Родословная. Том 6 - Андрей Сергеевич Ткачев

Я прекрасно чувствовал, что мой фамильяр беспокоился обо мне. Но он был слишком гордым, чтобы сказать об этом прямо. Да и раньше он редко делился со мной своими эмоциями. Вот только, не знаю почему, но Салем забывал, что через нашу связь я прекрасно чувствую его — и такие нюансы. Поэтому его истинные мотивы от меня были скрыты не так хорошо, как он думал.

— Просто место оказалось интересным, — улыбнулся я. — Вот и задержались немного, чтобы изучить всё поплотнее. А то мало ли чего упустили бы.

— Неужели тебя настолько увлекли эти Разломы? — заинтересованно посмотрел на меня кот.

— Ну а как иначе? — развёл я руками.

Чтобы не продолжать разговор в коридоре, я жестом предложил Салему спуститься вниз. Он понятливо кивнул — всё же мы оба предпочитали беседы в столовой, где можно было сразу перекусить тем, что приготовили мои повара, без необходимости кого-то звать или командовать. В этом плане я любил проявлять самостоятельность.

— Да и сам посмотри, — продолжил я разговор. — Раньше были различные замки, поселения, куда я приезжал, чтобы выполнить распоряжение отца. Возможно, кого-то убить. А сейчас что? Что мне — начать путешествовать по миру и изучать его? Зачем? Зачем это делать, если можно просто пойти в Разлом? В Разломе может обнаружиться что угодно, — я немного прервался, кивнув прошедшим рядом с нами бойцам, и добавил: — Тем более что я до сих пор ищу существ с энергетически насыщенной кровью. Сам понимаешь — я ещё не полностью восстановился. А это состояние мне уж очень не нравится. Не хотелось бы из-за какой-то мелочи вдруг взять и проиграть.

— Да уж, проигрывать ты точно не любишь, — слегка мяукнув между слов, ответил Салем. — Помню, как ты вставал, весь переломанный, чисто на голой воле, лишь бы доказать, что ты ещё не закончил.

— Ну, было дело, — рассмеялся я. — Только это было так давно, что уже и не стоит внимания. Всё же с тех пор я сильно изменился. И стал сильнее.

— С этим сложно поспорить, — согласно кивнул Салем.

Из-за нашей связи, чем сильнее становился я, тем сильнее становился и он — и это отражалось сразу на многих аспектах. А вот в обратную сторону это не работало, но таковы были условности магической связи, заключённой между нами.

Спустившись в столовую, я быстро открыл холодильник и сварганил нам лёгкий перекус. Есть вроде как и не хотелось, но когда я увидел, что было в холодильнике, аппетит сам собой проснулся. Что ни говори, а потолстеть мне не грозит — ни с учётом моей не совсем человеческой природы, ни с тем образом жизни, что я вёл. Разломы, походные условия, постоянные движения и сражения — тут лишние килограммы просто не приживаются.

Хотя, если так подумать, я встречал и довольно крупных Стражей, которые тоже постоянно ходили в Разломы. Видимо, они питались мясом, добытым прямо там. Вот оно, скорее всего, обладало большей ценностью — и позволяло восстанавливать силы быстрее.

В любом случае, перекус был готов, и мы с Салемом на некоторое время замолчали, сосредоточившись на поедании вкусностей. Хорошо, когда у тебя есть собственные повара, готовые исполнить любой твой каприз — и уже прекрасно знающие, что именно ты любишь и предпочитаешь в еде.

— Вообще, тебе самому не помешало бы пару раз снова сходить со мной в Разломы. А то привыкнешь к форме кота и не сможешь обращаться в пантеру, кем ты и являешься.

— Ну, вообще-то нет, — ответил мне на это Салем. — Я одновременно и кот, и пантера. Я не вижу особой разницы между этими двумя формами. Так что я являюсь и тем, и тем. И вот эти все условности с вашими Разломами меня как кота совершенно не интересуют.

Он фыркнул, словно бы ему уже надоело объяснять очевидное.

— Зачем мне ходить и пачкать свои лапы в этих Разломах? — продолжил кот. — Получать ранения, пачкаться в крови других существ… особенно, если это какая-нибудь мерзость. Нет уж, лучше я поживу в твоём поместье и поохраняю его. Ты просто не представляешь, как важно отвадить всяких нехороших людей.

— Погоди, а с этого момента поподробнее, — остановил я его.

— А чего тут поподробнее? — махнул хвостом из стороны в сторону Салем. — Ты же сам должен понимать, что твой род резко поднялся. А это привлекает внимание других. Так что неудивительно, что прочие рода заинтересованы в том, чтобы узнать, как ты всё провернул и каким образом добился своего нынешнего положения. Ведь никто не хочет думать, что это дело упорного труда и больших рисков. Куда проще поверить, что ты кого-то обманул и на этом возвысился.

— Ну, если так подумать… — я пожал плечами, — то в какой-то мере они даже правы. Стартовый капитал мы, действительно, получили, обманув кое-кого. А вот дальше… дальше уже действовали самостоятельно. Это уже частности, не требующие особого заострения внимания.

— Согласен, — кивнул Салем. — Главное то, что на территорию поместья, в том числе и соседнего, пытались проникнуть всякие недоброжелатели. Конечно, часть из них отвадили твои бойцы. Но когда отбиваешься от одного противника, может появиться другой, куда более хитрый. Вот и парочка таких разведчиков пытались проникнуть на родовую землю. И тут уж своё дело в свои руки брал я.

— Ты хотел сказать — в лапы?

— Не придирайся к словам, Демиан, — недовольно поморщился кот. — А то я ведь могу и не рассказывать, что делал.

— Нет уж, нет уж, — замахал я руками. — Продолжай. Мне же интересно, что было дальше.

— Ну вот так. И слушай, а не перебивай меня по всяким мелочам, — фыркнул Салем. — Парочка таких разведчиков заходили к нам, пытались пробраться на территорию. Но, разумеется, я им этого не позволил. Тут как раз и пригодилась моя форма пантеры. Ты бы слышал, как они орали, думая, что за ними гонится призрак ночи. Или как-то так они меня называли. Представляешь? Я — призрак ночи. По-моему, звучит.

— А по-моему, у кого-то слишком высокая самооценка, — тихо рассмеялся я. — Но ты, конечно, молодец. Молодец, что продолжаешь охранять территорию.

— Ну а как иначе? Я же здесь живу и не хочу, чтобы всякие тут пачкали полы, — гордо задрав нос, произнёс Салем.

— Ух ты, наш защитник, — сказал я, потрепав его за ушком.

Салем довольно замурчал. Пусть он и пытался казаться всем таким разумным и возвышенным, но во многом он всё ещё оставался котом — и