Тёмный: Королевская битва - Артём Соболь

— Всё верно, — кланяется гном. — Это…

— Защита от любопытных, — набивая трубку улыбается Костя. — Дабы ворьё не лезло. Открыть могу только я, мои жёны и дети. Дети… Так! Цвайхорн, говори что с тобой делать?

— Казнить, — опускает голову гном.

— Жалко, — морщится Костя. — Ты, конечно, виноват. Всё таки отравить невиновную девушку, с целью убить меня, такое себе достижение. Но с другой стороны, ты одумался. Поэтому…

— Отпустите?

— Не могу, — встав и заложив руки за спину расхаживает у стола Костя. — Тебя убьют. Сразу же. Слишком много знаешь. И мне бы стоило прогнать тебя, чтобы ты сам с последствиями разбирался. Да жалко мне тебя… Итак, моё предложение. Останешься здесь, пока. На время. Синеусого я знаю, даже слишком хорошо. С твоей семьёй ничего не случится. После новости о твоей смерти, о них просто забудут. Ты же… Лояльным Бру… Бруэ… Кхем… Лояльным Бруньке кланам весточку передать сможешь?

— Да, — кивает гном. — Я смогу. Я знаю тайные подземные пути. Я…

— Значит так, Цвайхорн, раз уж так получилось, будем работать вместе. Сейчас ты отправишься домой. Тайно, незаметно. Там встретишься с нужными гномами и передашь от меня привет. Скажешь всё как есть и расскажешь что наследница жива. Кланы же предупредишь, что в случае войны… Пусть бросают оружие и сдаются, это самый лучший вариант. По тебе. Постарайся вывести свою семью. Как закончишь с делами, не задерживайся и вместе со своими беги оттуда.

— А потом? — округляет глаза гном.

— Хочешь для своей семьи лучшей жизни, постараешься увести их оттуда. Нет… Я тут бессилен.

— Император, а позвольте спросить. Почему вы мне помогаете? Я…

— Расторн Могучий из клана Золотого Котла, — закрыв глаза вздыхает Костя. — Твой предок. Когда-то давно, он спас меня. Ты…

— Он погиб семьсот лет назад, — опускает голову Цвайхорн. — Я был совсем юным. Спасибо… Я могу идти?

Костя молча кивает, отворачивается к окну и просит охрану проводить гостя. Вздыхает…

— Ты уверен? — кривясь спрашивает Любица.

— Нет, — мотает головой Костя. — Но Сердца просят сохранить его. Поэтому… Вообще я есть хочу. Поужинаешь со мной? И позови всех, если не спят.

Любица уходит, Костя садится за стол, глубоко затягивается и прислушивается к ощущениям. Сердца, что удивительно молчат. Они, все трое, как будто осматриваются и пытаются кого-то увидеть. На вопросы фыркают и просят помолчать. Что настораживает. Но особого внимания этому Костя не придаёт. Сердца очень часто ведут себя странно и непонятно. Но девушки они хорошие, потому как решения свои по сто раз не меняют. Да и не обманывают. Если говорят что так лучше, значит так на самом деле лучше. Вот только иногда они ещё и дурачатся. Хихикая отмалчиваются, просят подождать.

— Женские дела, — усмехается Костя.

Берёт вилку, тянется к тарелке, как вдруг… Сосиски лежащие на блюде оживают, превращаются в змей и все дружно шипя кусают Костю за руку.

— Ёб твою мать! — отпрыгнув от стола восклицает Костя. — Это как?

Подняв покусанную руку, Костя морщась от боли с ужасом смотрит как пальцы синеют и распухают. Гнутся в другую сторону, отваливаются, падая на пол превращаются в змей и шипя расползаются.

— Глюки… — выдыхает Костя. — Точно, глюки. И пальцы на месте и сосиски не расползлись. Устал я, однако. Или…

— Или… Или… Или… — разносится по залу эхо.

