Беглер - Михаил Бабкин

– Чем обязан? – недовольно буркнул старик. – Желаете купить что-нибудь радикально оздоровительное? Хм, это вряд ли: в вашем возрасте, молодой человек, редко кто лечится от серьёзных заболеваний… Итак, что вы хотели?

– Я ищу работу, – напрямик ответил Крис. – Любую.

– Вот как, – ничуть не удивился маг. Продолжил, без заминки перейдя на «ты»: – Понятно. Кажется, это именно ты присутствовал при моём… ээ… расставании с негодником Ламбертом?

– Я, – не стал скрывать парень: старик, оказывается, был зорким и памятливым, надо же – ухитрился вмиг запомнить Криса, хотя вроде бы даже и не смотрел в его сторону.

– Возможно, это перст судьбы, – задумчиво изрёк чародей. – Тогда небольшой тест-опрос, а там поглядим. Грамоте обучен? Вши есть? Фальшивишь когда поёшь? Во сне храпишь?

– Обучен, – по-военному коротко доложил Крис. – Вшей нет. Не фальшивлю. Не храплю.

– Это хорошо, – поправляя очки сообщил маг. – А теперь ответь-ка мне всего на три вопроса, но отвечай быстро, не задумываясь, – предупредил он парня. – Секундная заминка и прости-прощай. Ответ должен быть коротким и однозначным. Ясно?

– Понял, – кивнул Крис. – Я готов.

– Что такое перпетуум-мобиле?

– Вечный двигатель.

– Что такое наше солнце?

– Звезда.

– Что было раньше, курица или яйцо?

– Яйцо.

– Это почему же? – оторопел бородатый экзаменатор. – Почему не курица?

– Потому что ответ должен быть коротким и однозначным, – напомнил ему Крис.

– Ишь ты, уел, – одобрительно заметил маг. – Молодец. Ладно, беру тебя в помощники. Лёгкой жизни не обещаю: работать придётся много, но и платить буду нормально. Соответственно проявленному усердию, да-с. – Чародей протянул руку через прилавок: – Я – Эдвоберт, аптекарь-библиотекарь, военный лекарь в отставке. Маг лечебных свитков и начертательных заклинаний. Алхимик четвёртой степени с правом сочинения лекарственных маговиршей.

– Крис, – представился парень, вежливо пожав протянутую руку. – Просто Крис. Без учёных званий и степеней, но зато я не боюсь никакой работы. В смысле, что поручат, то и сделаю.

– Ха, Простокрис, – желчно усмехнулся маг, – учись, мальчик, контролировать свои слова, обдумывай то, что хочешь произнести. "Что поручат, то и сделаю", – передразнил он парня. – А если я поручу тебе зарезать неугодного мне клиента? Который взял на прокат рукопись великого Прокруста, снимающую путём прикладывания к телу головную и пяточную боль, и который мало того, что не оплатил прокат, но ещё и потерял саму рукопись?

– Ээ… – Крис не нашёлся что ответить.

– Ладно, – смилостивился Эдвоберт, – я пошутил. Запирай дверь на щеколду и пойдём, тебе надо ознакомиться с домом и твоими обязанностями.

Вторая, скрытая от посторонних глаз половина дома оказалась гораздо просторнее торгового зала: Крис неверно оценил размеры строения по его невзрачному фасаду. Одноэтажность здания с лихвой компенсировалась его протяжённостью: идя за чародеем по длинному коридору с нечастыми дверями по обе стороны, Крис прикидывал в уме, какой же величины этот удивительный дом. Получалось что никак не менее пяти междугородних дилижансов – если сравнивать с тем, на котором Крис приехал в Номольф.

