Охотники: Фантом - Лиза Джейн Смит

Елена повесила телефонную трубку. Она и Бонни обсуждали все,что происходит, от таинственного появления имён Селии и Мередит до предстоящеготанцевального концерта Маргарет. Но она не была в состоянии вести то, что онаобычно называла разговором.

Она вздохнула. Через какое-то время она ощутила под матрасоми вытащила свой дневник в бархатной обложке.

Дорогой дневник,

сегодня днем я разговаривала с Калебом Смолвудом на лужайкеперед моим домом. Я едва знаю его, но я чувствую внутреннюю связь с ним. Ялюблю Бонни и Мередит больше жизни, но они понятия не имеют, что такое -потерять своих родителей, и это отдаляет меня от них.

Я вижу себя в Калебе. Он такой красивый и кажется такимбеззаботным. Я уверена, что большинство людей думают, что его жизнь идеальна. Язнаю, что это как будто притворяться, что вы вместе, даже когда вы разошлись.Это может быть самый одинокий человек в мире. Я надеюсь, что у него есть друг,на которого он может опереться, как у меня Бонни или Мередит.

Самое странное произошло, пока мы разговаривали. Воронполетел прямо на нас. Это был большой ворон, самый крупный из тех, что якогда-либо видела, с радужными черными перьями, которые блистали насолнце, и согромными крючковатыми клювом и когтями. Возможно это был, тот самый, которыйпоявился на моем подоконнике вчера утром, но я не была уверена. Кто можетотличить воронов друг от друга?

И, конечно же, оба ворона напомнили мне Дэймона, которыйнаблюдал за мной, в облике ворона, прежде чем мы познакомились.

Что странно - нелепо, на самом деле - это рассветающеечувство надежды, родившееся глубоко внутри меня. Что если, я продолжаю думать,что если, каким-то образом Дэймон всё же не умер?

И затем надежда рушится, потому что он мертв, а мне нуженэтот парень. Если я хочу оставаться сильной. Я не могу лгать себе. Я не могусочинять волшебные сказки, где благородный вампир не умирает, где правилаизменяются, потому что это тот, кто мне дорог.

Но эта надежда подкрадывается незаметно ко мне снова: чтоесли?

Было бы слишком жестоко сказать что-нибудь о вороне Стефану.Горе изменило его. Иногда, когда он молчит, я ловлю странный взгляд его зелёныхглаз, как будто там кто-то, кого я не знаю. И я знаю, что он думает о Дэймоне,эти мысли уносят его туда, куда я больше не могу последовать .

Я думала, что я могу сказать, Бонни о вороне. Она заботиласьо Дэймоне, и она не станет смеяться над моим сомнением, возможно ли, чтокаким-то образом он мог бы до сих пор, в какой-то форме, быть живым. Не послетого, как она предложила то же самое сегодня. В последнюю минуту, всё-таки, яне смогла поговорить с ней об этом.

Я знаю почему, и это паршивая, эгоистичная, глупая причина:я ревную Бонни. Потому что Дэймон спас ей жизнь.

Ужасно, правда?

Вот такая штука: долгое время из миллионов людей существовалтолько один человек, о котором заботился Дэймон.

Единственный. И этим человеком была я. Все остальные моглиидти к черту, настолько это его не интересовало. Он с трудом запомнил именамоих друзей.

Но что-то изменилось между Дэймоном и Бонни, возможно, когдаони остались одни в Темном измерении вместе, возможно раньше. Она всегда быланемного влюблена в него, когда он не был жестоким, но потом он начал обращатьвнимание на свою маленькую красную птичку. Он присматривал за ней. Он был неженс ней.

И, когда она была в опасности, он действовал, чтобы спастиее, ни секунды не задумываясь о том, сколько это будет стоить ему.

Так что я ревную. Потому что Дэймон спас жизнь Бонни.

Я ужасный человек. Но, потому что я такая ужасная, я не хочуделиться ничем о Дэймоне с Бонни, даже моими мыслями о вороне. Я хочу сохранитьчастичку его только для себя.