— Силы тёмные…

В зале начинается вакханалия. Со стола взлетают тарелки, стулья и вазы поднимаются вверх. Картины на стенах оживают. Статуи шевелятся…

— Это всё иллюзия! — схватившись за голову кричит Костя. — Нет! Это…

Монолог Повелителя прерывает разбившаяся о его лицо ваза. Нечто невидимое, мёртвой хваткой хватает Костю за ногу и отбрасывает к стене.

— Ай, сука, — потирая разбитую голову стонет Костя. — Покажись!

Зал сотрясает истеричный женский смех. В Костю летят стулья и посуда. Окна хлопают, двери щёлкают…

— Нет, я не сошёл с ума. Кто здесь?

— Кто здесь? Кто здесь? Кто здесь? — смеётся эхо.

— Это всё гномы! — кричит Костя, разбегается и плечом таранит дверь.

Получив весьма болезненный удар электричеством, собирая головой тарелки прокатывается по полу, тяжело поднимается и надеясь найти противника осматривается. Поднимает кулаки… Поднимает и тут же отхватывает ощутимый удар в челюсть.

Стараясь не упасть, мотая головой опирается на стол, как вдруг получает шлепок по заднице. От чего подпрыгивает, хватает обломок стула и размахивая им носится по залу.

Что никакого эффекта не приносит. Посуда продолжает летать, Костя получает тычки и удары, со всех сторон звучит смех. Картины на стенах движутся, статуи показывают нецензурные жесты. Зал сотрясается, в коридоре что-то гремит… Сердца бешено стучат и присылают хаотичные серии образов и подсказок.

— Жёны пришли, — кивая улыбается Костя. — Хана тебе. Выходи по-хорошему.

Со стола поднимаются ножи, вилки и ложки, несколько мгновений висят в воздухе и целым облаком блестящего металла летят в Костю.

— Бля… — прыгая и кувырком уходя в сторону выдаёт Повелитель. Встав смотрит на глубоко вошедшие в каменный пол ножи, глубоко вдыхает и подняв голову кричит: — Аби! Глия! Моана!

Ответа нет, смех становится громче. Стоящий Костя вдруг понимает что парализован. Стиснув зубы Повелитель стоит, смотрит как перед ним зависает серебряное блюдо и начинает вращаться. Ускоряет вращение, медленно подплывает, опускается ниже и приближается к колену.

— Ну всё, приехали. То есть убивать ты меня не хочешь? Эй, давай поговорим. Ответь что-нибудь.

— Убивать не хочу, — обжигая холодом, прямо в ухо шепчет женский голос. — Совсем не хочу. Выбора нет.

— Выбор есть всегда, — шипит Костя. — Даже…

— Не в моём случае, — вздыхает невидимая женщина. — Прости. Меня заставили. Ничего личного. Просто тот кто меня удерживает приказал извести тебя.

— Это никак не исправить?

— Увы.

— Можно хотя бы посмотреть на тебя. Перед смертью. Голос у тебя очень красивый, наверняка ты и сама просто красавица.

— Хочешь заболтать меня?

— Нет, что ты? Просто… Ну мне так будет легче. Всё таки принять смерть от красивой женщины, намного приятнее чем от какого-нибудь чудища. Но если ты страшилище, то…

— Я не страшилище, — с явным недовольством шепчет невидимка.

— Ладно-ладно, верю. Хотя… Нет, не верю. Красивые женщины, своей внешности не стесняются. Жалко мне тебя, бедолага. Наверное чумой обезображена. Или… Нет, не показывай. Я буду представлять тебя красоткой, а не страхолюдиной. Ой, извини.

— Я не страхолюдина! — кричит женщина.

— Да, хорошо, — глядя на остановившееся в сантиметре блюдо кивает Костя. — Тогда чего стесняешься. Я что многого прошу? Просто увидеть тебя.

— Нельзя.

— Ну тогда ладно. А вообще, очень позорный конец. Сдохнуть от рук страшной тётки. Ты…

— Ладно, — вздыхает невидимка. — Я докажу. Смотри, сейчас ты меня увидишь.

За