Опальная принцесса - Мария Ирисова

— Загляденье, да и только, — резюмировала спустя минут тридцать. Теперь, когда к девушке вернулась естественная красота, она стала до того миленькой, что впору завидовать. — Знаешь такой красавицы я даже в Прелесе не встречала, хоть там и полно модниц.

— Ну, что вы ваше высочество? Давайте возвращаться, а то стражи волноваться начнут.

— Ты права, — улыбнулась ей, рассовывая вещи по карманам.

По пути наверх услыхали, как из лагеря доносится шум. Кто-то громко ругался.

— Похоже капитан Гравис вернулся, — прислушиваясь изрекла Мелиса.

— Интересно с хорошими новостями или не очень?

Мы подошли еще ближе и теперь я отчетливо слышала, как бранит стражу Джереми.

— Что значит попросила остаться здесь? Вы — сопровождение! Вы ее охрана! Тень если хотите! Вдруг она сбежала? Или ее похитили, загрызли или бог весть знает, что еще! Кто за это отвечать будет?

Тишина с привкусом вины служила ему ответом.

— Ждите здесь! И молитесь, чтобы с леди Вержаной все было в порядке.

Я только фыркнула, а Мелисса вдруг прибавила шагу.

— Идемте скорее…

Закончить она не успела, разъярённый как бык Джереми выскочил ей навстречу.

В следующий миг случилось сразу аж две вещи: лицо мужчины забавно вытянулось, а дорогущие ботинки поехали на скользкой траве со склона как коньки.

— А-а-а!

— Ой…

Джереми успел схватить Мелиссу в охапку и бряцая доспехами оба покатились вниз.

— Все старания насмарку, — буркнула себе под нос и поплелась следом за ними.

Страж прижимал мою дуэнью спиной к земле и пялился на нее так пристально, будто впервые увидел. Щеки девушки полыхали румянцем, а сама она выглядела до того беспомощной, что даже мне захотелось помочь. Ну или хотя бы пинком отогнать в сторону Джереми.

— Ты еще кто такая? — хрипло осведомился Барлоу.

Вот так поворот, он что ее не узнал?

— Мелисса, ваше сиятельство!

Так он аристократ? Теперь я просто дар речи утратила, замерла на месте и навострила уши, авось еще чего узнаю.

— Местная? — голос Барлоу сделался медовым и выпускать дуэнью из плена своих рук, он отчего-то совсем не спешил.

— Вы рехнулись, граф? Я — Мелисса Реймс, дуэнья ее высочества.

— Мелисса? — в его голосе звучало столько удивления, будто небо рухнуло на землю, а Джереми никто не сказал. — Мелисса…

— Слезьте с меня, бога ради! — ее ладошки уперлись в грудь стражнику, а он словно зачарованный коснулся пальцем ее щеки, дотронулся до пряди волос. — Что вы творите?

— У вас тут листик.

— И боюсь не один! А все вашей милостью, — ее аквамариновые глаза искрились от гнева, а щеки пылали от смущения.

До чего же хорошенькая у меня дуэнья. И зачем ее только белилами вымазывать было? Вот же глупые порядки царят при дворе. Вздохнула и поспешила на выручку.

— Джереми, Мелисса вы там как не ушиблись?

Барлоу повернулся ко мне и глянул сердито, но быстро взял чувства под контроль, поднялся на ноги и подал руку дуэнье.

— Прошу прощения за свою неуклюжесть, леди Реймс. Я беспокоился из-за того, что вы долго отсутствовали.

Компаньонка фыркнула и наградила Барлоу жгучим взглядом.

Ага, заботился он. Вздор! Раньше ее и не замечал даже — так и читалось по глазам девушки.

— Позвольте провести, — Джереми же галантно протянул Мелиссе руку, полностью игнорируя мою особу, какое грубое нарушение этикета.

Дуэнья тоже это проняла, сверкнула гневным взглядом, тряхнула гривой волос и припечатала:

— Вынуждена отказаться…

— Вот это правильно, — поддержала ее решение, — а то его щегольские ботинки вам новый спуск обеспечат. Пора возвращаться в лагерь, завтрак стынет.

При упоминании еды, желудок Мелиссы заурчал, она смущенно улыбнулась и направилась к лагерю. Джереми же провожал девушку взглядом, а я разглядывала его самого.

Наконец-то стало ясно почему капитан не нагружает этого лежебоку работой.

— Значит граф, да?

Вот теперь мужчина удостоил мою скромную персону взглядом.

— Подслушивать не хорошо!

— Так нагло прижимать девушку к себе и поедать ее взглядом тоже!

Взгляд графа пестрел новыми чувствами. Ах, эти 'жгучие' эмоции! Ну, прям как суп без соли — вроде горячо, а вкуса ноль. Складываю руки на груди и доброжелательно предлагаю:

— Может представитесь, как положено?

— Не велено.

— Ах, ну раз не велено… Тогда да, изображайте стражника дальше, у вас правда никчемно выходит, но если приложить побольше усилий. Да, точно сейчас поговорю с капитаном пусть вам дело подыщет… Посуду там помыть или еще чего!

— Живо в лагерь! И без сопровождения больше никуда! — рявкнул Джереми. Ясно?

— Яснее некуда, ваше сиятельство! — пропела в ответ. — Кстати, как прошла вылазка?

Барлоу помрачнел, искоса на меня глянул, будто подозревал во всех бедах. Правильно делал, но доказать ничего не мог, а безосновательные обвинения — клевета.

— Безуспешно, ни лагеря, ни лошадей. И только вам, ваше высочество, это на руку.

— Да что вы такое говорите?

— Не надо лукавить, вы капитану ясно дали понять, что не желаете ехать во дворец, — Джереми попытался вывести меня на чистую воду, в ответ беспечно пожимаю плечами.

— А чего скрывать-то? Сами посудите, в письме говориться о смотринах. Допустим, это правда. Теперь взгляните на меня, — я остановилась, дабы затянуть беседу. — Что вы видите? Принцессу? Сильно сомневаюсь, скорее уж деревенскую глупышку, которую выставят рядом с прекрасными сестрами. Ради чего? Подчеркнуть их красоту и изящество. Правда есть еще один вариант, папенька решил скрепить какой-нибудь союз с моей помощью. И кто мне уготован? Дряхлый старикашка или какой-нибудь варвар, коего сестрицы сочли недостаточно хорошим для себя.

— Предположим вы правы, и что плохого в том, чтобы стать обеспеченной, замужней женщиной? Это всяко лучше, чем… — он резко умолк, боясь оскорбить меня.

— Чем что? Смелее продолжайте.

— Чем жить в нищете на задворках королевства.

— В Ловицке я всегда была вольна поступать, как заблагорассудится. У меня есть занятие по душе и устремления. В конечном итоге, я найду свой путь, заработаю денег и буду жить счастливо, даже приносить пользу людям. Понимаете? Я смогу стать кем-то большим, нежели женой, а то и вовсе бесправным предметом мебели. Как это часто случается с навязанными супругами.

— Вот не надо сгущать краски. И если вы так желаете послужить на благо обществу, тогда как можете отвергать требования отца? Ведь он заботится о благе всей Витании.

— Ага, как же заботится он, держи карман шире. Я успела побывать на юге Витании, почитай треть королевства объехала. Всюду одно и тоже — самоуправство, огромные поборы и нищета!

Граф скривился.

— Подобные вопросы могут поднимать исключительно министры или