Главное задание - Андрей Львович Астахов

Меня так захватила эта идея, что я даже разозлился на самого себя – и как это сразу мне не пришло это в голову? Вернувшись в хижину, я лег на кровать и закрыл глаза, прислушиваясь к звукам за стенами хижины.

Нет ничего более унылого, чем долгое неподвижное лежание. Я открывал глаза, снова закрывал, прислушивался, потягивался, снова принимал неподвижную позу – и ждал. Солнце, светившее в окошко хижины, все больше тускнело. Начало смеркаться, потом и вовсе стемнело. Тело затекло от долго лежания, но я терпел. Зато, когда явится этот урод, я уж оторвусь по полной…

Мое сердце радостно забилось, когда я наконец-то услышал тяжелые шаги за дверью хижины. Я немедленно вытянулся на постели, положив правую ладонь на рукоять кинжала. Потом на меня упала тень, и хриплый голос произнес:

- Покойничек на месте. Не сбежал, гы-гы! Поищи ларец, Глин. Чародей сказал, он под столом. И факел приготовь.

Я почувствовал, что кто-то ощупывает мои ноги: сквозь прищуренные веки я увидел, что какой-то детина, похожий на привокзального бомжа, пытается стянуть с меня правый сапог. Я рывком согнул ноги и ударил каблуками детину в грудь – он с воплем свалился на второго парня, который лез под стол. Я вскочил с постели, успел заметить невероятный ужас в свинячьих глазках детины и новым пинком повалил его на пол. Между тем второй парень оказался не робкого десятка: оправившись от первого потрясения, он пронзительно завопил и выхватил из-за пояса здоровенный нож.

Мне удалось увернуться от его выпада, но парень оказался ловким, как кошка – он немедленно повторил атаку, и я едва не пропустил удар в живот. Эх, не хотел я убивать, но пришлось. Его нож был слишком слабым оружием против моего меча. Получив удар в шею, парень захрипел и свалился на стол, сбросив с него самогонный аппарат и бутылки. Кровь хлестала из него, как из зарезанной свиньи. Детина, позарившийся на мои сапоги, стоял, прижавшись к стене хижины. Глаза у него остекленели, губы тряслись.

- Вот и все, задница, - сказал я, перешагивая через бьющегося на полу Глина и приставляя острие меча к горлу детины. – Твой дружок сам напросился. Сейчас и ты за ним отправишься.

- Господин… нет, не надо! – Детина выпучил глаза. – Я…я не хотел!

- Где Захариус?

- Он сказал, что ему надо срочно уехать. Сказал, что пытался вылечить человека от укуса флегматона, а тот умер. Просил сжечь… вас.

- Дальше, задница!

- Попросил забрать его ларец. Денег нам дал, два дуката. Вот и все, господин.

- Куда вы должны были доставить ларец?

- Он велел оставить его… оставить его…

- Где? Говори, мать твою тру-ля-ля!

- У папаши Жиля в Мартенеке. Сказал, что вернется за ним.

- Куда он поехал? Ну!

- Не знаю, господин. Клянусь Бессмертными, не знаю! – Детина начал трястись, точно эпилептик.

- Эх, прирезал бы я тебя, да мараться неохота. Сделаешь все, как скажу, останешься жить, понял?

- Да, господин.

- Под столом лежит ларец. Бери его и тащи Жилю. Понял?

- Ага, - Верзила закивал, точно китайский болванчик.

- Брысь отсюда, падаль!

Верзила вытащил из-под стола ларец и с невероятной прытью выпорхнул из хижины. Глин больше не хрипел, вытянулся на полу, и только его правая нога продолжала судорожно подергиваться. С трудом поборов тошноту, я вытер об одежду убитого меч и вложил его в ножны. Все было кончено, оставаться дальше в хижине нет смысла.

Я недооценил Захариуса. Поганец оказался умнее, чем я думал. Подослал двух хануриков спрятать концы. Ну что ж, и я сегодня получил хороший урок. Когда имеешь дело с магами, нужно следовать правилу: «Хороший маг – мертвый маг». Так отныне и будем действовать. А Захариуса я еще найду. Для него будет приятным сюрпризом, получить от трактирщика пустую коробку. Пусть погадает, сволочь, кто его обчистил – я или Кацбалгер.

Но сначала надо свести знакомство с баронессой Гранстон Де Брейдж и исполнить последнюю волю покойного Томаса Гранстона.

Глава 12 Замок

Глава двенадцатая:

Куплю замок в домене.

Хостинг не предлагать.

Ночь я провел в «Ручном единороге» мадам Франсуаз. Очаровательная трактирщица была рада вновь меня увидеть. Помня, что она сказала мне утром, я уже не надеялся на продолжение нашего романа, но ошибся в лучшем смысле слова. Едва я устроился в своей комнате и приготовился отдохнуть, как мадам Франсуаз постучала в мою дверь. На этот раз она прихватила с собой бутылочку красного винца, и время от времени мы прерывали наши любовные игры для того, чтобы выпить по глоточку – и поговорить. Поначалу, признаюсь, я был не слишком откровенен с Франсуаз: после истории с Захариусом мне стало еще труднее доверять обитателям этого мира. Но Франсуаз была так мила, так красива, так ласкова со мной, что ее было очень трудно в чем-нибудь заподозрить. Мало-помалу я разговорился и рассказал ей о себе, опуская, понятное дело, некоторые малопонятные для нее вещи. Так, я ничего не стал говорить ей про компьютеры и про РПГ-игры, сказал только, что провалился в ее мир после того, как меня в кабацкой драке шваркнули пивной кружкой по затылку. Франсуаз слушала, лежа на мне и поедая меня своими влажными черными глазищами.

- Ах, милый, какой же ты герой! – сказала она, когда я замолчал. – Твоя история меня так возбуждает. Я уж думала, что настоящие мужчины остались только в сказках.

- Никакой я не герой. Просто жизнь у меня такая… непростая.

- Знаешь, что меня в