подыграй мне, – махнул Андриану.

Жил да был один трактирщик, у него была жена,

Эта сочная бабенка была чудо хороша!

Что за сиськи, что за глазки, а какой порочный рот,

В этом маленьком трактире она пиво подает…

Менестрель быстро подстроился под своеобразную манеру исполнения и подобрал мелодию. Он сосредоточенно слушал пошлые куплеты, иногда округляя глаза и покачивая головой. Зычный бас Брайна веселил Алиру даже больше, чем сама песня.

– Хватит, хватит, пощади! Я не хочу умереть от смеха! – Алира вскочила, ощутив, что голова пошла кругом – много выпила. – Я, наверное, пойду. Завтра много дел.

– Тебя проводить? – вставая, спросил Брайн.

– Нет. А вот тебя нужно будет проводить. Андриан, покажешь господину, где его комната, когда он попросит?

– Я что, барышня, провожать меня?! – подбоченился Брайн.

– Господин, – миролюбиво начал менестрель. – Скажите, а в вашей стране все песни такие? Может, вы споете что-нибудь более… традиционное?

Брайн расслабился и принялся рассказывать о музыке Андора, а Алира, улыбнувшись, покинула сад.

Тем временем Син после вереницы танцев наконец вернулся к столу и, залпом выпив целый кубок крепкого вина, весело поинтересовался:

– Ну, как тебе моя дама?

– Твоя? – деловито переспросил Эрик. Нет, она его! Когда они сошлись в хороводе, и их пальцы переплелись – сила в нем взвилась столбом, распирая тело. Она узнала Алиру, как нужное, близкое, свое. И сейчас его магия билась внутри, ища выход: творить, созидать, любить. Словно до этого она дремала, придавленная грузом расставания и вины. Сильной вины перед Алирой. Ей столько пришлось пережить из-за него и без него. Но сейчас словно и не было это, только запах полевых цветов и дикого меда и ее свет: малиново-алый, обжигающий – Алира тоже скучала.

– Интересно только, куда это ее увел этот андорский здоровяк? – рухнул в кресло Син, даже не заметив, что его давно не слушают. – У нее красивое имя – Алира… – протянул так, словно пробовал на вкус. – Странно, оно мне как будто знакомо. Алира… Алира?! Неужели она? – ошеломленно воскликнул он.

– Да, – ответил Эрик. У него было настолько хорошее настроение, что он даже не ревновал – разнообразие ей-богу! – Надо было на свадьбу приезжать.

– Я был далеко, когда узнал… Так, – взбунтовался Син. Его что, пытаются отвлечь от щекотливой темы? Не выйдет! – Ваше величество, – он поднялся и сжал плечо Эрика, – вы просто обязаны мне все рассказать. Принесите вина в библиотеку! Побольше! – приказал проходившему мимо лакею, и повел друга к выходу.