– Бывший торговый склад, – заметив удивление парня, пояснил маг. – Жилых здесь только две комнаты, моя и твоя – те, что с железными табличками на дверях. Вон та, которая без двери – это кухня. В остальных тебе делать нечего, там хранятся лекарственные манускрипты, оздоровительные чертежи и различные… гм-гм… ингредиенты для приготовления целебных снадобий. Между прочим, некоторые из них весьма опасны для непосвящённых! Потому держись от запертых комнат подальше, – настоятельно посоветовал Эдвоберт, – меньше будешь любопытствовать, больше проживёшь. А это "чёрный ход", – указав пальцем на дверь в торце коридора, пояснил чародей. – Им, мой юный друг, и будешь пользоваться при необходимости, потому как в торговом зале без моего на то разрешения тебе находиться нельзя.

– А в чём заключаются мои обязанности? – поинтересовался юный друг, заранее предвидя ответ.

– Уборка, готовка, походы на рынок за продуктами, – стал перечислять маг, – быть на подхвате и беспрекословно выполнять всяческие мои поручения. Понятно?

– Вполне, – заверил его Крис: нынешняя его работа практически ничем не отличалась от той, которую он выполнял в бюро находок, под чутким руководством дядюшки Шмуля. – А когда приступать-то?

– Да прямо сейчас, – оглаживая бороду добродушно сказал Эдвоберт. – Витрины на входе видел? Вот с них и начни. Инвентарь – вёдра, тряпки, мётлы и швабры – в комнате с нарисованными на двери двумя нулями. Смысл тех нулей знаешь?

– А то, – сказал Крис и пошёл за инвентарём.

Жизнь, похоже, начинала потихоньку налаживаться.

Дастин

Укус был почти безболезненным, едва ощутимым. Дастин лишь почувствовал как по коже потекло что-то тёплое, быстрое, но и это ощущение через миг исчезло: шея в месте укуса онемела, потеряла чувствительность. Говорят, перед смертью человек обязательно видит всю свою предыдущую жизнь, её основные и наиболее яркие моменты. Дастин же не увидел ничего. Наверное потому, что умереть нынешней ночью ему было не суждено.

Внезапно «девушка» Милли, судорожно всхлипнув, отпрянула от застывшего в столбняке кадета: упёршись руками в стол, чудище секунду-другую в немом изумлении смотрело на свою жертву. А после ар-чалхе начали бить жестокие корчи – неестественно длинное тело выгибалось дугой, с грохотом ударяясь о столешницу, разбрасывая во все стороны тарелки, стаканы и бутылки. Одновременно с тем Милли приобрела действительный, не прикрытый маскировочными чарами вид: покрытое чешуёй гибкое туловище, трёхпалые когтистые руки, узкие плечи, короткая шея и приплюснутая безволосая готова с тремя белесыми, по-змеиному немигающими глазами. И, разумеется, круглая многозубая пасть, из которой сейчас явственно шёл пар, словно внутри монстра закипела вся выпитая им за сегодня кровь. На шее ар-чалхе поблескивал тонкий стальной обруч, то ли украшение, то ли ошейник – Дастин невольно отметил блеск металла и тут же забыл о нём: колдовское оцепенение, сковывающее его по рукам и ногам, наконец-то исчезло. Парень вскочил, уронив табурет, выхватил из ножен шпагу с посеребренным клинком – не самое верное оружие против неведомой ему твари, но всё же лучше чем ничего.

Ар-чалхе, увидев направленный на неё клинок, отпрянула: вытянувшись в полный рост и оказавшись гораздо выше кадета, она замерла по другую сторону стола. Чешуйчатое тело продолжало содрогаться, но конвульсий больше не было; бесстрастные бельма глаз уставились на Дастина. Что дальше собиралось предпринять чудище, парень не знал, оставалось только одно – ждать и ни в коем случае не поворачиваться к нему спиной. То есть не убегать.

– Кто ты? – срывающимся голосом проскрипела ар-чалхе. – Почему у тебя королевс-ская кровь?! – С каждым словом из пасти монстра вываливались зубы, с дробным стуком падая на стол.