Гаэльская волчица - Анри Лёвенбрюк

— Как вы узнаете? — недоверчиво спросила Алеа.

— Символ Самильданаха выгравирован на внутренней стороне кольца.

— Что за символ? — вскинулась девочка, крутя кольцо на пальце.

— Две руки, прикрывающие сердце, и корона, — объяснил Фелим.

Алеа закусила губу. Внутри кольца был выбит именно этот символ. Поколебавшись еще мгновение, она вместо ответа протянула старику кольцо. Он с улыбкой взял его из рук девочки и начал внимательно изучать.

— Именно этого я и боялся. Держи… — Фелим вернул кольцо Алее. — Береги его, оно очень-очень ценное. Я не уверен, что ты сумеешь удержать кольцо при себе, все это так странно…

Помолчав, Фелим добавил:

— Итак, Илвайн мертв.

Алеа увидела, что на глаза старого друида навернулись слезы, смутилась, надела кольцо на палец и, не говоря ни слова, поднялась, чтобы поправить костер. Наконец Мьолльн решился нарушить молчание:

— Друидов нечасто встретишь в маленьких деревеньках. Что вы делали в Саратее?

— До чего же вы любопытны, добрый мой гном! Похоже, вам многое известно о друидах, в том числе и то, что у нас есть свои — тайные — причины для действий и поступков?

Гном обиженно нахохлился.

— И кто же решает, как следует поступать? — спросила Алеа. — Этот ваш знаменитый Совет?

— Я все объясню тебе позднее, а сейчас мне необходим отдых. Договорились?

— Нет! Почему вы не хотите отвечать?

— Алеа, Илвайн мертв. Он был важным человеком. Очень важным. Я должен проводить его душу до царства мертвых, а для этого мне необходимо сосредоточиться. Оставь меня одного, прошу тебя. Поверь, у нас будет много времени для разговоров. Ложись спать, Алеа, день был долгим.

Девочка пожала плечами и отправилась к костру, спать.

— Что ж, а я покараулю, — сообщил гном и запел: — Та-да, сильный и храбрый, Мьолльн непобедимый, охранит своих друзей от ночных чудовищ. Ахум. И от волков…

— Нам нечего бояться волков, мой дорогой гном, — успокоил Мьолльна Фелим, кладя руку ему на плечо. — Можете спать спокойно, сегодня ночью с нами ничего не случится.

Гном кивнул и улегся спать под темным сводом ночного неба. Прежде чем погрузиться в сон, он выбрал на небе самую прекрасную и яркую звезду и назвал ее Алеей.

На землю опускалась ночь, но Князь герилимов Айн'Зультор без труда заметил полузанесенное песком тело. Черный всадник сразу узнал Илвайна — старика с худым лицом. Седую бороду припорошил белый песок, длинный коричневый плащ казался сухим и жестким, мертвые черные глаза смотрели в небо.

Илвайн умер, и для Зультора это была плохая новость. Великан наклонился, чтобы осмотреть тело. Старик мертв уже много дней, и, судя по всему, смерть его была естественной, — во всяком случае, Зультор точно установил, что почти вся сила Самильданаха иссякла. Искорки могущества в теле старика едва теплились, потому-то Зультор с таким трудом почувствовал его присутствие. Он выругался, понимая, что план Маольмордхи может сорваться, раз Самильданах утратил силу.

Князь герилимов схватил тело Илвайна за руку и вытянул из-под песка. Окоченевший труп был тяжелым, и Зультор привязал его к седлу, чтобы предъявить в качестве доказательства Хозяину. Он решил отправиться в ближайшую деревню в надежде разузнать что-нибудь еще о смерти Илвайна.

Пылая гневом, он въехал в Саратею. Деревня тонула во тьме: луны на небе не было, ни в одном окне не мерцал свет. Инстинкт сразу повел Зультора к дому соглядатая Маольмордхи. Хозяин наделил верного слугу правом допрашивать своих соглядатаев — он называл их Смотрящими — во всех городах всех пяти графств Гаэлии.

Зультор знал правило: встречаться со Смотрящим надо как можно незаметнее, чтобы не раскрывать его перед односельчанами. Окружающим незачем знать, что это — соглядатай.

Зультор спешился и, ведомый чарами Маольмордхи, пошел по темным улицам на юг, туда, где стояли самые красивые, в несколько этажей, дома Саратеи. Колдовское чутье привело его к старинному строению: стены из кирпича-сырца держали балки и укосины темного дерева. На улицу выходила высокая и тяжелая двустворчатая дверь, но Зультор заметил дорожку, огибающую дом, и догадался, что с задней стороны есть другой вход. Бесшумно проникнув в дом Альмара, он высвистел четыре ноты — тайный сигнал Смотрящих.

Минуту спустя мясник спустился в кухню, к задней двери. По всему было видно, что он сильно напуган, но, зная правила, простерся ниц перед Зультором. Альмар никогда прежде его не видел, но понял, что герилим — один из приближенных Хозяина. Альмар умел распознавать герилимов, а на этом к тому же был шлем предводителя.

— Чем я могу служить вам, господин мой, Князь герилимов? — спросил Смотрящий, не поднимаясь.

— Расскажи, что ты слышал — если слышал — о человеке, который умер рядом с твоей деревней и все еще лежит в ландах, — произнес Зультор с тяжелой угрозой в голосе.

— Я слышал об этом, но доподлинно мне известно одно: Алеа, маленькая побродяжка, некоторое время назад нашла тело под песком. Она рассказала об этом в городе, а потом поселилась в харчевне «Гусь и Жаровня». Этот дурак Фарио — капитан местного гарнизона — не сумел отыскать тело, что меня несколько удивляет, и я даже спрашиваю себя, хорошо ли он искал… Здесь об этом быстро забыли. А вчера девчонка исчезла.

— Это все?

— Думаю, да. Во всяком случае, это все, что я видел…

— И ты не заметил никого подозрительного в последние дни? — сурово спросил Зультор, надвигаясь на умиравшего от ужаса мясника.

Альмар дрожал всем телом и, с трудом соображая, пытался восстановить в памяти события, случившиеся после той истории. Он почел за лучшее не рассказывать страшному рыцарю о том, как Алеа одолела его одной только силой мысли. Потом мясник вспомнил о Фелиме. Ну конечно, как же он мог забыть о друиде?

— Когда девочка сбежала, — дрожащим голосом произнес он, — здесь был Фелим. Мы давно его не видели, но вчера он заявился.

— Фелим? Друид?

— Собственной персоной. А еще тут была Фейт — бардесса. Она много лет не приходила в наш город. Вот и все, что я знаю.

Зультор взглянул на мясника и положил руку ему на плечо. Альмару показалось, что все его тело пронизал ледяной ветер. Страх парализовал его, он почти лишился чувств от боли — но очнулся, услышав слова Князя герилимов:

— Ты что-то скрываешь от меня, Смотрящий.

— Но… нет… вовсе нет, — пролепетал он, поднимая глаза на гиганта.

— Что такого произошло, о чем ты не хочешь мне рассказать? — Зультор угрожающим жестом поднес руку к шее мясника.

— Я…

Рука герилима сжалась чуть сильнее.

— Я думал, вас это не интересует…

Пальцы герилима так сдавили шею Альмара, что он едва мог говорить.